К счастью, мои руки среагировали быстрее меня, они потянули серп вниз, так что остри прорвало мягкие ткани и вывихнуло челюсть. Сильно рванув в сторону, я ударила голову упыря о стену, так что череп мгновенно треснул и во все стороны разлетелись капельки крови. Я смотрела на его лицо, искаженное болью…

Не давая себе опомниться, я поспешила за девчонкой и стражником. Думать потом буду, сейчас нужно выбраться отсюда!

Тай крикнул, что уже видит дома, и тут упыри поняли, что если они не прикончат нас сейчас, то упустят навсегда.

– Тай! – закричала я, поняв, что одна с ними не справлюсь.

Стражник не раздумывая бросился ко мне и всадил гарпун в глаз ближайшего упыря. Это была грязная сгорбленная женщина с темными кудрявыми волосами… они волной взметнулись вверх, когда она отлетела назад после удара.

Боковым зрением я заметила еще одного и с размаху ударила его серпом по горлу, но сразу за ним выскочил еще один. Мне пришлось выставить вперед раненную руку, чтобы не дать ему свалить меня с ног. Он тут же вцепился мне в костяшки пальцев и принялся раздирать тонкую кожу под локтем… к тому моменту, когда я успела взмахнуть серпом, он уже прогрызал мне вены, и второй вцепился в ногу, пытаясь свалить!

– Свет! – заорала я жрице. – Зажги свет!!!

Рана была серьезная, рука слабела с каждой секундой, долго я не продержусь…

К счастью, жрице все же удалось снова вызвать свет, куда более яркий, чем прежний! Твари завизжали и устремились обратно в темноту.

Развернувшись, мы из последних сил понеслись вперед, к домам.

Там твари тоже были… но они не кидались на нас, они просто удивленно расступались и иногда злобно шипели, если мы сбивали их с ног. Они даже носили одежду.

Наконец, к нам подоспел отряд стражи, услышавшей шум.

– Ребята!… – застонал Тай, бросаясь к ним. – Помогите!

– Тай! – воскликнул один из стражников, хватая израненного друга. – Ты живой! Мы думали, тебя уже переварили!…

– Если бы не две эти женщины, я был бы мертвее мертвого, – сказал он.

– Это же…

– Чернокожая! – закричал один из стражников. – Они с Огузка!

– Что?…

Только теперь Тай обернулся. Сейчас вокруг было достаточно света, и он мог разглядеть нас.

– Яшма!? – изумленно воскликнул он. Он таращился на меня, потом повернулся к черным. – Я не понимаю… я встретил их в тоннелях, она сказала, что преступница!… – заикаясь, проговорил Тай. – Там было темно, хоть глаз выколи, я не знал, кто они!

– Пусть Серый решает, что с ними делать, – сказал один из стражников. – У них должны быть какие-то объяснения.

Стражники отвели нас к подъемнику, а дальше все было как в тумане.

Кажется, меня и жрицу бросили в камеру, и там мы уснули.

Я проснулась от того, что кто-то тыкал в мою руку чем-то острым. Видимо, лекарь… не открывая глаз, я терпела жгучую боль, пока он не обработал все раны. Только когда он закончил, я открыла глаза.

– Не думал, что снова тебя увижу! – сказал тощий лекаришка. – После того, что ты натворила… как ты решилась прийти сюда?

– Это был единственный путь, – вздохнула я, пытаясь сесть. Голова шла кругом… потрепали меня сильнее, чем я думала. – У меня не было выбора, куда идти.

– Ты же не думаешь, что тебе позволят остаться? Серый убьет тебя!

Я молча пожала плечами.

Когда лекаришка ушел, я снова провалилась в сон.

Проснувшись во второй раз, я чувствовала себя уже лучше. На выдолбленной в стене койке сидела жрица. Она тоже недавно проснулась.

– Как ты? – спросила я, осматриваясь.

Да, я не ошиблась. Тюремная камера на двоих. Не раз я сама запирала здесь особенно буйных…

– Не знаю… – девчонка судорожно вздохнула, опустив глаза. – Я никогда так не боялась. Не могу поверить, что такое возможно… Не могу поверить, что взрослая женщина пыталась отгрызть мне руку, потому что была голодна.

Жрица провела рукой по перевязке. Вся ее рука и грудь были плотно перетянуты светлыми бинтами.

