– Я Глория. Я сбежала из дома, потому что мой отец врезал мне так, что у меня чуть не вылетели мозги. А еще меня исключили из школы за то, что я развесила по всему холлу фотки голой матери моей бывшей лучшей подруги. Пока что все.

Парни устремляют взгляды на Беккс.

– Я Ребекка, я недавно переехала в Бревэрд и познакомилась с Глорией. Я ненавижу свою мать и люблю отца, но он, к сожалению, гниет под толщей земли. У меня все.

– Теперь моя очередь. Я взял вас с собой, потому что почувствовал, что вы такие же, как и мы, – отшельники, изгои, желающие как можно дальше удрать от своих проблем. Можно считать, что я исполнил вашу мечту.

Наступает минутное молчание. Стив и Джей продолжают на нас пристально смотреть. Видимо, они не ожидали узнать, кто мы такие на самом деле и что собой представляем.

– Джей, у нас еще осталось? – спрашивает Алекс.

– Сейчас посмотрю.

Джей поднимается с места, минуту роется в какой-то сумке и возвращается обратно к столу. В его руках маленький пакетик с желтоватым порошком, он передает его Алексу.

– Дамы, будете?

– Что это? – спрашиваю я.

– Это speed, обычный амфетамин.

Алекс насыпает на стол маленькую порцию порошка и отдает его Джею. Тот делает так же. Затем Стив, после того как отсыпал себе порошка, передает его Беккс.

– Нет, – говорит она.

– Да ладно тебе, – насмехается Стив.

– Я ни за что не буду употреблять наркотики! – Беккс встает из-за стола.

Стив отдает пакетик мне в руки. Я рассматриваю его. Маленькие желтые кристаллики переливаются на солнце. Это меня завораживает. Я собираюсь умереть через двадцать дней и за всю свою жизнь ни разу не была под кайфом. Нужно это исправить.

– Глория, не смей, – говорит Беккс.

– А что будет, если попробовать в первый раз?

– Необычное ощущение, может начаться рвота, но поверь, оно того стоит, – отвечает Алекс.

Я делаю себе дорожку, и у меня мурашки бегут от мысли, что все это мне придется вдохнуть в себя.

– Глория! – кричит Ребекка.

– Беккс, я просто хочу попробовать.

Алекс, Стив и Джей по очереди вдыхают порошок.

Затем я наклоняюсь к столу, зажимаю одну ноздрю, а другой резко вдыхаю. В носу начинает противно пощипывать. Такое непонятное ощущение, будто я только что песок вдохнула.

– И когда я что-нибудь почувствую?

– Совсем скоро, – с улыбкой говорит Алекс.

Время девять вечера. Мы находимся в каком-то непонятном месте. Здесь довольно темно, два фонаря, освещающие небольшое здание, из которого слышны сильные биты.

У меня кружится голова, но, несмотря на это, я ощущаю невероятный прилив энергии. Я вижу странные огни, и чем они ярче, тем сильнее мне хочется смеяться.

– И что это за место? – спрашивает Беккс.

– Здесь мы должны кое с кем встретиться. Ну а вы пока можете веселиться, кстати, здесь очень хорошее пиво, советую попробовать, – говорит Алекс.

Беккс хватает меня за руку.

– Глория, надеюсь, ты не забыла про наш план?

– Какой еще план?

– Ты что совсем? Мы собирались сбежать, – шепотом говорит Ребекка.

– Конечно, я все помню! Только, Беккс, давай попозже, я хочу танцевать.

– Эй вы идете? – слышим мы голос издалека.

– Идем, идем, – говорю я.

Я подбегаю к Джею, хватаю его за руку, и мы вместе с ним заходим внутрь клуба.

Нас оглушает громкая музыка. Мои ноги сразу начинают подпрыгивать в такт. Во мне кипит энергия, мне хочется ее выплеснуть.

– Это и есть ваше клевое место?

– Оно самое. Вам здесь понравится.

Мы подходим к барной стойке. Джей достает из кармана пакетик с маленькими таблеточками.

– Что это?

– Экстази.

– Я много слышала про них. Дай мне попробовать.

– Нет. Ты уже получила свою дозу. Для новичка этого достаточно.

– Но я хочу, хочу! Пожалуйста, Джей.

– Ладно, держи.

Джей дает мне в руки таблетку розового цвета, и мы с ним одновременно заглатываем экстази.

