– Хватит, не хочу об этом говорить.

– Окей, тогда пойдём скорее.

История с Димитрием у нас вышла непростая. Это мои первые отношения, естественно ты привязываешься к человеку. Мы встречались два года, прежде чем расстались. Я думала, что любила его, возможно, до сих пор люблю. Он тоже любил меня. Но как-то все произошло само собой. Никто никому не изменял, ничего подобного не было. Просто однажды мы сели поговорить и приняли такое решение, не было ни криков, ни ругани. Иногда так случается, что люди просто расстаются. Это именно такая история. Хотя я скучаю по нему.

Барбара никогда его особо недолюбливала, по ее мнению, он слишком простой. Мне даже неинтересно, что это значит.

Мы вышли из моей спальни, и очутились в коридоре, где только одни девушки.

Всего в академии пять корпусов, жилые из них – три, остальные два – учебные. Девушки живут отдельно от парней, а преподаватели в третьем корпусе.

С сестрой стали многие здороваться, что не удивительно, из нас двоих она более общительная и знает многих. Я же здоровалась с наименьшим количеством.

Когда же мы уже очутились на улице, где царила суматоха, все куда-то бежали и что-то суматошно обсуждали, к нам вальяжной походкой подошёл мой лучший друг Георгий.

– Кажется, только ты никуда не торопишься, Георг, – заметила я и улыбнулась ему.

– К чему вся эта спешка, Агат? – заметил он и улыбнулся своей роскошной улыбкой, от которой многие девчонки попадали бы в обмороки, но не я и не моя сестра. – Нужно наслаждаться неспешностью жизни и созидать прекрасное. Например, вас, – следом последовала ещё одна улыбка.

– Не стоит льстить нам, Георг, – опередила меня Барбара.

– Никакой лести, только чистая правда. Вы сегодня замечательно выглядите.

– Спасибо, – решила поблагодарить я его, пока сестра что-нибудь не сказала такое, что могло бы задеть его чувства.

У Георгия и Барбары тоже есть своя история. Его и его семью мы знаем очень давно, наш отец как-то работал на них, поэтому детство мы часто проводили у них в особняке. Его родители замечательные люди, как и он сам, простые, не смотря на свой титул. Отец Георгия – Сарэс является дальним родственником действующего императора нашего государства, поэтому и носит титул графа. Сколько себя помню, Георгию всегда нравилась моя сестра, он неоднократно признавался ей в этом, пару раз звал ее замуж, наши семьи только за. Но сама Барбара, как признавалась ничего подобного к нему не испытывала. Только дружба, не более. Я ей множество раз говорила, чтобы она подумала, потому что Георгий никогда бы ее не обидел, он бы сделал для неё всё, хоть достал бы звезду с неба. У Барбары было трое парней, но как говорит она «всё не то», ищет того, сама не зная чего. Георгию же кроме неё никто не нужен.

– Что происходит? – поинтересовалась сестра. – Что за суматоха происходит? Все какие-то оживлённые.

– Ты тоже заметила? – это уже спросила я.

– Конечно.

– Не знаю, я не в курсе, – пожав плечами, сообщил Георг.

– Странно все это, – проговорила сестра.

– Агата, – обратился ко мне друг, – помнится мне сегодня у кого-то особенный день?

– У кого-то может и особенный, но не у меня, для меня это самый обычный день.

– Да брось, если бы день рождение было бы чаще чем раз в году, то день был бы обычный, но это же не так.

– А как ты себе представляешь день рождение чаще, чем раз в году? – усмехнувшись, спросила я и поправила сумку на плече.

– Ладно, пропустим этот момент. Я тут не спорить с тобой собрался и что-то доказывать, а поздравить с праздником хочу, Агат. – Он достал какую-то маленькую коробочку из кармана и протянул мне.

– Что это?

– А ты открой и узнаешь, – криво улыбнувшись ответил друг и мельком взглянул на сестру.

Я сделала, как он сказал и внутри оказался цветок. И не просто какой-нибудь, а Сирариус! У меня даже брови на лоб поползли.

– Георгий! Я не могу это принять!

– А я тебя и не спрашиваю, можешь или нет, – с твердостью сказал Георг.

– И зачем он ей? – небрежно спросила Барбара, – мы не в таких условиях живем, слава Светлым, что ей это когда-нибудь пригодится.

– Это мой подарок. И мне решать, что дарить, а что нет.

Повисла напряженность. Я решила ее как-то разбавить.

– Спасибо тебе, это поистине волшебный подарок. Правда, надеюсь, что он не пригодится, – нервно усмехнувшись сообщила я. – Если мне память не изменяет, то он действует только от магии.

– Да, я об этом позаботился, можешь не волноваться, – Георгий подошёл ко мне и провёл сверху рукой по цветку.

На несколько мгновений сирариус засветился и заблестел, после стал самым обычным на вид желтым цветком.

Георг применил к нему свою магию.

– Теперь у него есть все свойства.

– Это волшебно, – я все ещё как заворожённая смотрела на этот цветок.

Сирариус – цветок, который растёт только в определенной местности и уж точно не в наших краях.

Восемьсот лет назад их было много, а после в один момент они практически перестали расти, не знаю, с чем это связано, некоторые говорят, что это связано с тем, что люди использовали их для усиления своей магии и в погоне за властью совсем забыли, что рано или поздно ресурсы заканчиваются, другие же утверждают, что связано это с войной. Было много раненых вовремя и после Великой войны и тем самым, чтобы спасти себя и близких они использовали именно эти цветы.

Сейчас же цветы эти настолько редки, что легче увидеть на небе падающую звезду, чем найти сирариус.

Он может залечить самые тяжелые раны, усилить магию, если таковая имеется в несколько раз, спасти человека от иллюзий.

– Где ты его раздобыл? – мне очень стало интересно.

– Неважно.

– Ещё раз спасибо, – я убрала его к себе в сумку.

– Как это мило, – проговорила сестра, и в ее интонации отразилось недовольство, – теперь может быть пойдём на урок?

– С каких это пор, Барбара, ты стала порядочной студенткой, которая не опаздывает на лекции? – спросил Георг.

– С тех самых, – напряжение вернулось.

Так втроём мы направились в аудиторию.

Я чуть отстала от них, задумывавшись о своём. Когда же посмотрела им в спину, то поняла, что из них вышла бы хорошая пара.