Живи в моих снах

Елена Левашова

Предисловие

Еженедельный тираж «Красноярского вестника» разошёлся за один день. Краевые и федеральные издательства, жёлтые газетёнки, новостные блоги смаковали новость о поимке особо опасного преступника. Телевизионные экраны пестрели однотипными репортажами, интервью в которых давали представители пресс-службы следственного комитета.

«Михаил Колосовский-младший – продолжатель семейной династии Колосовских зверски убил троих человек…» – вещали они скандальную новость.

«Михаил Колосовский убил друга из ревности…»

«Михаилу грозит высшая мера наказания…»

«Михаил Колосовский содержится в одиночной камере для психически неуравновешенных преступников…»

Десятки свидетелей и коллег молодого человека открыто рассказывали в интервью газетчикам о его нраве, вспыльчивости и отсутствии принципов. Брошенные Михаилом девушки вспоминали молодого повесу, чей скоротечный интерес к ним заканчивался с наступлением утра.

Желая сохранить репутацию крупнейшего сибирского строительного холдинга, близкие Михаила публично приносили извинения родственникам погибших, сопровождая слова раскаяния приличными денежными компенсациями.

«Очевидно, мы допустили чудовищную ошибку в воспитании Михаила и несём наказание за это. Искренне разделяем боль утраты с родными погибших молодых людей…» – выражал раскаяние Борислав Колосовский в интервью краевому телеканалу.

Становилось ясно, что близкие отказались от позорного родства…

Часть 1

Глава 1

Считают, что правду говорить легко и приятно. Тысячу раз Михаил убеждался в справедливости этого утверждения. Он не мыслил свободы без честности, шокируя окружающих своей чрезмерной прямолинейностью. Еще вчера решимость признаться в проступке преобладала над сомнением.

Миша нервно теребил в руках ручку и со скучающим видом посматривал на докладчика, чеканившего цифры финансового отчёта.

«Надутый индюк!» – с досадой подумал Миша, наблюдая за Аркадием Беличенко – лысоватым, невысоким коллегой, который читал доклад.

В памяти всплыл совсем другой Аркадий – почти плачущий, жалкий неудачник, затянувший его – Михаила Колосовского – в пропасть лжи и финансового краха. Миша ёрзал на своём месте, считая минуты до окончания квартального собрания. Он смотрел на своих близких и убеждался в том, что принял правильное решение. Не говорить правду – вот что будет по-настоящему честно… Любовь важнее правды.

Его дедушка – Михаил Александрович – генеральный директор строительного холдинга закрыл наконец папку и отпустил сотрудников.

Когда за большим столом осталось только руководство, Михаил Александрович перевёл взгляд на насупленного внука и сказал:

– Миша, попроси Филиппа Алексеевича вернуться.

Молодой человек встрепенулся и позвонил Филу. Через пару минут в зал переговоров прибежал запыхавшийся Филипп – юрист и его личный помощник. Кудрявый блондин с пышной шевелюрой и ангельским лицом больше походил на церковного певчего, чем на эксперта в юриспруденции.

– Филипп, изучи условия госзаказа, поступившего на торги в прошлый вторник, – Михаил Александрович протянул молодому человеку документ.

Пока тот бегло просматривал материалы, в разговор вмешался Борис Колосовский – совладелец холдинга и дядя Миши:

– Миша, мы предлагаем твоему отделу самостоятельно представить холдинг на торгах. Для тебя участие в тендере добровольное.

– То есть выбор за нами? – с надеждой спросил Фил. Очевидно, заниматься бумажной волокитой не хотелось. Он передал бумаги Мише, надеясь получить поддержку. Тот взглянул на документы, собираясь найти причину для отказа, но увидев внушительную сумму госзаказа, изменил намерения.

Не это ли знак Вселенной? Только как выиграть тендер с такой конкуренцией? Решение озарило его сразу же, Миша внутренне улыбнулся и деловито ответил:

– Мы согласны.

Фил с недоумением посмотрел на него.

****

Филипп едва поспевал за идущим по коридору Михаилом. Даже случайный посетитель легко угадал бы в Мише начальника: не каждый прохаживается по коридорам с уверенностью Джорджа Клуни на церемонии вручения премии Оскар.

