Линейцы - Андрей Белянин
Линейцы
– Нашёл кого слушать! Не парься, джигит.
– А можно меня, как джигита, прямо тут застрелить из соображений гуманизма-а?
– И вот как ты себе это представляешь? – праведно возмутился Барлога, эффектно поправляя фуражку, чуть набекрень, дабы добавить к своему образу нотку весёлой лихости. – Старшекурсник исторического факультета застрелил младшего товарища на фоне кавказских войн из-за не сданного вовремя доклада? ! Я на такой кипиш не подписывался.
– Ох ты ж, матерь Божья, пресвятая Богородица! – не сдержался подошедший следом старый казак. – Та за что ж тебя, татарин, так изуродовали-то? У москаля-интенданта на энтой черкеске собака спит, Зулейкой кличут.
– Какая собака? ! – шёпотом переспросил бледный Заурбек.
– Брехливая сука да блохастая. Линяет исчё, как зараза…
– Вася-я, пожалуйста-а!
– Не, не, не! Даже не умоляй. Хочешь, вон, дедушку попроси, – по-быстренькому перевёл стрелки Василий. – Извините, вы не могли бы моего друга прирезать? Прямо сейчас, видите, ему очень надо!
– От же два дурня! – Дедок в сердцах сплюнул наземь. – А пошли-ка отселя до нашего огоньку, кулеш есть, начальство велело присмотреть за вами до завтра. Там ужо с утречка, по зореньке, на Линию и отправитесь.
– Я в таком виде никуда не пойду.
Господин черкес окончательно на всех обиделся, забросил шашку в кусты и сел, где стоял, прямо на землю, привычно скрестив ноги. Старый казак и Барлога обменялись понимающими взглядами, развернулись и пошли подальше, не прерывая негромкого разговора. Внимания на них никто не обращал – мало ли о чём могут беседовать молодой офицер с заслуженным пластуном терского войска. И хоть вопросов у Васи было много, но самый главный буквально рвался с языка…
– Дед Ерошка, а что значит «линия»?
– А засека.
– А по-русски?
– Та и я с тобой рази ж не русским языком разговариваю? – искренне удивился старый казак, почесал короткую бороду, вздохнул и пустился в пространные объяснения. Что-то из его рассказа студент факультета истории помнил по учебникам, что-то пришлось осваивать прямо тут на месте, так сказать в онлайн-режиме.
Засека (она же черта, она же линия, она же государева заповедь) использовалась на Руси как фортификационное сооружение ещё с середины XIV века. Одна из самых больших засек защищала русские земли от набегов крымских татар, начиная со стен Бранска и вплоть до Переяславля Залесского. А ведь вещь, если задуматься, крайне простая по сути, но весьма действенная в те суровые времена.
По факту это были ряды срубленных и поваленных друг на друга деревьев, уложенных таким причудливым образом, чтобы переплетение ветвей, быстро опутываемых колючим плющом, и вес стволов попросту не позволяли растащить, сжечь, объехать или перепрыгнуть засеку. До кучи туда же добавлялись «волчьи ямы», рвы с водой, колья и прочие малоприятные прелести.
То есть быстрый конный налёт на соседей с целью весёлого грабежа становился практически невозможен, а без лошадей, пешим строем пилякать за сто вёрст вершить преступления как-то не комильфо, не говоря уж о необходимости экстренного удирания с военной добычей.
