– Как ты себя чувствуешь? – забеспокоилась она, протягивая мне воду.

С жадностью прильнула к стакану. Выпив, прислушалась к себе. Тело уже не болело, слабость почти прошла.

– Неплохо, – ответила садясь.

– Госпожа Саашш укрепила твои энеритические каналы. И сказала, три дня не использовать магическую энергию, – объясняла мне домовичка, присаживаясь рядом.

Просидели мы до рассвета. Вася рассказала, что находимся мы на нейтральных островах. Так они называются потому, что эти острова не принадлежат ни одной из рас. Они очень мелкие, находятся близко друг к другу. Для передвижения между ними есть подвесные мосты. На этих островах живут представители всех рас. В основном не совсем законопослушные граждане, либо те, кого изгнали из рода или клана. Управляет этими островами дрегур по имени Васко.

Пока Василиса рассказывала, в моей голове всплыла информация об этих островах. Раньше, до великой войны они были единым островом. И принадлежал он гномам. Во время войны его разрушили. Гномы увидев, во что превратился остров, отказались от осколков. Информация приходила ко мне урывками, и порой я даже не могла её понять.

С первыми лучами сайнеса мы с Василисой отправились в город, надеясь, что там есть арка телепорта. Город находится на самом большом острове. Проходя уже третий островок, – они и правда были небольшие, примерно семь – десять метров в диаметре, – вспомнила слова Тьмы, что на меня открыта охота. Вспомнила и жуткого «Хотабыча». От таких воспоминаний остановилась.

– Ты чего? – удивилась домовичка. – Пойдем быстрей, останавливаться на мосту не лучшее решение, – поторопила меня Василиса.

Мне не осталось больше ничего, как поспешить за ней.

Это остров был совсем крошечным, не больше трех метров. Но мне нужен был привал. Сойдя с моста, огляделась. Заметив у самого края острова небольшое дерево, поспешила к нему.

– Мне надо изменить внешность, меня ищут. Может, подскажешь, кем лучше стать? – нервно затараторила я.

Василиса не спешила отвечать. Пауза затягивалась, это поспособствовало моей мыслительной деятельности.

Образ эльфийки не подходит, они все очень красивые и это привлечет ненужное внимание, – рассуждала я мысленно – оборотницей-лисичкой тоже не вариант, она слишком яркая. Для трольчанки и орчанки ростом не вышла. Артефакт не может увеличить или уменьшить мой рост. С моими сто шестьюдесятью пятью сантиметрами остается гномка. Как раз рост у меня подходит для этой расы. Мой вывод поддержала и домовичка, выпалив:

– Лучше, конечно, гномкой, к ним не пристают. – Услышав это, обрадовалась. И только хотела приступить к воплощению образа, как услышала слова Васи:

– Давай ты наложишь чары, когда мы подойдем к городу. Иллюзия держится недолго.

Говорить ничего не стала, лишь прикрыв глаза, мысленно потянулась к кольцу. Почувствовав его, начала очень тщательно вырисовывать образ нужного воплощения. Спустя час вместо меня у дерева сидела гномка. Коренастая, плотная, фигуристая, с большими голубыми глазами, пухлыми щечками и губами, небольшим аккуратным вздернутым носом, густыми черными бровями и длинными ресницами, да и цвет волос теперь был не русый, а пепельно-белый.

– Ух, ты! – восхитилась Василиса, – какая качественная иллюзия.

– Эта не иллюзия, это кольцо метаморф, артефакт, – объяснила я домовичке. Её глаза, и без того довольно большие, ещё больше расширились.

– Ме-та-морф! – с восхищением и придыханием по слогам проговорила она, – это же такая редкость! Такие кольца уже больше двухсот лет никто не видел.

– Да, – удивилась я, – а я в артефактной лавке его купила за пять дехмов.

В ответ Василиса только охнула.

Закончив с изменениями, переоделась. Одежда, в которой я была, выпачкалась, да и не подходила она для придуманной наспех легенде о беглой преступнице. Надела темно-серые брюки, горчичного цвета рубашку и кожаный жилет, благо эта одежда была в моей сумке. Соблюдая традиции гномов, заплела волосы в две косы, вплела в волосы по паре сахмов – бронзовые монеты. Пришлось наспех проделывать в них дырочки, чтобы вдеть нитки. Когда все было закончено, мы продолжили путь.

