Я начинаю смотреть по шкафам, захожу в кладовую, здесь куча забытых богом вещей, но среди них я все же нахожу небольшую упаковку свечек. На радостях, я на секунду теряю координацию и толкаю позади себя какие-то ящики, накрытые темной тканью. Раздается очень неприятный звук. Я даже вскрикиваю от неожиданности. Впопыхах начинаю собирать то, что упало на пол и… в одном из ящиков я обнаруживаю то, что меня потрясает. КОНВЕРТ. Именно такой же конверт, в которых мне приходили письма. Он отличается от других обычных конвертов тем, что у него в уголочке имеется белая, сливающаяся с фоном, выпуклая буква L. От удивления я протираю глаза и обнаруживаю, что в этом ящике бесчисленное количество таких же конвертов. Я в шоке. Меня начинает трясти. Господи, неужели это он?! Нет, не может быть. Он не мог так со мной поступить. Я испытывала столько страха, когда обнаруживала у себя такие письма. Мне и сейчас становится страшно. Глазам своим не могу поверить.

Я слышу, как открывается дверь. Мне хочется прямо сейчас вцепиться в него и расспросить его про эти конверты. Узнать, за что он так со мной.

– Глория, я пришел.

Я сижу за столом на кухне, смотрю в одну точку, стараюсь вообще не думать о происходящем, но у меня это плохо получается.

– Ух ты! Когда ты успела все это наготовить? Обалдеть, – я молчу.

– Эй, что случилось?

Я медленно поднимаю на него глаза.

– Присядь, пожалуйста, – Чед садится рядом, мои руки опущены, в одной из них я держу тот самый конверт, – я хочу тебе кое-что рассказать.

– Я весь внимание.

– Вот уже почти месяц кто-то подбрасывает мне странные письма. Я их находила каждый день в школьном шкафчике. Раньше меня пугали эти письма, но потом я привыкла. Я никогда не понимала смысл этих писем, и мне всегда было интересно узнать, кто же мне их пишет.

– Какой ужас. Кто-то пытается тебя шантажировать?

– Да. Кто-то…

– Но ведь теперь тебе нечего бояться? Ты уже не ходишь в нашу школу, а значит, больше не будешь получать эти дурацкие письма.

Я смотрю на него презрительным взглядом, и на моем лице так и написано: «Ну, признайся же, трус!»

– Да что с тобой такое? – спрашивает он.

Я не выдерживаю и поднимаю вверх конверт.

– Я хочу знать, что с тобой такое. Это ты писал мне те письма?

– С чего ты взяла?

– Каждое письмо было именно в таком конверте. Таких и во всем городе не сыщешь, а у тебя их сотни!

– Это просто конверт, Глория! Я не писал тебе никакие письма, я бы не стал тебя так запугивать.

Я выдыхаю.

– Прости… я просто начинаю сходить с ума. Этот человек будто чувствует меня. Он знает обо мне все, каждое мое движение.

– Послушай, давай забудем об этом? Ты приготовила прекрасный обед, я не хочу это портить.

Мы начинаем потихоньку уплетать еду. Тишину прерывает внезапный звук телефона. Чед уходит в прихожею. Я слышу его разговор с кем-то:

– Алло… нет, это его сын, что ему передать?.. Подождите, я запишу… хорошо… до свидания, – Чед снова заходит на кухню. – Папе звонили, очень неприятный тип.

– Кстати, где сейчас твои родители?

– Я бы тоже хотел знать, где они. Мои родители – исследователи. Они путешествуют по всему земному шару и собирают материал о природе. В общем, у меня сумасшедшая семья.

Мы смеемся.

– Ну, как тебе моя еда?

– Превосходная, я и не знал, что ты такая хозяюшка.

– Ты пока ешь, а я пойду подышу свежим воздухом, голова что-то кружится.

Я направляюсь в прихожею, хочу открыть входную дверь, но меня внезапно останавливает маленькая записка, которую только что написал Чед. Она лежит на столике около шкафа с верхней одеждой. Я беру в руки эту записку, и мои руки снова начинают зверски дрожать. Почерк очень похож на тот, который был в тех письмах. Боже, да это точно такой же почерк!

– О господи, – шепотом произношу я. ЭТО ВСЕ-ТАКИ ОН.

В дверь звонят, я подхожу к глазку и вижу, что по ту сторону двери ПОЛИЦИЯ. Мне становится вдвойне страшно.

Я забегаю на кухню.

– Черт! – говорю я.

– Что такое?

– Там полиция!

– Так, успокойся, иди лучше спрячься, я все улажу.

