Наконец, дверь распахнулась. Меня не надо было приглашать, я как штык встала на пороге, отважно шагнула внутрь, глядя в глаза нейту Алиусу. Покрутила головой, но Лика нигде не было. И лишь вторая дверь в дальнем конце кабинета не позволила хлопнуться в обморок. Наверное, он прошел туда, но почему мне не дают с ним увидеться?

Маг проследил за моим взглядом и холодно произнес:

– Потом встретитесь с мальчишкой. А пока садитесь, – и дернул подбородком в направлении кресла.

Ноги сами понесли к к обозначенному месту. Только сев напротив Алиуса, я почувствовала, как голова проясняется, а с мозга словно стекает вязкий морок. Должно быть, он умеет манипулировать чужим сознанием!

– Что с Ликом? Где он?

Маг вздернул бровь и постучал пальцами по столу.

– Только не вздумайте врать, как это делал ваш мальчик. Никакая вы ему не сестра.

Этого еще не хватало! Что такого наговорил Лик? Показалось, будто душа покидает тело и парит под потолком, взирая на меня: растерянную, подавленную, и на властного нейта Алиуса. Как бы я не настраивала себя и не храбрилась, в глубине души все равно оставалась маленькой девочкой, которой только предстоит научиться быть сильной.

Во рту стало сухо, и я сглотнула. Маг продолжал сканировать меня взглядом, словно хотел выяснить все тайны, пробраться в черепную коробку и от души там порыться.

– Покажите свою руку, – скомандовал, и я, как марионетка, послушалась. Алиус недовольно сжал губы и продолжил: – А теперь, как зовут и откуда вы родом?

– Аннис из… из Енотов! – выпалила первое, что пришло в голову, не успев даже подумать.

Но с другой стороны, есть ведь Лисички и Волчий Хвост?

– Из… Енотов? – медленно переспросил он, будто не поверил ушам.

Кажется, я промахнулась. Наверное, еноты у них тут не водятся. Не знаю, почему именно это пришло в мой охваченный волнением мозг. Присутствие нейта Алиуса давило, как могильная плита, хотелось или спрятаться, или сбежать через окно. Я точно столкнулась с не самым простым магом, что теперь делать?

– Это деревня? Где она находится?

Я несколько раз вдохнула и выдохнула, стараясь привести сердцебиение в норму и хоть немного вырваться из-под чужого влияния.

– Деревня далеко отсюда… на Север… или на Восток… Простите, господин маг, я не сильна в географии, даже грамоте не обучена.

Он скептически хмыкнул. Наверное подумал: «Чего взять с этой невежды?»

– Ладно, пусть будет из Енотов.

И ухмылочку такую выдал гаденькую. Словно почуял попаданку, которой можно закусить вместо обеда.

– Вы что же, Аннис из Енотов, колдовать пытались? С ограничивающей печатью? Это вопиющее нарушение правил! Еще и сроки прибытия сорвали. Что предлагаете с вами делать?

«Понять и простить. И отпустить».

– Я не нарочно. Дело в том…

Но маг не желал слушать объяснений.

– Видел я таких, кто «не нарочно» сжег конюшню вместе с конюхом и устроил ураган на городской площади. Мне надо проверить, не причинили ли вы кому-нибудь вред, – сказал он строго. – Эти провинциальные следователи совсем не хотят работать, они наложили слишком слабую печать, чем вы и пользовались, дорогуша. Отчего-то память мальчишки не сохранила никаких воспоминаний о вас, и это очень странно, – он напирал и напирал. – Теперь мне придется исследовать ваши воспоминания. И если я выясню, что вы использовали дар во зло… – он посмотрел так многообещающе, что у меня скукожился желудок.

А потом неспешно поднялся с места и стал приближаться.

– А может, не надо? Я не владею огнем, вам нечего бояться. Я ничего плохого не делала, только лечила детей, – тело почуяло опасность, я хотела подскочить, но маг предугадал это желание и сделал короткий взмах.

Меня парализовало, и тело обмякло в кресле.

Ну все, сейчас он прочтет воспоминания и узнает, что я попаданка. Что со мной сделают? Сразу убьют или пустят на опыты? В том, что мое странное переселение воспримут сугубо положительно, я сомневалась.

