Чистильщики - Евгений Щепетнов

Привели меня в большую комнату, надо думать – пыточную. Очаг наподобие камина, зев которого черен от копоти, на стенах многочисленные инструменты палача – кнуты, плети, какие-то мерзости вроде щипцов и молотков. Комната пропахла копотью очага, горелым мясом, кровью и страхом, который пропитал камни этого отвратительного логова.

Нет, все-таки хорошо, что средневековье ушло! Ненавижу я такие способы дознания! Крайне, кстати, сомнительные по эффективности. Чтобы избавиться от боли, человек признается в чем угодно. А смысл тогда в этом допросе? Если только смыслом не было желание добиться от человека признания в том, что он никогда не совершал. Тогда да – это эффективно.

Меня привязали на крест, сделанный наподобие буквы «Х», уверенно и крепко, как делали, вероятно, уже сотни и тысячи раз. Кандалы сняли. Наверное потому, что знали – они мне больше не понадобятся. То есть меня не собираются отпускать отсюда живым. Суд? Какой такой – суд? ! Заговорщик просто не выдержал пыток, и умер!

В пыточной остались двое – я, и лысый старичок, на пальце которого я заметил явно дорогое, не по его статусу золотое кольцо. В кольце – драгоценный камень, отсверкивающий красным пламенем в тусклом свете фонаря.

Рубин? – вдруг подумалось мне – Или красный алмаз?

Вот же лезут в голову всякие дурацкие мысли – совсем не по делу! Вишу на кресте в пыточной, и раздумываю над тем, какой камень торчит в перстне палача! Ну не глупость ли? ! Почему вообще мне пришло это в голову?

Хмм…почему-то этот камень меня притягивает. Завлеаел моим вниманием. Почему так? Я как будто где-то его видел. Или узнал этот камешек. Но вспомнить не могу – и это при моей абсолютной памяти!

Показалось, точно. Где я, и где бриллианты? Смешно!

Палач пялился на меня с живым интересом, и тоже ничего не говорил. Сидел у себя за столом и любовно перебирал инструменты, позвякивая ими, протирая тряпочкой, рассматривая под светом масляного фонаря. Человек явно любит свою работу и посвятил ей всю свою жизнь. Хорошо бы эту самую его жизнь как-нибудь прервать. Да помучительнее, погаже! Не люблю я палачей. Нет у меня к ним почтения.

Висел без я дела около получаса. Через полчаса открылась входная дверь, и в нее вошли трое – высокий мужчина в костюме, напоминающем форму (скорее всего форма и была), поджарый, который арестовывал меня у мага, и тот, в блузе, что ехал со мной в карете. Маг.

Поджарый шел позади всех, маг чуть впереди него, а высокий, в форме – первым. Когда подошли ближе, на расстояние трех шагов от меня, маг картинно щелкнул пальцами и комнату залил яркий свет, как от неонового фонаря. Светящийся шарик был довольно-таки большим, с фалангу указательного пальца, и по контрасту с фонарем – ярким, очень ярким. Таким ярким, что у меня из глаз вдруг покатились слезы. От чего палач хохотнул и выдал замечательную, очень смешную – с его точки зрения – шутку:

– Еще и не начали, а он уже плачет! А что будет, когда я ему пальчики щипцами покусаю! Хе хе хе…

Представительная делегация промолчала, и только главный оглянулся на палача и посмотрел на него так, что тот вдруг сделался на голову ниже. Усох. Видать, боятся тут этого типа…серьезный мужичок!

– Значит это ты тот, кто ранее называл себе Дегером, а потом назвался Толей? И тот, кто убил нашего императора и его сыновей?

– Вы правильно догадались – вздохнул я, скривив губы – вынужден сознаться. Против фактов не попрешь. Я убил. Но только я не виноват!

– Тебя нацелил на императора преступный маг, который находится в бегах – утвердительно кивнул неизвестный.

– Да, меня нацелил преступный маг – с удовольствием подтвердил я. Ведь правду говорить так легко и приятно!

– И ты считаешь, что не виноват? – мягко спросил поджарый, подождав, не продолжит ли спрашивать его начальник.

– Ну, сами посудите – я был младенцем! Меня изменил этот ваш проклятый маг! Вложил мне в голову «послание-на-задание»! И что я мог сделать? ! Ну да, я убил! Но я был в помешательстве! Мне император ничего не сделал! Я не хотел его убивать! Я был всего лишь оружием в руках негодяя!

– Где сейчас этот маг? Он жив? – так же мягко и вкрадчиво спросил поджарый, покосившись на мага в блузоне.

– Этот маг сейчас в моем мире. Он полностью потерял память, и не помнит, кто он такой, и как там оказался. Да, он жив. Работает…хмм…лекарем.

«Гости» переглянулись. Старший шепнул что-то поджарому, и тот продолжил:

– Ты можешь доставить наших людей к преступному магу?

– Я же сказал – при перемещении теряется память. Мы все окажемся в том мире абсолютными идиотами. Без памяти, без знания языка! Вам это надо? Ну да, теоретически я могу отвести ваших людей к этому самому магу. Но во-первых, они уже назад не вернутся. Заклинание переноса знаю только я. Во-вторых, попав в наш мир, они забудут, зачем туда прибыли. И какой тогда смысл в этом деянии?

– Но ты-то как-то вспомнил! – не выдержал поджарый, подняв голос – ты-то все помнишь! Значит есть способ сохранить память!

– Что вы от меня хотите? – я решил прекратить этот петтинг и приступить к делу – Чтобы я отправил ваших придурков в наш мир? Отправлю. Нет проблем! Или что вам еще нужно? Отдать вам заклинание переноса? Не дам. А замучаете меня – все равно его не получите. Кстати, я навреное знаю, как переправить ваших людей в мой мир без потери памяти. («гости» переглянулись) У меня к вам предложение. Я отправляю ваших людей на поиски преступного мага, предварительно рассказав им, как себя вести и что им предстоит увидеть, а вы мне рассказываете, где мой друг Юсас. Что с ним случилось. Вернее, так: вы рассказываете, где он, а я уже сделаю то, что вам нужно. И да – вы меня отпускаете.

– Как же это мы тебя отпустим? – поджарый даже фыркнул от возмущения – ты убийца императора и наследников! Ты одержимый! Ты… ты…

– Да – я! – перебил я поджарого. Меня уже раздражало это безобразие – Я убил императора! Но я вам нужен! Без меня вы не сможете достать вашего преступника! А мне нужен Юсас! Он жив?