Меня охватывает чувство паники, я поднимаюсь наверх, забегаю в какую-то комнату и слышу, как Чед открывает дверь.

– Добрый день, вы Чед Маккупер?

– Да, это я. А что случилось?

– Пропала ваша бывшая одноклассница Глория Макфин, ее отец очень беспокоится и обратился к нам за помощью. Вы знаете что-нибудь о ее местонахождении?

– Я? Да вы что! Это же сама Глория Макфин. Мы с ней ни разу не общались. Мы из разных кругов общества.

– Очень жаль. Но все же если вы что-то узнаете о ней, сообщите нам.

– Разумеется.

– Всего доброго.

Чед закрывает дверь.

Я медленно спускаюсь вниз и настороженно смотрю на Чеда.

– Ну все, перестань боятся, они уже ушли, и твой отец никогда не найдет тебя здесь, – Чед подходит ко мне, но я отталкиваю его. – Глория, ты чего?

– Это ты… это ты писал мне те письма.

Чед опускает глаза вниз, затем поворачивается и тихо произносит:

– …да.

Боль накатывает на меня с новой силой.

– Господи, зачем, зачем ты это делал?!

– Слушай, ну что здесь такого? Это просто куски бумаги.

– Если бы это были просто куски бумаги, ты бы мне не врал!!!

– Глория, успокойся.

– Я не желаю успокаиваться до тех пор, пока не узнаю правду! Зачем ты писал мне эти письма?!

– Я просто помешан на тебе. Слишком одержим. Все это время я следил за тобой. За каждым твоим шагом. Видел, как ты плакала, как ты улыбалась. Тайком ходил на все ваши вечеринки, особенно мне запомнилась та, на которой Мэтт подрался с Ником и на которой твоя бывшая лучшая подруга переспала с твоим сельским дружком. Я видел, сколько раз ты сбегала из дома к Тезер или к бабушке. Следил за вами, когда вы ходили в паб или еще куда-нибудь. Я даже знаю, что произошло на том балу в беседке. Помню, как ты плакала, когда от тебя ушел Мэтт. Я все это видел. Видел, как ты покупала бутылку виски, чтобы затмить боль о потере подруги и парня своей мечты. Я все о тебе знаю, Глория. ВСЕ, даже больше, чем ты можешь себе представить.

Мое сердце колотится как бешеное. Я просто поверить не могу в это.

– …ты больной. Тебе лечиться нужно!

– Глория, я…

Чед пытается сделать шаг ко мне, но я снова отстраняюсь от него.

– Не подходи ко мне! Я боюсь тебя.

– А не ты ли мне говорила, как тебе хорошо со мной?

– До тех пор, пока я не узнала, что ты гребаный псих.

Я обхожу его, забираю свои вещи и выхожу на улицу.

– Куда ты?! – кричит Чед. Я иду вперед и слышу, как он идет за мной. – Стой! – я ускоряю шаг, но он подбегает ко мне и хватает за руки. – Почему ты всегда пытаешься сбежать от проблем?!

– Отпусти меня!

– Я же люблю тебя, и ты меня тоже, я это чувствую.

– Я сейчас ничего к тебе не испытываю, кроме страха и отвращения! Отвали от меня! – я отталкиваю его и бегу прочь.

Звоню в дверь, как же я хочу, чтобы меня не проигнорировали. Я ни к кому больше не могу пойти, кроме нее. Дверь открывается.

– Здравствуйте, миссис Донелл. Ребекка дома?

– Нет, она ушла. Ей что-нибудь передать?

Боже, ну где она, когда она мне так нужна?

– …нет, не нужно. До свидания.

– Мам, кто там пришел? – слышу я голос Ребекки. Обалдеть, ее мамаша решила меня тупо отшить. Это вызывает во мне новый прилив гнева.

– Не важно! – кричит она.

– Беккс, это я! – ору изо всех я сил.

Мать Ребекки окатывает меня злобным взглядом, а я ей улыбаюсь в ответ.

– Глория! – Беккс выбегает ко мне и обнимает, – я скучала по тебе весь день.

– Ребекка, зайди домой, быстро!

– Мам, ты чего? Она моя подруга, я что, не имею права с ней пообщаться?

– С такой «подругой» не имеешь. Иди домой!

– Не указывай мне, что делать! Я уже не маленькая.

– Так, ты что, меня не слышишь?!

– Прекрасно слышу! – Беккс хватает меня за руку, и мы с ней ускоренным шагом удаляемся от ее дома.

– Ребекка, – кричит миссис Донелл, – можешь больше не возвращаться! Ты поняла меня?! – затем мы слышим громкий хлопок двери.