Я постепенно забываю, кто я, где я, что вообще происходит. Единственное, чего хочу, – танцевать под эту нереально громкую музыку в клубе. Я смеюсь сама с собой, параллельно вливая в рот коктейли и не переставая танцевать.

Мне хорошо, мне действительно хорошо. Я закрываю глаза, не обращая внимания на сотни скопившихся здесь людей. Я хочу раствориться в воздухе. Здесь и сейчас. Мое тело, словно на волнах, начинает качаться. Я поднимаю руки вверх и все еще с закрытыми глазами продолжаю делать произвольные движения.

Я вспоминаю, как мне когда-то было плохо, как меня ударил отец, бросил Мэтт, как Тезер порвала со мной отношения, как Ник Хьюстон чуть меня не изнасиловал, как я вскрыла вены из-за него, как я увидела свою бездыханную мать, отравленную таблетками. Я вспоминаю, как моя мать, пребывая в секте, резала себе руки на моих глазах. Я все это прокручиваю в голове и начинаю дико смеяться над этим. Громче, и громче, и громче. Я продолжаю смеяться даже тогда, когда из моих глаз внезапно потекли слезы.

Кто-то хватает меня за руку. В глазах все расплывается, но я узнаю очертания лица Беккс.

– Глория, мы здесь уже почти два часа, пора сваливать!

– Зачем сваливать? Здесь же так хорошо… – говорю я.

– Господи, что с твоими зрачками?

– Эй, не будь занудой, иди лучше выпей пивка и отстань от меня.

Огни. Их так много. Я открываю глаза и ничего не вижу, кроме этих огней. Я начинаю кружиться, а в голове появляются обрывки из детства. Как мы с родителями гуляли по пляжу. Тогда еще все было хорошо. По крайней мере мне так казалось. Мне нравилось быть маленькой девочкой, потому что родители всегда при мне делали вид, что они счастливы, что мы самая лучшая семья на свете. И вот мы гуляем по пляжу, папа держит меня за одну руку, мама за другую, я иду босиком по горячим камням и слушаю, как мама с папой беседуют о своем рабочем дне. Это, наверное, самое лучшее воспоминание из детства. А теперь я вновь вспоминаю прежние дни своей жизни и снова начинаю громко смеяться. Смеяться и плакать одновременно.

Я протираю глаза, но все равно ничего не вижу. Только блики и непонятные лучи. Я чувствую, как кто-то толкает меня, я ударяюсь о что-то твердое, кажется, это стена. Затем в глазах все проясняется. По моим рукам что-то ползает, я поворачиваюсь и вижу, что эта стена полностью покрыта червями! Их много. Их очень много. Я кричу от омерзения, смотрю на пол, но вместо пола я снова вижу червей. Одни толстые, другие маленькие, их больше тысячи, мои ноги увязли в них. Черви ползут по моим икрам, рукам, щекам, я начинаю их стряхивать, но их становится еще больше. Я кричу. Кричу что есть силы. Но кажется, что меня никто не слышит. Я здесь совсем одна. И меня пожирают черви.

Я бегу, впереди я вижу лишь блики, но я продолжаю бежать в неизвестность.

В меня ударяет холодный воздух. Я осматриваюсь кругом, кажется, я на улице. Я бегу и внезапно с кем-то сталкиваюсь.

– Эй, ты чего? – спрашивает мужской голос.

Я поднимаю голову и вижу, что передо мной стоит ЧЕД!

– …ты здесь?

– А где я еще должен быть?

– Господи, как же я рада, что ты здесь! – я обнимаю Чеда – я… я должна тебе кое-что сказать.

– Глория, не сейчас, мне нужно идти.

– Подожди, пожалуйста. Прости меня за то, что я сбежала… я тебя люблю.

– Все ясно, тебя конкретно накрыло.

– Чед, выслушай меня!

– Какой еще Чед? Я Алекс.

В моем сознании начинает все потихоньку проясняться, я протираю глаза и вижу, что на самом деле разговариваю с Алексом.

– Что?.. – говорю я, – что со мной происходит?

Алекс сосредоточенно смотрит на меня, в его взгляде заметно некое беспокойство.

Блики. Снова блики в глазах. Я опять ничего не вижу. Чувствую, как моя спина со всего размаху ударяется о что-то твердое. Я пытаюсь за что-то ухватиться руками и фалангами пальцев снова ощущаю что-то непонятное, склизкое. Это черви. Опять. Я открываю глаза и вижу, что я нахожусь в яме, где все от и до заполнено червями. Они заползают мне в рот, уши, глаза, нос. Я ощущаю их у себя на животе. Мне становится более чем омерзительно, я кричу во всю глотку:

– Помогите!!!