– Когда я была стражницей, один раз на меня напали такие же, – рассказала я. – Это были дети. Они ходили за мной стайкой, я думала, они боятся пьяных взрослых и держатся меня, потому что я их защищу. Но на самом деле они просто ждали удобного случая. Потом они попытались загрызть меня в тупике. Пришлось всех их перебить, детей… после этого я на нижние ярусы не возвращалась и вопросов не задавала. Мне и в голову не могло прийти, что этих тварей настолько много.

Жрица молчала, глядя в пол. Говорить об этом дальше у нас у обеих не было сил, и мы молча стали ждать, когда за нами придут.

Наконец, к нам вошел стражник. Он связал нам обеим руки и повел на верхние ярусы казарм. Казармы находились отдельно от жилого колодца, и преступнику, намерившемуся сбежать, куда проще было выпрыгнуть в море, чем вернуться к людям… Смогу ли я доплыть до Огузка, если придется бежать? Если не раздобуду лодку, то с такими ранами точно не доплыву. Жрица и подавно не справится. Но у нее, в отличие от меня, шансов попасть на службу больше.

Нас привели в светлую пещеру с прорезанными окнами. За столом посередине сидели Управляющие, а в самом центре Серый, сын Командующей. Видимо, отправившись на вылазку на Огузок, Хризолит оставила его за главного.

Нас с жрицей усадили перед судьями.

– Так-так-так, кого я вижу снова… – произнес Серый с лучащейся самодовольством улыбкой. – Думаю, оранжевая сама бы сюда не дошла, и говорить нам надо с Яшмой. Она тут главная заводила. Начнем с простого вопроса. Заметь, я еще не спрашиваю, зачем, я спрашиваю, как ты сюда попала?

– По Огузком есть сеть тоннелей. Оказалось, они соединяются с тоннелями под Остовом.

Черные недоуменно переглянулись, а сын Командующей нахмурился.

– Что ж, теперь, я думаю, больше не встанет вопрос о том, насколько разумно со стороны Командующей тратить средства на исследования нижних ярусов. Перед вами живое доказательство того, что решение всех проблем с Огузком все это время находилось у нас под носом, – проговорил он, обращаясь к своим соратникам. – Хвост?

– Да? – откликнулся молодой писарь.

– Я хочу, чтобы ты очень тщательно записал все, что она будет говорить, – затем он снова повернулся ко мне. – Теперь я спрошу, зачем ты сюда пришла.

– Оранжевые замуровали меня в тоннелях под Огузком. Я искала выход. Я не знала, куда приду.

– Вот как… – Серый сложил пальцы домиком, размышляя. Он перевел взгляд от меня к жрице, потом вернулся и стал смотреть на меня в упор. – А девочку зачем взяла?

– Девочка сама пошла, – сказала жрица, и голос ее звучал неожиданно смело. Я обернулась на нее. Девчонка гордо вздернула подбородок и осматривала сидящих перед ней стражников. – Оранжевые хотели изгнать меня из стаи, поэтому я решила убить Яшму и сбежать. Но когда я нашла ее в тоннелях, она уже встретила черного и собиралась уйти. Я решила пойти с ней, потому что не хотела возвращаться в свою стаю.

– Вот как, – произнес Серый, широко улыбаясь. – Так тоннели ведут к землям оранжевых? Не их ли вы называете храмом Солнца?

– Храм Солнца – куда большее, чем просто тоннель! – жрица нахмурилась. – Вы… вам никогда этого не понять.

– Разумеется, – он кивнул. – Следующий вопрос. Чего вы обе хотите теперь, оказавшись здесь? Скажу сразу, что чернокожую я еще могу согласиться вернуть домой. Ты, Яшма, отсюда живой не выйдешь…

– Я не хочу домой! – воскликнула жрица. Серый был настолько изумлен тем, что его перебила чернокожая девчонка, что позволил ей говорить дальше. – Не для того я пережила этот ад, чтобы вернуться обратно! Я хочу быть здесь, хочу помогать бороться с этими людьми… или кто они? Я хочу остаться здесь и быть черной!

Оранжевая, которая не просто хочет прожить остаток дней без солнца, нет! Она хочет драться и убивать!… Хе-хе, такого эти стены точно еще не видели!

Я с удовольствием наблюдала за вытянувшимися лицами черных.