Сайнес и калия клонились к закату, когда мы ступили на довольно большой остров, в сравнении с теми, какие мы прошли. На этом острове стоял двухэтажный каменный дом, небольшой сарай. Мне показалось это место очень знакомым. И я ощутила нервную дрожь, а услышав рычание, поспешила к дому, точнее к сараю, ведь именно из него и доносились голоса. Сердце застучало быстрее, в висках запульсировало, когда я услышала…

– Загоняй эту тварь, – кричал один мужской писклявый голос.

– Да, убейте вы его, – вторил ему второй, более низкий, но не менее противный.

– Нет, за него деньги плачены. Лучше усмирите, а завтра пойду в город и продам его, – басил третий властно.

Снова послышались звуки ударов, рычание. Я почти бегом поспешила к сараю. Открыв дверь, увидела, как двое мужиков плеткой с шипами избивают рысь. Я понимала, что ничего сделать физически не могу, поэтому закричала:

– Хватит его бить! – все присутствующие обернулись в мою сторону.

– Вы зачем его избиваете? – задала я вопрос.

      Один из мужиков, тот, что постарше, сплюнув сквозь зубы, брезгливо проговорил:

– Шла бы ты своей дорогой. Это мой зверь, я его купил. Что хочу, то и делаю!

– Продайте его мне, – неожиданно даже для самой себя попросила его.

Мужики переглянулись.

– И зачем гномке, – слово «гномке» он сказал с таким пренебрежением, что мне стало не по себе, – этот мерзкий, злобный зверь?

Отвечать я не стала, а повторила свой вопрос уже спокойно, четко проговаривая слова:

– Продайте его мне? – и вполголоса добавила – Сколько?

Мужик ухмыльнулся. К нему подошёл мелкий мужичонка, обладатель писклявого голоса, и зашептал на ухо:

– Продай, пусть он её загрызет. А мы потом его снова отловим. Ты его опять продашь. – Он шептал так громко, что я без труда услышала его, но не подала виду.

– Хорошо, – согласился главный, – сто дехмов.

От услышанной суммы у меня перехватило дыхание, я закашлялась.

– Кха – Кха, у меня, кха-кха, всего пятьдесят, кха-кха, – сквозь кашель сообщила ему.

– Я сказал сто, или иди куда шла, – с пренебрежением ответил он.

– У меня нет столько, давайте договоримся. Пятьдесят дехмов и артефакт определитель ядов, – прокашлявшись, начала я торговаться.

– Хорошо, пятьдесят дехмов, амулет определитель ядов и ты ублажишь нас, – ухмыльнувшись, ухмыльнулся он, огладив меня сальным взглядом.

От омерзения меня передёрнуло, а зверь, до этого стоящий смирно, зарычал. Тут же последовал удар плетью, шипами разрывая шкуру до мяса. Зверь рыкнул, но уже от боли.

– Пятьдесят дехмов, артефакт определитель ядов, сигнатура связи и украшение с жемчужинами, – поспешила я предложить им.

– Покажи украшение, – властно потребовал мужик, протягивая руку. Я сняла обод с головы и протянула перед собой. Мужики внимательно посмотрели на него и присвистнули. Я и сама удивилась его преображению. Обод был, как и прежде, из серебристого метала, но теперь это была не плоская ровная пластина, огибающая затылок, а искусно сделанная ветка с множеством мелких ответвлений, на концах которых красовались жемчужины разных оттенков.

– По рукам, – согласился мужик, – давай все обещанное сюда.

– Сначала документ, подтверждающий, что я его владелица. Ключи от оков, ошейника, а потом деньги и все остальное. Мне бежать некуда, – пояснила ему свои требования холодным безэмоциональным голосом.

      Кто бы знал, как мне было страшно. Я понимала: напади они на меня, я не отобьюсь, но изо всех сил старалась изображать холодность и бесстрашие.

Мужик оценивающе посмотрел на меня, усмехнулся, наклонившись к писклявому, что-то шепнул ему. Тот быстро ушёл.

