Старуха погибла, спасая внуков, генерал освободил княжество и женился на одной из ее внучек, а после сам стал князем. Все очень в духе сказок Монтиса. Анриру они всегда казались чересчур пафосными и перенасыщенными смертями и свадьбами, но это дух народа, его нужно изучить.

Но почему Иошши решила испортить чай? Грози Анриру реальная опасность, она бы сказала в открытую, а то и вовсе позвала Кейташи и Хиро.

– Необыкновенный чай, – Анрир улыбнулся Иошши и отставил чашку. Рука дрогнула и напиток коричневым пятном выплеснулся на стол. Стены комнаты плыли, а образы Иошши и пары ее молоденьких прислужниц раздваивалась. А ещё хотелось лечь и поспать.

– Такая радость, вы впервые пожаловали к нам с от…

– Позови Кейташи, не дело…

Договорить он не успел: запах от пальцев стал казаться просто невыносимым, пробирающим до тошноты. Анрир прыгнул с места, обернувшись котом, проломил тонкую бумажную стену домика и побежал по дорожке к выходу из квартала. Управлять четырьмя лапами оказалось труднее, чем двумя ногами, а голова стала совсем чумной. Дальше был только обрушившиеся со всех сторон жар и грохот.

В забытье все окончательно сложилось в цельную картину. Отец, а скорее тот, кто управлял родителем, пропитал блокнот снотворным, после чего щедро облил маслом, чтобы замаскировать запах. Так что одурманили Анрира ещё во дворце, но надо было еще вывести его наружу, в место, которое кажется безопасным. А здесь уже приготовили ловушку. Сколько же людей погибло…

В комнате было пусто и холодно, особенно ничего не болело, не считая пальцев, значит, его все же вылечили. Анрир попробовал пошевелиться, но толком не смог, сковали его надёжно, кисти так и вовсе в нескольких местах проткнули штырями, чтобы не получилось ими двигать. Крей как знал о припрятанных в тени отмычках. И о тех, что были зашиты в одежду, потому как Анрира полностью раздели.

Сам же лорд-протектор появился через несколько часов, в сопровождении Марка, пары магов и непонятного типа, не похожего на человека. Внешне-то он вылитый альтер, но ощущался совсем иначе, не как разумное существо, а как кусок чужого мира, принесённый в этот. Странник. Не то забытое божество, не то кто-то из примов. Только он мог свободно перемещаться между мирами и торговать артефактами.

– Клянусь честью, в моем белье не было ничего секретного, ты мог его мне оставить или выдать другое, – Анрир с трудом встал и повернулся лицом к Крею. Тот светился от торжества, будто бы наконец нашел способ навсегда избавиться от аватара Уводящего. – Знаешь, сложновато чувствовать себя межмировым злом, когда на тебе и трусов нет.

– Да плевать мне на твои чувства. Мы видимся в последний раз, – Крей в этот раз держался молодцом, не орал и не дрался, глядишь, рано или поздно и он дорастет до спокойных деловых переговоров. – Тебя продадут на закрытом аукционе, куда-нибудь в отдаленный мир. Так что прощай, кот.

– Пока что не кот, а ваше величество. Это же элементарный этикет. Хотя кому я говорю об этом? Людям, которые нападают на дипломатов. И знаешь, коты всегда возвращаются.

– В этот раз ты проиграл, не будет никакого возвращения.

Крей искренне верил в свои слова, он ликовал, чувствовал себя победителем. Анрир же отстраненно отметил, насколько напуган Марк. Эрандо ждал подвоха, неприятностей, какой-нибудь невероятной выходки от Анрира. Но домашних заготовок не было, а сообразить что-то, когда ты закован в цепи и раздет, не так просто.

– Ты такой ублюдок, – продолжил Крей, – что Ксандр легко согласился нам помочь. Он пронес бомбы в Квартал цветов, пропитал дурманом блокнот и единственное, что попросил взамен, отправить тебя как можно дальше.

Лицо лорда-протектора исказилось от злобы, он навис над Анриром и едва сдерживался, чтобы не напасть. Наверное, все-таки не следовало делать из его бывшей трокской резиденции бордель. И повышать цены на зерно и все виды мяса. И переманивать к себе добрую треть инженеров и медиков северного сектора. И рисовать карикатуры на Крея для листовок аврорских диссидентов, ну и прикармливать их же, но об этом лорд-протектор вроде бы ещё не знал, иначе давно бы врезал.

– Между нами, – доверительно произнес Анрир, оглянувшись на Марка, – Ксандр никогда не претендовал на звание «отец года». Но я все равно его люблю. Семья это то, что делает нас уязвимыми, ведь от близких не ждёшь подвоха.

***

Настоящее время

Сотрудники визумария постоянно следили за Лапушкой. Марк выделил одного из агентов специально для этого. Вопиющее злоупотребление властью, но где он, выбор? С каждым днём тревога Марка за здоровье и жизнь Лапушки только росла. Раньше Оливию берег договор с Безумный, сейчас же оставалось только верить в благородство кота.

– Слышал новость? – она вышла из ванной, села на низкий диван и теперь нарочито медленно размазывала питательное масло по телу. Марк же по-прежнему стоял возле огромного панорамного окна и смотрел на Прималюс. – Говорят, Безумный подарил корону Кассандре. И, якобы, детей наша подруга родит тоже от него, а не от бестолкового дикаря.

– Чушь, – отмахнулся Марк. – Кот не доверяет Кэсси, и детей у него быть не может.

– Ой ли? Мы потеряли контроль над ситуацией, милый.

Как будто они его раньше имели. Марк разглядывал кружащих над городом птиц. В наступивших сумерках они казались темными, почти черными, точно как на знамени Трокса. И летали так низко, будто хотели склевать жителей, а то и самого Марка. Одна из них бестолково влетела в стекло, и несколько раз ударила крыльями по невидимой преграде, затем спикировала вниз.

– Но и Безумный его не обрел. Судя по моим сведениям, Кассандра решила вернуться к истинной вере в водных богов.

– Нужно навестить ее, – Лапушка подошла ближе и обняла Марка за плечи. – И знаешь, я хотела тебя попросить кое о чем. Очень затратном.

Марк молчал. На новую переделку внешности Оливии у него не было ни сил, ни средств, но жена удивила его:

– Давай купим мне место в Совете. Хватит уже страдать ерундой, пора сделать что-то реальное.