Самый эльфийский поцелуй (страница 9)

Страница 9

– Катя, – строго завила дама, снова пригрозив пальцем, – начинай отождествлять себя с Катриэль. Больше нет вас по отдельности. Ты – это она, и точка. Это очень важно.

– Ладно, – вздохнула я. – Так что с Нэнной не так?

– Ничего. Скучная и предсказуемая. Внимания она точно не стоит. Вернемся к твоим проблемам. Видела папочку Катриэль?

– Ну?

– Поверь мне, алар Орэйо не будет слушать твои аргументы, какими бы честными они ни были. В его глазах ты будешь убийцей его дочери. Вдруг Катриэль выжила бы, если бы ты не засела в ее теле?

– Но ты сама меня сюда запихнула!

– Выполняя твое желание! – легко парировала фея.

– Обманом.

– Ничего подобного. Сделка была совершенно законная. У меня есть доказательства.

– Слушай, а ты точно фея? – прорычала я, совершенно игнорируя звяканье зеркальца, которое все не унималось.

– А кто же еще, – поправляя бейджик на пышной груди, отозвалась та.

– Может, ты дьявол или демон, которому я чисто случайно продала душу.

Фея смотрела на меня секунд десять и вдруг расхохоталась.

– Душу? Ой, нет, – отсмеявшись, отозвалась она. – Не нужна мне твоя душа. Что с ней делать? Я люблю чудеса совершать, судьбы соединять, особенно такие…

– Какие? – тут же уцепилась я.

– Несоединяемые, – хитро улыбнулась мне фея. – Так что, Катенька, совершенно не в твоих интересах рассказывать кому-либо о том, кто ты на самом деле.

– Они все равно догадаются. Уже догадываются. Я не Катриэль и не могу быть такой высокомерной стервой.

– И не надо. Будь собой. Скажи, что изменилась. Все меняются.

Теперь пришла моя очередь фыркать.

– Никто не меняется. И мой случай тому хорошее подтверждение.

– Катя, не нуди. Тебе и надо-то пережить всего полторы недели. И все. Будешь свободна. Пусть считают, что случилось настоящее новогоднее чудо.

– Угу. Если раньше меня не посадят за покушение на ту княжну, – кисло отозвалась я, не отводя взгляда от зеркальца, которое вновь рябило и трезвонило.

– Не посадят.

– Откуда такая уверенность?

– Я же фея. Ну же, Катя, надо ответить. Твоя матушка столь же нетерпелива, сколь и отец. Иногда даже больше.

Ну вот, теперь и матушка…

Скорчив трагическую мину, я взяла образор в руки и вновь нажала на розочку, готовясь встретиться с родительницей.

– Катриэль!

Красивая какой-то неземной красотой. Вся такая воздушная, невесомая, невероятная. Бледное лицо, светлые, почти прозрачные брови, глаза цвета льда в обрамлении светлых же ресниц, нежно-розовые губы, аккуратный носик и водопад длинных волос цвета лунного серебра.

Если в мире и существовала где-то снежная королева, то она была здесь и сейчас, передо мной.

– Ты где была?! – рявкнула королева, и все очарование исчезло.

– Тут, – автоматически отозвалась я, хлопая ресницами.

Как-то не вязался этот воздушный образ с резким тоном и бешенством во взгляде.

– Твой отец сообщил мне о произошедшем. Как ты могла?!

– Кхм, – только и смогла пробормотать в ответ.

– Ты что, забыла самое главное правило?!

– Э-э-э…

– Никогда и ни при каких условиях не оставлять следов! И свидетелей! – продолжала отчитывать меня маман. – Тебе понятно?

– Д-да…

Ничего мне не понятно! Вот совсем! Она что, сейчас советует мне… Да не может быть!

– Я рада, что мы друг друга поняли, – величественно кивнула элва. – Не разочаруй меня, Катриэль.

Гладь зеркала снова покрылась рябью и стала обычной. А у меня так дрожали руки, что я с трудом смогла положить образор на столик, не свалив при этом поднос с едой.

– Ты куда меня притащила? – сдавленно прошептала я, взглянув на фею.

– А что?

– Это не эльфы! Эльфы не могут быть такими! Они добрые. Да, немного высокомерные и чванливые, но добрые. Они за мир, живность всякую и любовь. А эта… ты слышала, что она мне советовала?

