Пекло 3 - Александр Верт

Сейчас ему было нужно последнее.

Никакого куража центр управления реактором уже не вызывал, на голубоватый свет за стеклом он даже не взглянул. Подумаешь, реактор на минимальной активности, как будто он таких никогда не видел. Видел же, и не раз.

Что делать, руки помнили без размышлений. В голове у Виту была пустота, только жетон почему-то опять оказывался в зубах вместо кляпа. Сначала он кусал его, когда все спали, чтобы не скулить позорно и не мешать другим, потом стал делать это днем, когда было особенно плохо, теперь делал это, просто чтобы напомнить себе, что он все еще жив.

«Если прокрутить этот бегунок резко и до упора, переключив режим активности на главной панели, реактор взорвется. Ярко. Мгновенно», – подумал он, но рука не дрогнула, делая все правильно, потому что умирать не рационально, да и не честно по отношению к парням. Куда они без него? Корабль строить без эксперта по двигателям?

– Кстати, – прошептал Виту вслух, опомнившись.

До него только теперь дошло, что та схема, что он расписал для Вожака, не может быть рабочей, и разум тут же ухватился за эту мысль.

Вожак не показывал ему ни двигатели, ни корпус корабля. Ничего.

– Ты знаешь, как работает стандартный двигатель космического крейсера? – спросил он у Виту.

– Я все о стандартном двигателе знаю, – фыркнул Виту.

Он тогда чувствовал себя местным королем и гением, придумавшим легкий способ идеальной жизни. Сидел голышом на мягкой постели Вожака и курил, довольный собой и жизнью.

«Идиот», – вот как теперь Виту хотел назвать того себя, поражаясь, как можно было поверить, что роль шлюхи – хорошая идея, хотя у Волков это лучше, чем стать ужином, тут не поспоришь.

О двигателях крейсеров Виту действительно знал все, работая над «Белой Молнией». Его задача была превзойти этот самый стандартный двигатель по всем параметрам. Конечно, он знал все, и к заданию соединить три таких двигателя, чтобы получить один мощный движок для многопалубного корабля, отнесся почти играючи.

Для него это было забавное развлечение.

– А корпус какой? – спросил у Вожака Виту.

– Тебе какое дело?

– На самом деле никакого, но я должен понимать, не развалится ли он при запуске двигателя.

– Не развалится. Хороший корпус, по последним чертежам, – гордо сказал Вожак.

Виту даже не задумался, откуда могут быть последние чертежи, плечами пожал и все. Мало ли, может кто из заключенных в кармане схему сюда привез. По традиции, ведь с чем арестовали, с тем и на ЗиПи3 скидывают, разве что браслет связи не возвращают.

Создать схему для Виту не было проблемой, вот только теперь он точно знал, что данные неверны. Схема, которую он создал, подразумевала три одинаковых, равнозначных двигателя, а один из них был с «Белой Молнии». Сам Ярван сказал, что продал обломки Волкам.

– Вот же блять, – простонал Виту, вдруг осознав, что будет, если запустить то, что он нарисовал с таким-то уникальным нюансом. – Придурок…

Не дожидаясь полной активации реактора, Виту бросил все и помчался туда к ребятам, просто потому что они могут проверить движок или его подключение. Нажать одну кнопку, даже не запустить их – и все. Конец всему проекту и плану.

– Ни в коем случае ничего не нажимайте в этой хуйне! – крикнул он, вбегая в открытую дверь, и замер на пороге огромного ремонтного отсека военной базы, похожей на уменьшенный цех завода.

Прямо перед ним стояло нечто, отдаленно напоминающее космический корабль без обшивки, с оголенными проводами и каким-то ржавым хламом внутри. Местами он состоял только из каркаса. Пересеченные друг с другом балки меж огромных дыр показывали хорошо оборудованный ремонтный отсек с компьютером, который уже пытался запустить Мартин. Управляемыми руками-щипцами, способными поднять груз, болтовбивателями, как обзывал эти инструменты Виту, а еще множеством других массивных штук, о назначении которых он даже не догадывался. В целом атмосфера напоминала ему рабочий цех завода, где обычно создавались прототипы разработок, правда лампы были менее яркими, приборы ржавые, а их рычаги управления местами кривые, но для Пекла это было настоящим сокровищем. Вот только стоящий перед ним недообразец ему совсем не нравился, как и реакция Ирона.

– Эту хуйню, – сказал он, кивая на недостроенный корабль, – я трогать и не хочу.

– Че-т я не догоняю, что это, – растерянно признался Лотар, почесывая макушку.

Виту хмыкнул. В том, что Мартин тоже ничего не понимает, можно было не сомневаться. Зато он разбирался в компах и благоразумно пошел реанимировать один из них. Умница.

Пройдя еще немного вперед, Виту скрестил руки у груди и осмотрел строение, напоминающее неизвестно что, с пьедесталом из двигателей, судя по всему, не подключенных друг к другу.

Он сразу запрыгнул внутрь и, гремя шагами по дрожащему тонкому металлу, заменявшему хреновине пол, пошел смотреть именно на двигатели. Два из них были почти соединены, а вот третий, самый опасный, даже подключать не собирались.

«Красавец мой», – подумал он, погладив воздух над вскрытой крышкой светлого корпуса. Внутри мерцала неоплазма, залитая в систему специальных трубок.

Теперь он точно знал, что этому красавцу ничего не угрожает, и только поэтому стал замечать все остальное. Зловонный запах. Следы крови. Тела с разбитыми головами, разодранными глотками и полусъеденными животами.

– Бля, – простонал он, осматривая внутренности недостроенного корабля. Больше десятка Волков тут явно подохло, пытаясь разобраться, кто кем отобедает. Один из них стоял гордо, свесив голову набок. Напоровшись на острый край какой-то арматурины, из которой, видимо, начинали делать нос корабля, он замер, как статуя, жаль только, попутал море с космосом и эпоху заодно.

Гадко, но Виту было смешно, и он нервно улыбался.

– Ладно, – говорил он, отмахиваясь от этого бардака, словно что металлические опилки, что обглоданные кости – мусор не стоящий внимания. – С этим потом разберемся, объясните мне лучше, что за хреновину они строили?

– Это Вакстер, – тяжело вздохнув, сказал Ирон и тоже забрался внутрь непонятной машины, изучая ее внимательно. – Даже не так. Это какая-то хрень по чертежам Вакстера.

Подойдя к одному из ящиков, он взял лежавшие там листы и хмыкнул, явно все понимая. Зато Виту не понял ничего.