Точно такие же засеки терские и гребенские казаки ставили по рекам Сунже и Тереку. От небольших разбойничьих групп это вполне себе помогало, но когда дагестанцы, чеченцы, черкесы, лезгины и прочие сбивались в большие интернациональные банды, то они беспощадно выжигали станицы, разрушали церкви, убивали мужчин, а женщин и детей везли на турецкий рынок. Кровь пропитывала землю там, где была мирная пашня…
– Так-от Лексей Петрович к хищникам шибко крут. Уж он-то знает, как на Кавказе всё устроено: ежели милость к лжецу проявил – ты слаб, ежели за обиду простил – ты слаб, ежели на переговоры с волками пошёл – ты слаб, ежели мстить за кровь своих не стал – ты слаб! Народец-то здешний собою силён да горд, потому и сам тока силу уважает. А гольная сила без чести что? Обман один… – вздыхал говорливый дедок, исподволь радуясь неожиданному и вежливому слушателю. – Для горца честь превыше жизни! Да и что им тут жизнь? Сам смотри – горы, камни, снег, ветер, днём зной, в ночь холод, земля неудобь [9 - Неудобь – земля, непригодная к пахоте (казач. слово). ], одно небо над головою. Каждый-от, у кого десять баранов, так тот уж, смотри, и князь! Коли чужую скотину-то вор к себе загнал, стало быть, она по закону его! Пленных русских в рабство продают, а с друг дружкой грызутся почём зря, свои своих в набегах режут без всякой жалости.
– «Верна здесь дружба, но вернее мщение» [10 - Неточная цитата из поэмы М. Ю. Лермонтова «Измаил-Бей» («Верна там дружба, но вернее мщенье»). ], – не дословно процитировал призадумавшийся Барлога. – Что ж, я всё понял, идём на линию, спасать мир.
– Эх, алахарь [11 - Алахарь – туповатый храбрец (казач. ). ], на простой линии-то и казачков с царскими солдатиками достаточно.
– А вот теперь не понял?
– Оно ж и видно…
На этом разговор закончился, или, что вернее, был прерван бесцеремонным явлением взмыленного Заурбека, за которым гнались с десяток солдат и круглолицый повар в белом фартуке поверх обычной войсковой рубахи.
– Держи его, люди добрые! Прямо с кухни хлеб покрал!
– Я ничего не крал! Вася, честное благородное, не крал! – Замызганный владикавказец ринулся к институтскому товарищу, но спрятался почему-то за узкой спиной деда Ерошки. – Я поменялся, я ему кинжал взамен оставил!
Все невольно припухли, но Заур успел поправиться:
– Слушай, э! Зачем такое сказал, да? ! Хлеба не крал, патрогал тока, ну там, свэжий, нэ свэжий? Кинжал тебе падержать дал, а ти ругаишься, вах? ! Нехарашо-о, э-э…
Повар грозно сдвинул брови, замахиваясь большим половником, но старый казак с улыбкой преградил ему дорогу, широко раскинув руки:
– Иди-кось себе своей дорогою, мил человек. Не дай бог там-от каша подгорит, солдатики огорчатся, так и прикладами взашей насуют.
– Сперва я энто жульё за ногу повешу! Его ж за кражу расстрелять мало!
К шумному разговору начали прислушиваться, и Барлога понял, что друга надо спасать.
– Во-первых, кто позволил глотку драть в присутствии подпоручика? ! – грозно рявкнул он, изо всех сил стараясь выглядеть презентабельно.