– Не бойтесь, милочка, это стандартная процедура, – проговорил Алиус обманчиво спокойно, и прохладные пальцы легли на виски. – Пришлось вас обездвижить, чтобы не дергались. Лишние телодвижения только мешают.

В ответ я негодующе замычала, потому что мышцы языка парализовало тоже. Так бесцеремонно! А как же гуманизм? Как же защита прав человека?

Я видела, как хмурится лоб мага, как он сжимает веки, а по виску ползет блестящая капля пота. Я чувствовала щекочущее тепло в области затылка, но вскоре мысли закружились так быстро, словно голова превратилась в стиральную машинку. Перед внутренним взором всплывали картины, как я запираю дверь за дверью, и внезапно – полная темнота.

Все это длилось, наверное, пару минут, а потом Алиус ругнулся себе под нос и убрал руки.

– И принес вас Темнейший, Аннис из Енотов! Чувствую, с вами проблем не оберешься, – он извлек из кармана платок и промокнул лоб. – Вы просто на такое не способны!

Да что же он тянет? Что ему удалось выяснить?!

– Почему ваша голова выглядит, как чистый лист? Этого не может быть!

В ответ я только замычала, а маг продолжал вести монолог возмущенным и даже каким-то растерянным голосом:

– Сколько лет работаю, а с таким первый раз сталкиваюсь. Какая-то девчонка из деревни. Здесь явно что-то не чисто.

Мне хотелось спросить: «Господин хороший, а вы про меня не забыли? Может, разрешите уже двигаться и говорить? Сказать хоть слово в свое оправдание?»

Алиус снова уселся в кресло и отцепил с сюртука брошь с крупным черным камнем, постучал по нему ногтем и через несколько секунд заговорил:

– Нейт Шерриан, прошу вас посетить мой кабинет. Тут есть небольшая проблема с выявленной магичкой.

– Скоро буду. Надеюсь, это того стоит, – ответил приглушенный мужской голос.

Ого! Это волшебное украшение – местный аналог телефона?

Тревога накатила с новой силой. Кого он вызвал на подмогу? Единственное, что могла сейчас делать – это слушать, как Алиус нервно барабанит ногтями по столу и хмурится. Я представила, как бабушка гладит меня по голове и приговаривает: «Все будет хорошо, Анечка».

Наконец, в коридоре послышались уверенные шаги, и дверь распахнулась. У меня сердце подскочило к горлу от этого звука. Человек приближался со спины, я не могла разглядеть его лица. Вот он обошел меня и остановился напротив нейта Алиуса.

Это был рослый мужчина с подтянутой фигурой, с черными, слегка вьющимися волосами до плеч. Одет он был в такую же темную форму, как у своего коллеги. Упираясь руками в стол, он склонился над магом.

– И что тут у вас? Вы меня с лекции сорвали, между прочим, – произнес холодно.

– Сами посмотрите, нейт Шерриан.

Алиус вдруг сдулся, как воздушный шарик, а тон стал заискивающим. Он бегло выложил все, что было известно обо мне и моей разрушенной печати.

Нейт Шерриан медленно повернулся и, сунув руки в карманы брюк, оглядел меня с головы до ног. Он был гораздо моложе Алиуса, но внутреннее чувство шептало: «Это именно тот, кого следует опасаться».

– Она что, парализована? Опять эти ваши методы, – маг недовольно закатил глаза и дернул рукой.

Способность двигаться и говорить вернулась, я вцепилась в подлокотники кресла и сделала жадный вдох. После чужого вторжения голова кружилась, потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

– Так-то лучше, – усмехнулся он и подошел ко мне вплотную. – Я декан кафедры менталистики, нейт Истен Шерриан. Судя по описанию коллеги, вы весьма интересный экземпляр, Аннис из Енотов.

Блеск янтарных радужек завораживал, как и негромкий вкрадчивый голос. Мелькнула мысль, что чем-то этот маг неуловимо напоминает Уголька. Его глаза смотрели так же, когда кот собирался поохотиться за воробьями или сосисками.

– Я не экземпляр, – пробормотала, отведя взгляд. Но, стоит отдать должное этому декану, он хотя бы представился. Значит, не все безнадежно.

– Алиус, вы в курсе, что она обладает целительским и ментальным даром?