– Слышала, – не стала отпираться фея и протянула мне стакан с водой.

Амулет на груди не среагировал.

– Убить княжну – и концы в воду! Боже, ну и семейка…

Сделав глоток, я попыталась взять себя в руки и успокоиться.

– Ничего, уверена, ты справишься, – нарочито бодро заявила фея, поднимаясь. – А мне уже пора.

– Куда? – И тоже вскочила, испуганно на нее смотря.

Пусть я на нее страшно злилась, но эта фея была единственным знакомым… существом (человеком ее язык не поворачивался назвать) в этом чужом мире.

– Дела, дела, – поправляя вырез на груди, заявила она. – Не переживай, скоро встретимся.

– Когда? – не отступала я.

– Скоро.

– Подожди!

– Ну что еще? – недовольно спросила фея.

– Прошлое Катриэль! Почему я ничего не помню? Лишь короткими, не совсем понятными отрывками. Так и должно быть?

– Нет, – пожала она плечами и обеспокоенной при этом точно не выглядела.

– А в чем причина?

– В тебе?

Ну вот, опять я виновата!

– Почему?

– Ты не принимаешь чужое тело, вот воспоминания от тебя и скрыты. Вот примешь все, успокоишься – и они откроются.

– А я спокойна.

– Ну-ну, – хмыкнула фея и растворилась, послав мне напоследок воздушный поцелуй и оставив после себя лишь блестки, которые медленно упали на пол.

Что ж, а мне оставалось только одно: отправиться доедать свой салат и лепешку с фруктами.

Еда весьма благотворно на меня повлияла, потому что паника отступила, плакать и жаловаться на судьбу расхотелось совершенно.

– Мы еще посмотрим, кто кого, – заявила я, застыв посреди комнаты. – Русские не сдаются! Даже оказавшись в другом теле.

Кроме того, я оценила приказ зеленоглазого ректора отсидеться в своей комнате. У меня же есть целый день, чтобы все хорошенько разузнать и подготовиться к завтрашнему дню.

Но для начала…

– Для начала мне нужно нижнее белье!

И я рванула в гардеробную в поисках трусов и другой, более нормальной одежды. Потому что в этом тройном платье было очень и очень некомфортно. Про корсет я вообще молчу!

Гардероб у Катриэль оказался весьма и весьма большим. И дело не только в размерах самой комнаты, но и в количестве тряпок, которые сверху донизу занимали все полки.

Преимущественно платья, много юбок – как нижних, так и верхних. Сдержанные тона, природные цвета, много вышивки и струящихся тканей. Все оттенки синего, много зеленого, бежевого и лилового.

Все невинно и целомудренно.

Сорочки лежали отдельной стопкой, рядом носовые платки с вышитыми инициалами, большая коробка с чулками разной плотности. Я достала одни и восторженно ахнула. Вот это ткань! И совсем не капрон, от которого потом чешутся ноги, а нежное, мягкое полотно, больше похожее на паутинку. Такие очень приятно носить…

Рядом лежали теплые чулки, явно для зимних прогулок.

Белья не наблюдалось. Я зарылась глубже, мечтая найти хотя бы панталоны. Ну не может быть все настолько плохо?

Копаясь на полках, я реально взмокла. Поэтому поиски пришлось временно прекратить для того, чтобы переодеться в более удобную одежду.

Со стороны это выглядело смешно. Особенно мои жалкие попытки снять корсет, который завязывался на спине.

Пыхтя и проклиная все на свете, а в частности нерасторопную служанку, которая пропала неизвестно куда, я промучилась минут пять. В конце концов, схватив нож для бумаг, как-то извернулась и смогла надрезать веревку на корсете. Дальше было легче.

Штанов в гардеробе эльвы не оказалось, поэтому я остановила свой выбор на простом, скорее всего домашнем платье из плотной ткани, очень похожей на лен, красивого темно-синего цвета.

Убрав мокрые от пота пряди со лба, я выдохнула и нахмурилась. Действительно, а где Нэнна? Она же должна знать, что меня неофициально посадили под домашний арест. Тогда почему не пришла? Даже поесть не принесла.

Или мне ее надо как-то вызвать? Может, тут звоночек есть какой или веревочка?