– Пойдем в дом, там оформим все документы, – предложил он таким тоном, что я поняла: в доме ничего хорошего меня не ждет.

– Нет, я здесь подожду, – предусмотрительно, таким же холодным тоном ответила ему.

Он ещё раз усмехнулся, брезгливо сплюнул сквозь зубы.

– Хорошо, жди, – произнес он таким тоном, как будто сделал мне одолжение. Повернулся к оставшемуся в сарае мужику. – Карауль! – бросил он и вышел.

Вернулся он достаточно быстро, в его руках была бумага с печатями.

– Имя, – мрачно протянул он.

– Чьё? – недоуменно спросила я.

– Ну не моё же. Я своё знаю, – рассмеялся он.

– Элена, – ответила я.

Он вписал имя в бумагу и протянул мне вместе с круглой пластиной.

– Это что? – указала я на пластину.

– Ключ от ошейника! – немного удивившись, пояснил он.

– А от оков? – нетерпеливо спросила его.

– У меня его не было, – лениво ответил мужик.

Решила, спорить не буду, себе дороже. Да и был у меня ключ – «подарок» мага. Взяла документы, проверила, все было в порядке.

– Отвяжите его, – попросила мужиков, доставая артефакты, обод и деньги.

Как только обговоренное попало им в руки, они тут всё же проверили. Деньги пересчитали, украшение попробовали на зуб, сигнатуру в работе, а вот артефакты проверили каким-то камнем. Удостоверившись, что я их не обманула, отвязали оборотня и передали мне. Решив снять ошейник, достала пластину, но мужик, усмехнувшись, проговорил:

– Снимешь ошейник без документов – тебя саму сделают рабыней, – и заржал, по-другому его смех не назовёшь.

– Элен, – услышала я голос Васи, – уходи быстрее отсюда, в доме ещё пятеро.

Я наклонилась к уху оборотня и прошептала:

– Нам нужно уходить и как можно быстрее, ты сможешь?

Он качнул головой, и мы пошли под пристальными взглядами двух мужчин.

Оборотень, прихрамывая и порыкивая от боли, направился к мосту.

– Куда же ты в ночь, да по мостам, того и гляди сорвёшься, упадешь. Оставайся у нас, не обидим, – сально ухмыляясь, ухмыльнулся один из них.

Отвечать не стала, лишь прибавила шагу. Мне было очень страшно, ведь я не могу пользоваться магией ещё два дня, а значит, не смогу себя защитить.

Идти и правда было страшно, во-первых, ничего не было видно, тучи закрыли не только звезды, но и кианар. Во-вторых, поднялся ветер, и мост сильно качало. Кое-как на негнущихся от страха ногах я добралась до острова. Оборотень уже был здесь, он тяжело дышал. Нужно было срочно снять антимагические оковы.

Из-за того, что пользоваться магией мне запрещено, я не могла создать даже светлячка, подсветить замок оков. Решила достать сотовый телефон, там был фонарик. Но его не было. Выругавшись на Соргара, – только он мог вытащить телефон, – а также на себя, что не удосужилась проверить вовремя вещи, попыталась создать магический светлячок, наплевав на все запреты. От первой же попытки руки задрожали, их начало ломить. Василиса каким-то чутьём поняла, мне нужна помощь. Поспешила ко мне.

– Элен, тебе ещё нельзя, – остановила она следующую мою попытку.

– Но мне надо снять оковы. Ему плохо, регенерация не может начаться, – чуть не плача ответила ей.

Моя умненькая домовичка тут же создала маленький, слабенький огонек, подвесив его над оборотнем.

– Давай быстрее, – поторопила она меня, – нас могут найти по светляку.

Ключ от антимагических оков достала очень быстро. Хоть и не с первого раза, но оковы сняла. Уже решила их выбросить, когда моя интуиция буквально завопила: они могут пригодиться. Спорить с ней не стала, убрала в сумку. Внимательно взглянув на оборотня магическим зрением, увидела: энергия по-прежнему плохо циркулирует. Нормальной циркуляции мешает рабский ошейник. Плюнув на все запреты и предостережения, приложила пластину к специальной выемке на ошейнике. С легким щелчком он открылся. Как только я сняла с оборотня ошейник, он упал без чувств.