Превосходство отражалось во всем его облике: в высоком росте, пристальном взгляде янтарно-карих глаз, в отменно поставленном, как у актёров или ведущих, голосе.

Кай, как прозвали Мишу друзья, отвечал на приветствия проходящих мимо них коллег небрежным кивком.

Они остановились возле кабинета с табличкой: «Колосовский Михаил Львович. Начальник рекламного отдела». Миша повернул ключ в замочной скважине и распахнул дверь.

– Кай, ну и зачем тебе это? – выпалил Филипп.

– Фил, узнай все по тендеру и не задавай вопросов, – отрезал Миша, садясь за рабочий стол. – Мы участвуем.

– Что ещё ты хочешь знать? Вся информация на сайте.

Филипп насупился и сделал вид, что тон Михаила его задел. Он молчал, ожидая дальнейших указаний.

– Мне нужно знать о незаконных действиях учредителей, теневых оборотах, перечислениях благотворительным организациям.

– Понял. – Все ещё обиженно ответил Фил.

– Для меня важно участие, – смягчился Миша.

Филипп часто сетовал на несносный и вспыльчивый характер Михаила. Сейчас он по обыкновению ворчал себе под нос.

Миша погрузился в свои мысли и не обращал внимание на брюзжащего коллегу. Фил пообещал добыть информацию в ближайшее время и удалился в свой кабинет.

Шаги Филиппа отдавались эхом в пустом коридоре. Обеденный перерыв только начался. Спустя полчаса Фил распахнул дверь кабинета Михаила и опешил, увидев полуобнажённые тела, сплетающиеся на письменном столе.

Он тихонько закрыл дверь, сожалея о щекотливой ситуации, в которую поставил начальника и Ангелину Черных – менеджера рекламного отдела и, с недавнего времени, девушку Михаила.

Через пять минут из кабинета выскользнула Ангелина. Она стыдливо поправила прическу, одёрнула облегающее платье и буркнула Филу приветствие.

– Чёрт бы тебя побрал, Хризантемов, – усмехнулся Миша, застёгивая рубашку.

– Ты специально не запираешь дверь? – выпалил Фил. – Теперь понятно, почему Ангел отказалась пойти со мной в ресторан.

Миша одарил вальяжной улыбкой и указал Филу на стул. Казалось, смущение друга и неловкая ситуация, в которую попала Ангелина, его забавляли.

– Давай ближе к делу. Я записал нас с тобой на заседание экологического фонда. Это напрямую связано с тендером, – произнёс Филипп. – У меня есть подозрения…

– Хорошо, пойдём. Если у тебя есть подозрения, конкурентам стоит остерегаться. – ответил Миша.

Они обсудили планы на завтрашний день и отправились на обед. Михаил догадывался, какую информацию накопал Хризантемов. И возлагал на неё большие надежды.

Глава 2

Открытое заседание экологического фонда «Тайга» проходило в роскошном бизнес-центре. Блестящие презентабельные автомобили гостей теснились на стоянке. Молодых людей встретил на входе администратор в фирменной рубашке и кепке с логотипом фонда.

Миша наблюдал за последними приготовлениями ведущих перед началом мероприятия, и в нём закипали ярость и презрение к лжецам, выдающим себя за благодетелей. В верности своих догадок он не сомневался.

Видеть происходящее на сцене оказалось сложнее, чем он предполагал. Именно так, с восхищением и гордостью, смотрели на него, Михаила Колосовского, – подлого лжеца – близкие люди!

Миша достал из портфеля книгу с детективным сюжетом, подаренную Ангелиной: самое время предаться чтению и не замечать лживые лица.

«Он неподвижно смотрел в белое ничто. Этим он занимался почти три года. Его никто не видел, и он никого не видел», – читал Михаил.

Чувства, мысли, планы превратились в то самое «ничто» одним импульсивным поступком. События сегодняшнего дня словно сговорились точить его совесть и обострять вину! Молодой человек погрузился в чтение, изредка отвлекаясь на окружающие его звуки.

Ведущий походил на улыбающегося менеджера салона электроники. Выразительная речь с чётко произносимым звуком «р», напоминала рычание. Очевидно, учредители фонда выбрали столь нелепый способ привлечения внимания гостей к проблеме вымирания амурских

Предыдущая страница 1 Следующая