Мы останавливаемся.

– Как же она меня бесит, – говорит Беккс.

– А я и не думала, что ты на такое способна. Мне нравится.

– Чувствую, скандал будет слышен на всю округу.

– Ты все правильно сделала.

– Ну, куда теперь пойдем?

– Пока не скажу. Но я уверена, тебе там понравится.

Мы на Бревэрд-бич. Сюда я пришла, чтобы хоть как-то забыть про то, что произошло между мной и Чедом.

– Обалдеть, сколько народу! – говорит Беккс.

– Пойдем поближе. Это очень классная группа, они исполняют клевые песни.

Мы расталкиваем толпу, пробираемся в первые ряды. В конечном счете мы оказываемся прямо около сцены. Я крепко держу за руку Беккс и вижу, в каком она в восторге от того, что здесь происходит.

– А сейчас мы исполним для вас нашу новую песню.

Все присутствующие начинают громко визжать, чувствую, что сейчас оглохну.

Ты делаешь меня счастливым,
Ты делаешь меня намного лучше,
Ты заставляешь меня быть определеннее,
Хотя все, что у меня есть сейчас, —
Это только твоя фотография^[2].

Концерт длится еще полтора часа. Все это время я только наслаждаюсь музыкой и стараюсь не думать ни о чем.

– Я никогда не была на таких концертах, оказывается, это так здорово! – говорит Беккс.

– Я же тебе говорила.

Когда все начинают уходить с пляжа, мы также следуем за ними. Вот только остается один вопрос: куда мне теперь идти? Точно не домой, не к бабушке, Чеда я тоже не хочу видеть, ни минуты не желаю проводить с этим психом. К Беккс по-любому мне нельзя. Следовательно, сегодня я ночую на улице. Ну что ж, отлично. Нечего сказать.

– Глория! – слышим мы за спиной мужской голос. Оборачиваемся – это Алекс.

– Откуда он знает твое имя? – в недоумении спрашивает Беккс.

– Долго объяснять.

Алекс подходит к нам ближе.

– Привет, рад, что ты пришла, и не одна.

– Привет, Алекс. Классный концерт. Нам очень понравилось.

– Да, я обязательно скачаю все ваши песни к себе в плеер.

– Это моя подруга Ребекка.

– Можно просто Беккс.

– Ну что ж, Беккс, Глория, мы сейчас с парнями уезжаем отрываться в одно клевое место, не хотите с нами?

У меня сразу в голове вспыхивает мысль о том, что мне негде ночевать и меня всюду ищет полиция.

– …нет, нам пора домой, – говорит Ребекка.

– Я бы хотела, – отвечаю я.

– Отлично. Тогда прошу за мной.

Алекс разворачивается и отходит от нас.

Ребекка внезапно останавливает меня и смотрит как на сумасшедшую.

– Ты что творишь?!

– Беккс, они классные! Здесь была сотня девчонок, а они позвали только нас. Это круто!

– Это же музыканты! Ты что, не знаешь, что они делают с такими, как мы?

– Ну и что же они с ними делают?

– Они… занимаются с ними плохими вещами. Очень плохими!

– Ну и что, что они их трахают, может быть, я этого и хочу?!

– Глория, ты с ума сошла!

– Слушай, если не хочешь ехать – иди домой. Там тебя ждет твоя ужасная мамаша, которая до скончания веков будет держать тебя взаперти и желать, чтоб ты танцевала под ее дудку! Давай, иди! Твоя жизнь останется такой же никчемной и ты никогда не узнаешь, что такое драйв! – я иду за Алексом.

– Подожди! – я останавливаюсь и смотрю в глаза Ребекки.

– Я иду с тобой, но только ради того, чтобы с тобой ничего не случилось, ясно?!

– Я тебя обожаю! Пойдем скорее.

Мы догоняем Алекса. И в следующий миг наше с Ребеккой дыхание одновременно захватывает.

– Добро пожаловать в нашу берлогу на колесах, – говорит Алекс.

Перед нами огромный автодом белого цвета. Никогда не ездила на таких.

– Ничего себе! – говорю я.

К нам подходят два парня. Это остальные участники группы. Один из них – высокий мускулистый парень, с четкими чертами лица и крашеными белыми волосами, другой – чуть пониже блондина, с темными волосами, менее накачан.

– Так, а это еще кто? – говорит блондин.

– Знакомьтесь, это Глория и Беккс. Девушки, это Стив, – указывает он на блондина, – и Джей.

– А у тебя губа не дура, Алекс, – говорит Джей.