– Так, ваш благродь, за кражу-то расстреливать положено…
Читать похожие на «Линейцы» книги
Когда яжмага объявляют вне закона, то убить его вправе любой представитель сил Света или Тьмы. Но мне ещё нужно успеть огорчить Хранителей, расстроить свадьбу лучшей подруги, накрутить хвост сфинксу, дать в морду Чумному Доктору, выгулять котодемона, предстать перед прóклятым зеркалом Дракулы и…
Вампиры?! И воображение живо рисует эдакое инфернальное бледное существо с алыми губами и… Впрочем, коренной астраханец, художник-авангардист Дэн Титовский – не таков. Он – вампир энергетический и питается «серебряными чувствами доверчивых девушек». Но, несмотря на длинный шлейф разбитых сердец, есть у него многолетняя привязанность – в меру безобидная представительница местного клана Лишённых Тени, умопомрачительная, ни с кем не сравнимая вамп Сабрина фон Страстенберг. Указующий перст Судьбы –
Имя: Ивашов Никита Иванович. Должность: начальник первого милицейского управления г. Лукошкина, или, по-местному, сыскной воевода. Родился и вырос в Москве, сюда, в полусказочное царство-государство, попал случайно, вернуться не сумел, за год привык и уже никуда не дергаюсь. Работаю по специальности, успешно сформировал хорошо слаженный коллектив и даже распутал несколько звучных дел. Живем всей командой в тереме Бабы Яги, старушка та еще… В плане хозяйства и экспертно-криминалистической
Как ни надеялся новоиспеченный лейтенант милиции, заслуженный сыскной воевода Никита Иванович Ивашов спокойно перезимовать зиму в Лукошкине – увы! Новые дела посыпались как из рога изобилия. Одновременно две кражи и – страшно подумать – «мокрое» дело! Но долго унывать нашему герою не приходится. На помощь ему спешат бессменный эксперт-криминалист Баба Яга и младший сотрудник следственного отдела Дмитрий Лобов. А уж они-то знают, что у них в Лукошкине все по-другому. И если в Европе принцы и
Никита Ивашов – младший лейтенант милиции – по-прежнему служит сыскным воеводой при царе Горохе. И вот новое дело, расследуя которое он не должен уронить авторитет классного опера. Итак, у царя Гороха из секретного сундука похищены чертежи летучего корабля. Все ниточки следствия рвутся умелой и жестокой рукой. Бояре злорадствуют и формируют альтернативные комиссии по розыску и поимке. Никите и его сотрудникам – эксперту Бабе Яге и доброму, но дубоватому помощнику Митьке – предстоит провести
Оба романа известного российского писателя Андрея Белянина «Тайный сыск царя Гороха» и «Заговор Черной Мессы» объединены одним героем – младшим лейтенантом милиции Никитой Ивановичем Ивашовым. Волею судьбы или случая Никита Иванович оказывается во временах царя Гороха, где ему поручается должность сыскного воеводы, а отделение милиции под его руководством расквартировывают в тереме Бабы Яги. Ох и нелегка работа милицейская! А уж при царе Горохе тем более…
Сегодня нужно успеть: накормить демона, расстрелять двух вампиров, остановить маньяка, выкупить с риском для жизни новые заклинания, впустить в дом незнакомку, посмотреть в прóклятое зеркало, выпить с призраком, нарваться на неприятности, подраться с cилами Добра… Яжмаг! Ничего личного, это моя работа.
Моего учителя звали Лис… До сих пор не могу поверить, что он погиб, упав с воздушного шара при попытке остановить величайшего преступника, опутавшего своими сетями весь Лондон. Но самое ужасное, что жизнь не остановилась. Скотленд-Ярд перегружен делами, злодеи всех мастей начали поднимать голову, горожане ищут защиты, а сил полиции, как всегда, не хватает. Похищен младенец знатного семейства. Картина Босха убивает людей. В Ноттингеме устроили дикую охоту. Инцелы требуют странных прав. Волки в
Мы всегда знали, что не одни в этом мире. Но редко задумывались о том, насколько хрупкими могут быть грани, отделяющие людей от нелюдей. От тех, кто выходит на охоту ночью, кто пьёт кровь и для кого ценность человеческой жизни равна нулю. Именно от них наши города и улицы защищают спецы в гражданском. У них бронебойное оружие, наука и магия, своё понятие долга и чести. Их называют граничары. Они стреляют без предупреждения.
Быть вампиром гламурно и хайпово! Да неужели?! Когда ты вынуждена убивать ради глотка крови, когда твой отец сумасшедший маньяк, твой дядя – турок, отбитый на всю голову, твоя сестра озабоченная стерва… и все они вампиры! – начинаешь смотреть на жизнь другими глазами… И каждый хочет, чтобы дочь Дракулы служила именно его целям! Но никто не спросит, чего хочу я. А зря…