Неужели ему потребовался лишь взгляд, чтобы это выяснить? Он даже не использовал никаких приспособлений, как тот следователь.

– Я пока не успел это разглядеть.

– Ну да, вы были озабочены другим, понимаю. А стоило бы для начала активировать магический глаз. Ее потоки сильные, правда, несколько хаотичные.

– Она использовала дар, хоть это и было запрещено! Я бы запечатал навечно без всяких разговоров!

То, что они говорили обо мне так, будто меня тут нет, раздражало. Нейт Шерриан небрежно бросил коллеге:

– Вам лишь бы кого-то запечатать.

Нейт Алиус скорчил злобную гримасу, когда тот повернулся к нему спиной. Похоже, у этих двоих не самые теплые отношения.

– Хорошо, сейчас посмотрим, что там с вашей головой, – маг слегка встряхнул руками и размял пальцы.

Я, насупившись, вжалась в спинку кресла.

– Не пугайтесь так, Аннис из Енотов. Одно небольшое исследование, вы даже ничего не почувствуете.

Да-да, знаю я эти уловки. И голос ласковый, кошачий, как у стоматолога, который в детстве уговаривал меня открыть ротик, чтобы «просто посмотреть». А сам обманным маневром выдернул зуб.

Но эти менталисты умеют внушать, подавляя чужую волю. Неужели и я смогу научиться так же?

Я не могла говорить, язык присох к небу. Не могла сбежать, хотя очень хотелось. Только и оставалось, что смотреть, как пальцы мага тянутся к моему лицу.

Глава 13

Декан действовал аккуратней этого противного Алиуса. Голову окутала легкая прохлада, будто ветерок подул. Пальцы его касались висков, глаза закрылись сами собой. Теперь я пыталась вообще ни о чем не думать: представляла перед собой чистый лист бумаги. А вдруг поможет?

– Хм… интересное явление, – спустя некоторое время нейт Шерриан отстранился и потер подбородок, глядя на меня. – Кажется, мы имеем дело с инстинктивной защитой.

– Что это значит? – спросила я, моргнув.

Он сложил руки на груди и присел на стол, загородив возмущенному Алиусу обзор.

– У магии, если так можно выразиться, тоже есть инстинкты. Самый главный – это защита своего носителя. Иногда разум новоявленных менталистов, чаще всего детей, стремится защитить сам себя: мозг замыкает воспоминания и противится вмешательству, это невозможно контролировать. А вот грубо ломать защиту нельзя, в противном случае маг может тронуться умом. Только постепенное развитие дара поможет снять все блоки.

Вот. Хоть кто-то умеет объяснять доходчиво, не даром лекции читает.

Может, именно из-за этих «блоков» у меня провалы в памяти? Как вовремя! По крайней мере, сейчас эти маги не смогут понять, что я попаданка. Хотя нейт Шерриан на садиста не похож, и все же…

– Эта девчонка что-то скрывает, помяните мое слово! – Алиус погрозил пальцем, привстав на ноги.

Почему я с первого взгляда так ему не понравилась? Я что, похожа на мафиози?

– И что вы предлагаете? – нетерпеливо спросил коллегу декан. – Мне правда интересно ваше мнение. С удовольствием выслушаю.

Мне показалось, что Шерриан над ним насмехается. Алиус это тоже понимал и злился еще больше.

– Запечатать, и все. И мальчишку тоже. Чтобы проблем не создавали.

Я прокашлялась и, выпрямив спину, оглядела их обоих. Понятно, почему простые люди магов, мягко говоря, недолюбливают. Те слишком много себе позволяют. Вежливость вежливостью, но надо показать, что угрожать мне или Лику и вытирать о нас ноги нельзя.

Если бы Уголек слышал мои мысли, то усмехнулся бы в своей привычной манере. Но кот сбежал, предоставив самой разруливать проблемы.

– Я, конечно, все понимаю, но попрошу больше не использовать внушение и прочие манипуляции с разумом против моей воли. Могу поклясться, что никому не причиняла и не собираюсь причинять зла, как и Лик. Если у меня открылся такой дар, я планирую использовать его не ради корысти. Нейт Шерриан, вы еще говорили про целительство.

Я задержала взгляд на декане-менталисте. Он слушал внимательно и казался слегка удивленным.