– В стражники ты не подойдешь, – произнес сын Командующей, рассматривая девицу с новым интересом. – Ты девушка, к тому же довольно слабая. Можешь быть лекаркой, если умеешь лечить…

– Я не слабая! – разозлилась жрица. – Вы не знаете меня, не знаете, что я могу!

– Ну и что же ты можешь, прекрасное создание? – усмехнулся Серый, опешив от такого напора. Он обменялся с остальными черными снисходительной улыбкой.

Жрица вытянула связанные за спиной руки и, перекувыркнувшись, легко продела ноги через образовавшуюся петлю. Пока черные приходили в себя от этого трюка, она одним прыжком подошла к Серому и сунула руки в пламя свечи.

Стоило огню коснуться ее кожи, он вспыхнул ярким желтым светом, вытянулся, заискрился. Искры летели во все стороны, как из фонтана, пламя вгрызлось в путы и те осыпались на пол. Когда жрица убирала руки, огонь тянулся за ними, до последнего цеплялся за пальцы, словно не хотел отпускать.

Когда пламя свечи приняло прежний вид, девчонка взмахнула рукой и, хотя огня она не касалась, слабый язычок свечи взметнулся вверх, словно ярко-рыжая лента. Извиваясь в воздухе, лента с грохотом взорвалась у потолка, так что испугавшиеся Управляющие вскочили со своих мест.

Но больше огня не было, жрица стояла напротив них, почти обнаженная, и ее черная кожа стала покрываться яркими пятнами румянца. Слегка рыжеватые, они расползались, становился все светлее, накалялись, так что кожа жрицы стала практически белой. Тогда свечение озарило комнату и вырвалось наружу звенящей яркой вспышка, растворило в себе тело девушки и все вокруг.

Мои руки были связаны за спиной, и я попыталась прижать лицо к плечу, чтобы этот яркий свет не сжег мне зрение. От стола послышали возгласы черных.

В миг все превратилось, свет исчез. Жрица стояла, как прежде, пристально смотря на сына Командующей.

– Я могу предложить нечто большее, чем еще одну лекарку, – сказала она. – Я могу предложить Остову Божий Дар.

Молодой писарь жался в угол, стараясь убрать драгоценную бумагу подальше от жрицы, Управляющие осторожно вернулись на свои стулья.

Серый, хотя и отстранился от жрицы, смотрел на нее с восхищением. Огонь блестел в его глазах, и я, кажется, знала, о чем он думал. Теперь эта жрица не отделается от стражи никогда в жизни.

– Так делают все оранжевые? – вкрадчиво спросил он, выдохнув.

– Нет. Я единственная. Поэтому наш вождь объявил меня ведьмой и хотел изгнать. Поэтому я решила уйти.

Серый понимающе кивнул.

– Я слышал, что у некоторых на Огузке развиваются… дополнительные органы чувств, которые помогают им понимать природу, подобно птицам и рыбам. Слышал, что есть некий уникум, который якобы читает мысли и способен вызывать дождь. Но о таком… ничего подобного никогда не было. Определенно, твои способности можно назвать выдающимися. Если хочешь быть среди стражников, мы найдем для тебя дело, достойное твоих талантов.

Жрица удовлетворенно кивнула и вернулась ко мне.

Серый с трудом отвел взгляд от девицы и нехотя заговорил со мной.

– А ты, Яшма? – скучающе спросил он. – Что же нам с тобой делать?

– Напомню, что она нарушила клятву, убила двадцать одного стражника, на ее руках кровь твоего брата и тех, кто отправлялся на мирные переговоры! – воскликнул один из черных. – Я знаю, Серый, что у тебя вертится в голове, но после всего мы обязаны убить ее! Она опасна!

– Мы не можем закрыть глаза на ее преступления!… – вторил другой.

– То, что она выбралась живой из подземелий, еще не повод прощать ее!..

– Однако, она выбралась живой из подземелий, – ухмыльнулся Серый. – Много наших оттуда возвращалось? Тай сказал, что она ориентируется в темноте, совсем как упыри, и способна драться с ними на равных…

– Ее нужно убить, пока она не прикончила еще больше наших людей!

Поднялся гвалт, черные кричали наперебой друг другу, их было не унять.

– Видишь? – Серый улыбнулся мне. – Они все хотят твоей смерти. Ты мне нравишься, но мне ведь еще с ними работать… да и брата я любил.

Я промолчала.