Я подергала за кисточки балдахина, чувствуя себя Красной Шапочкой, которая пришла в гости к бабушке, а вместо этого вот-вот нарвется на серого волка.

Результата никакого.

Зато я заметила, что поднос и остатки еды пропали. Скорее всего, Люля постаралась. Хоть кто-то на моей стороне…

Дальше начался обыск.

Я залезла под кровать, осмотрела все ящики, простучала все предметы мебели в поисках потайных отделений, ощупала перину и подушки, а также мягкие сидушки кресел и стульев.

Ничего.

Либо алмазов здесь не было, либо Катриэль их очень хорошо спрятала и делиться со мной пока не собиралась.

– Прими тело, Катя, иначе воспоминания не откроются, – проворчала я, пародируя фею. – Легко ей говорить. А тут не знаешь, за что браться…

Я забралась на кровать и обняла одну из подушек.

– Итак, чтобы вернуться домой, надо, чтобы меня в полночь поцеловал эльф. А у меня как раз есть на примете один потенциальный клиент на эту роль, – с довольной улыбкой произнесла я. – Тот самый, на которого у Катриэль есть компромат. А что? Подойду завтра к ректору, схвачу за локоток и отведу в сторонку.

Я прокашлялась, улыбнулась и томно произнесла, репетируя речь:

– Господин ректор, памятуя о нашей дружбе и кое-какие совместных делах, не выручите ли вы меня в последний раз? Вам и надо-то всего ничего. Сходить со мной на бал и поцеловать ровно в полночь.

Вышло очень даже неплохо. Сомневаюсь, что он откажет. Значит, одной проблемой будет меньше.

В этот момент в дверь деликатно постучали.

А это еще кто?

Я осторожно выбралась из кровати и не спеша подошла к двери.

– Кто там?

– Алари Орэйо, извините за беспокойство, это Люсьен Имэро.

Кто?!

Глава 9

Элв.

Это опять был элв.

Я уже не знала, смеяться мне или плакать. Хотелось и того и другого.

Сколько же их тут? Может, это вообще академия элвов, а я не в курсе? Тогда условия Феи кажутся смешными и странными…

– Алари Орэйо, – произнес мужчина и склонил голову в приветствии.

Этот элв отличался от остальных представителей своей расы и выглядел скорее карикатурой на них. Не смешной, а какой-то нелепой.

Невысокого роста, даже ниже меня. Плотного телосложения. Не толстый, элвы априори не могут быть толстыми. Но изящным и стройным этого Имэро назвать было сложно. Длинные волосы хоть и были светлыми, но оттенок какой-то странный, приглушенный и даже землистый.

Нос широкий, подбородок квадратный, а глаза невыразительного серого цвета. Я всегда считала серый цвет глаз хамелеоном, который может подстраиваться под другие, становясь в зависимости от освещения то зеленым, то голубым, то приобретая красивые оттенки грозового неба. Эти же глаза были просто тусклые и серые.

– Рад видеть, что вы в добром здравии, – начал рассыпаться в любезностях гость.

Я кивнула, не зная, как быть дальше. Поэтому решила использовать безотказный прием и стать стервой.

Серые глазки быстро осмотрели меня с головы до ног. И, кажется, новый наряд произвел на него впечатление.

Люсьен судорожно сглотнул и попытался ослабить узел шейного платка.

– Я вижу, что не вовремя. Прошу простить меня.

Ну и чего он так уставился? Я что, с платьем напортачила? Вроде все прилично и ничего не видно. Я даже сорочку снимать не стала. А платье хорошенькое, может и простое, но очень удобное.

– Что вам нужно? – спросила сдержанно, и не думая приглашать его войти.

– Я хотел сказать вам, что не верю в эти гнусные слухи, которые ходят по академии, – быстро произнес элв.

– Какие слухи?

Так, Катя, взгляд суровый, складку меж бровей и строго поджать губы. Помни, что ты теперь злой и страшный серый волк, который зубками клац-клац…

– Что вы причастны к покушению на княжну.

– Значит, слухи все-таки ходят?

Я приправила вопрос ледяным взглядом. А сама внутри хихикала. Оказывается, это довольно интересно – играть стерву.

– Все завистники, только завистники! Но я всецело предан вам, алари.