– Глория, – слышу я мужской голос из ниоткуда.

– Вытащите меня отсюда!!!

Несколько червей оказывается у меня во рту. С каждой секундой их становится все больше и больше. Я утопаю в них.

Я открываю глаза. Белая комната. Я бы даже назвала это просто белым пространством, без окон, дверей, потолка. Я осматриваюсь вокруг, и белый цвет начинает обжигать мои глаза.

– Глория, – слышу я женский голос. Затем среди всего белого я узнаю знакомые черты лица.

– Мама?

– С тобой все в порядке? – спрашивает она.

– …нет, со мной что-то не то.

– Где ты взяла еще одну дозу?

– Что?..

– Где ты взяла еще одну дозу?!!! – Мама со всей силы начинает бить меня по щекам, я кричу, но она меня не слышит.

– Мам, что ты делаешь?!!!

Мама продолжает бить меня по щекам, я чувствую, как из носа потекла кровь. Мои щеки уже горят от многочисленных ударов, но мама не останавливается. Слезы смешиваются с кровью, я чувствую, что больше не выдержу очередных ударов, еще немного, и у меня атрофируется челюсть. Я кричу от боли. Я задыхаюсь.

Я лежу на асфальте. Еле-еле открываю глаза. Сначала все мутно, но потом все начинает проясняться. Вокруг меня стоят Алекс, Джей, Стив, Ребекка.

Я еле дышу, каждый слабый вдох сопровождается непонятной болью в мышцах. Я поворачиваю голову и вижу, что мои руки, одежда, все в моей рвоте.

– Кажется, она оклемалась. Интересно, где она умудрилась достать еще дозу? – спрашивает Алекс.

– Это я. Я дал ей экстази, – говорит Джей.

– Ты что, совсем больной?! – Алекс вцепляется в грудь Джею, тот начинает брыкаться.

– Алекс, – говорит Стив, – ты хоть понимаешь, что еще немного, и мы бы сейчас думали, где спрятать ее труп?!!!

– Отпусти меня! Я не думал, что так получится!

– Гребаный ты идиот… – Алекс отпускает Джея, – …ты будь с ней, – говорит он Беккс, – а у нас еще встреча с Королем Шейном.

Алекс и Стив уходят.

– Эй, ей нужен доктор. Она еле живая, – говорит Беккс.

– Да ничего ей уже не нужно. Все страшное позади, – говорит Джей.

– Слушай, ты! Ты чуть не убил мою подругу! Я сейчас заору на всю округу, что у вас полный трейлер наркоты!

– Во-первых, можешь орать сколько угодно, здесь нет ни госпиталя, ни полиции и ни единого трезвого человека. А во-вторых, она сама меня попросила дать ей таблетку. Это для нее послужит уроком.

Джей уходит.

– Глория, как ты?

Я нахожу в себе силы, чтобы пошевелиться. Беккс помогает мне подняться. У меня снова начинается рвота. Много рвоты. Я чувствую, как силы покидают меня с каждым мгновением. Никогда не думала, что мой организм будет так сильно восприимчив к наркотикам.

Я пытаюсь сделать шаг вперед, но в голове еще стоит какой-то гул, координация полностью нарушена.

– Ну что, это и есть твоя жизнь с драйвом? По-моему, это полный отстой.

Я стою. Закрываю глаза и пытаюсь заставить организм подчиниться мне. Но наркотики продолжают делать свое дело. Я смеюсь. Смеюсь очень громко, до хрипоты. Мой истерический смех сопровождается слезами, криком. Я смеюсь. На асфальте лужа. Я смотрю в нее и вижу свое отражение. Оно такое жалкое, ничтожное, омерзительное. Истерика набирает новую силу.

Возле нас останавливается машина. Открывается дверца, и какой-то мужик начинает на нас пялиться.

– Эй, красотки, идите к нам, – говорит он.

– Да пошел ты, козел! – Это Беккс.

– Ух, какие мы нервные.

В этот момент из моего рта снова потекла жидкость. Я замечаю, как лицо парня скривилось, затем дверца захлопывается и машина трогается с места.

Из клуба выходят Алекс, Стив и Джей. На их лицах царят улыбки.