Мстительница - Аластер Рейнольдс

– Ну давай, покажи, как это делается.

Адрана проигнорировала издевку и подключилась. Ее лицо стало безмятежным и кукольным, словно она занималась этим делом с младенчества. Целую минуту она никак не реагировала, но потом ее веко дернулось, и на лбу появилась едва заметная морщинка.

Она отключилась и вернулась к узлу, где я впервые обнаружила присутствие. Затем перешла к предыдущему. Прикусила нижнюю губу.

– Ну и что? – спросила я.

– Мне показалось, что там что-то есть. На первой точке входа, только на мгновение. А потом все исчезло.

– Значит, мне не померещилось.

– Иногда на этих входах есть шум. Статические заряды накапливаются в черепе. И ты это знаешь.

– Это были не помехи.

– Ладно, – сказала она, сдергивая с головы нейронный мост. – Так что ты предлагаешь нам делать с этим призрачным сигналом? Сообщить Триглаву, Прозор или Хиртшалу – дескать, пусть передадут отряду, что мы, возможно, поймали передачу из неопределенной точки Собрания?

– Нет, конечно нет!

– А что тогда?

– Я лишь хочу сказать, там что-то было. Оно ощущалось… неправильным. Я не знаю, откуда и куда послали этот сигнал. Вот и все.

Адрана взяла мой нейронный мост и повесила его на стену вместе со своим.

– Мы нервничаем, – сказала она примирительным тоном. – Это наш первый самостоятельный сеанс.

Я зажала одну шпильку в зубах, пытаясь воткнуть другую в волосы, и с трудом выговорила:

– Мне не померещилось.

– Мэттис открыл дверь, – сказал Триглав, почесывая за ухом. – Ничего удивительного – Мэттис почти так хорош, каким себя считает, а Лофтлинг не поскупился на инструкции. До сих пор мы поддерживали связь, но теперь они углубляются в мир, и мы мало что будем от них получать.

– А это разве не рискованно? – спросила я.

– Так решил капитан, – сказала Прозор. – Установка повторителей, протягивание проводов через все двери – на это требуется время. Если все пойдет хорошо, они достигнут трофеев через шесть-восемь часов. Достаточно времени, чтобы разобраться, отделить добычу от ерунды, доставить часть на катер, связаться с нами – и, возможно, подумать о том, чтобы опять уйти вглубь.

– Где-то восемнадцать часов туда и обратно, – подытожил Триглав. – Но им все равно нужно отдохнуть и поспать. Если поднажмут, на один заход уйдут сутки. А времени на десять заходов, прежде чем шарльер нам подмигнет, но Рэк не станет так рисковать.

– Они и так не спали больше суток, – напомнила я.

Триглав энергично закивал:

– Но ничто не заставит тебя двигаться быстрее, чем комната, полная добычи. Поверь мне, они не все разделяют его осторожность. – Он отхлебнул из своей кружки – она всегда была рядом – с видом утопающего во множестве печалей, потом договорил: – Но осторожность – вот что оберегало их от гибели до сих пор. Не так ли, Хиртшал?

Парусный мастер оторвал взгляд от мозаики тросов с узлами. Несколько мгновений он размышлял над вопросом.

– Да.

– Услышьте же: наш говорливый Хиртшал громко выразил свою поддержку.

– Какой-то перебор с осторожностью, – пробормотала Прозор. – Мы несколько недель сюда тащились – почему бы не использовать все время, которое у нас есть?

– Ты знаешь почему, – ответил Триглав. – Иногда лучше не перебарщивать. Ты, как никто другой, должна это понимать.

Хиртшал положил руку Триглаву на запястье:

– Хватит.

Но Триглав вывернулся из хватки парусного мастера и потянулся к хлебу и пиву.

– А почему бы и нет? Мы все знаем, что случилось. Если сестры Несс собираются стать частью этой команды, они рано или поздно тоже узнают. Почему не сейчас?

– Ты говоришь про Клык? – спросила я.

– Мэттис не всегда был нашим открывателем, – сказал Триглав. – Им была Прозор. Хотите узнать нашу темную тайну? Проз была лучшей из всех. До того момента, пока капитан Ракамор не переборщил, а старый чтец шарльеров оказался не таким надежным, как Проз сейчас…

– Заткнись, – рявкнула Прозор.

Триглав сделал еще глоток:

– У них есть право узнать, что может случиться.

– Не сейчас, – сказал Хиртшал.

– Подходящий момент никогда не наступит, верно? Но ведь это часть того, что мы есть, и Проз ни в чем не виновата. В отличие от чтеца шарльеров, который был с нами в тот раз. – Триглав провел рукой по голове, словно убеждаясь, что она все еще безволосая. – И не переживайте – я не оскорблю этот корабль, упомянув его имя. Хватит и того факта, что его оценка оказалась ошибочна, ауспиции – нелепы. Ну, расскажи им, Проз.

Она уставилась на него, нахмурившись – точнее, скорчив еще более хмурую гримасу, чем обычно, – но я вдруг поняла, что теперь, когда историю наполовину выволокли на свет, Прозор и впрямь захотелось довершить рассказ. Все равно что вскрыть нарыв как положено, раз уж взялась за дело.

– Ты права, – сказала она, кивнув мне. – Речь и впрямь про Клык. Просто шарльер с таким названием. Он все еще где-то там, крутится на орбите, которую мне не хочется вспоминать. Местечко, как нам показалось сперва, весьма заурядное. Не было в нем ничего жуткого. Камень цвета кости, гладкий, без кратеров. Его вскрывали несколько раз, кое-что награбили, но никто никогда не заходил по-настоящему глубоко.

– Пока не прибыли мы, – подхватил Триглав и передал Прозор пиво.

– Рэк хотел поглядеть, что там внутри. Значит, мы должны были спуститься глубже, чем кто-либо до нас. Мы сделали четыре захода, все дальше и дальше. На четвертом… ну, кое-что нашли. Более чем в лиге с четвертью от поверхности. Комнаты. Множество комнат. И такой добычи никто из нас раньше не видел. Я про такие штуки ни до того, ни потом даже не слышала.

– Например? – спросила я.

– Неприятные штуки. Золотые ящики. Вроде как для сокровищ, только с гравировкой в виде черепов и костей или трупов, с которых облезло мясо. Припавшие к земле львы, у каждого чухло наполовину сгнило. Сплошные оскалы и глазницы. Там были и обезьяньи лица. Мы все прям затряслись. Что-то в этих ящиках словно говорило: «Держитесь подальше». И чем ближе мы подходили, тем хуже становилось. Но Рэк в тот раз шел под всеми парусами. Он хотел узнать, что в них. Поэтому взял и открыл один. Весь дрожал, просто стоя рядом, но надо отдать ему должное – сумел открыть. Там не было замка или чего-то в этом духе, просто крышка на петлях. И внутри…