– Держат, но не все, разумеется. Для некоторых из них важна «официальная» обстановка, статус клиники и все такое прочее. И они считают, что лечение на дому отдает шарлатанством. Однако те, кому мы действительно помогли, продолжают ездить к докторам. У нас даже свой распорядитель остался – Татьяна Смирнова. Она администратором работала, вот до сих пор и держит руку на пульсе. Больные с ней связываются, а она им лечение назначает. Решает, кого к какому доктору направить, понимаете? И еще наш директор, Блинников. Он у больных большим авторитетом пользуется, к нему не только старые, но и новые клиенты до сих пор обращаются. Так и крутимся…

Она не успела закончить, а в кармане сыщика снова запел сотовый телефон.

– Извините, – сказал он, уверенный, что звонит Белкин.

Однако не угадал. На проводе была жена Папаскина, Марина. Он немедленно представил, как она сидит на диване в центре чистенькой гостиной и заправляет выбившийся из прически локон за ухо. Это был ее любимый жест.

– Добрый день, Арсений, Марина Папаскина говорит. Надеюсь, вы меня еще не забыли?

– Что вы, что вы, – пробормотал Арсений, подумав об изысканиях Белкина. – Конечно, не забыл.

– У меня тут кое-что случилось, и я… вот… решила на всякий случай вам позвонить. Вдруг это важно?

Тон у нее был виноватым, из чего Кудесников сделал вывод, что не произошло ничего страшного. Иначе она разговаривала бы совсем по-другому. Женщины, у которых случаются неприятности, ведут себя так, словно весь мир за них в ответе.

– Да? А что такое?

– Нас, наверное, хотели ограбить.

– Наверное? – удивился сыщик. – Очень странная формулировка.

– Кто-то взломал замок на входной двери. То есть я ушла в магазин, а когда пришла… Дверь была открыта, и замок изуродован. Как будто в нем отверткой ковырялись. Щепки на полу…

– Вы в милицию звонили?

Последовала небольшая заминка, после чего Марина призналась:

– Нет, муж не захотел. Понимаете, у нас ничего не пропало. Андрюша все проверил и сказал, что, наверное, это был случайный вор. И что я его спугнула. Но если честно, он очень расстроился.

«Еще бы, – подумал Арсений. – У этого типа рыльце наверняка в пушку. Все же не просто так он бегает по ночам из дома. Вероятно, есть из-за чего расстраиваться».

– Вы видели кого-нибудь в подъезде, когда возвращались из магазина?

– Нет, я никого не видела. Даже соседей не встретила. И что мне теперь делать?

– А что тут сделаешь? Но вообще-то… Вам решать. Я считаю, ничего страшного.

На самом деле Кудесникову ох как не нравились подобные штучки. Взлом без кражи… Тревожный знак. Возможно, что-то такое закручивается вокруг ее мужа-бухгалтера. Но есть ли у него право лезть к бедняжке с предложением нанять его снова? Уже совершенно по другому поводу?

Кудесников решил, что такого права у него нет, и вежливо попрощался. В любом случае им еще представится случай обсудить ситуацию. Если Белкин в самом деле что-то такое откопал, придется немного поработать на жену Папаскина бесплатно. Убить бы этого Белкина…

– Арсений! – вернула его к действительности Рита. – Вы уже несколько минут неподвижно смотрите в пол.

– Извините, задумался. Имею слабость к размышлениям, – пробормотал он и с некоторым усилием вернулся к действительности.

Рита сидела напротив него абсолютно несчастная. Рассказ о собственной жизни не добавил ей оптимизма. Люди обычно очень избирательно говорят о себе. А тут пришлось буквально выворачиваться наизнанку перед малознакомым типом. Кудесников ей сочувствовал. Еще он подумал – насколько внешний облик этой женщины не соответствует ее характеру. Выглядела она царственно, а вела себя как хлипкая Белоснежка.

– И все-таки объясните, чего вы так боитесь? – не выдержал Арсений. – У вас вид человека, которого целенаправленно запугивали и добились наконец нужного результата.

– Вы не думайте, – грустно отозвалась Рита, – я не страдаю манией преследования, меня не посещают видения, и я не подвержена галлюцинациям. Но с недавних пор начали происходить события, которые меня насторожили. Вот, например, у меня дважды кошку хотели украсть.

– Какую? – тотчас спросил Кудесников и даже голову наклонил. – Вернее, которую из них?

– Саму старшую, Дульсинею. И кому она понадобилась? Ей ведь уже двенадцать лет!

– А она породистая? – на всякий случай уточнил сыщик, хотя и сам знал ответ на этот вопрос.

– В том-то и дело, что нет. В первый раз она перебралась через калитку, а я и не заметила. На дорогу вышла. И там ее какая-то молодая женщина схватила и ходом-ходом куда-то понесла. А местные мальчишки увидели. Стали кричать, что тетенька кошку украла. Дульсинея начала вырываться, она ее и бросила.

– Не хочется думать о плохом, но, может, похитительница хотела сшить из вашей Дульсинеи шапку, – сказал Арсений.

– А недавно она снова ускользнула. Вы как раз в отъезде были. Повадилась моя Дулься к соседям через дорогу бегать. Там у них юный кот – оручий такой, активный. Соседка увидела, как он через забор перебирается, побежала ловить. И видит – на дороге машина, из нее шофер высунулся и мою Дульсинею за шкирку держит, вроде как увозить собирается. Она его окликнула, а он и говорит: мол, какая резвая киса, чуть под колеса не попала. Ну, и отпустил ее.

– Допускаю, что он говорил правду, – сделал вывод Кудесников.

А сам почему-то сразу подумал о своих приключениях в Египте. Его там не утопили, не стукнули по голове, а только обокрали. Судя по всему, хотели просто задержать, чтобы в его отсутствие провернуть какое-то дельце, которому он мог помешать. Может быть, неизвестные преступники собирались украсть Ритину кошку? Дикое предположение. Вряд ли можно было рассчитывать, что за нее дадут солидный выкуп.

– Давайте вернемся к событиям, которые вас насторожили. С кошкой понятно. А еще что было?

– Сейчас, попробую ничего не перепутать, – наморщила лоб Рита. – Первое, что я запомнила, – странный молодой человек, которого я застала однажды у дверей моей квартиры. Я неважно себя чувствовала и отпросилась с работы пораньше.

– То есть когда это случилось, клинику еще не закрыли?

– Как раз незадолго до закрытия. Числа не помню. Я лифтом не пользуюсь – хожу пешком. Поднимаюсь к себе – вижу, какой-то тип наклонился к нижнему замку. Я сразу крикнула: «Вы кто такой?» Он так стремительно обернулся, что опрокинул чемоданчик с инструментами, который стоял рядом. Это оказался молодой парень с очень густыми и длинными волосами, в очках. Начал мне объяснять, что он слесарь, что его прислали чинить замок. Он пришел раньше, чем договаривались, звонил, ему не открыли. А меня страх не отпускает – говорю ему, уходите, это моя квартира, и я не вызывала никого. Он собрал свои инструменты и как-то боком мимо меня проскользнул к лифту, уехал. Пришла я домой, стала звонить в районную контору, которая наши дома обслуживает. Я правда иногда вызываю оттуда то сантехника, то электрика. Спрашиваю – вы посылали слесаря в квартиру 132? А девушка-диспетчер спрашивает – так это вы не открыли слесарю дверь?

Я ничего не понимаю – какому слесарю, какую дверь? Я ведь не вызывала никого! Девушка отвечает, что была заявка сегодня с утра, попросили прислать слесаря починить сломавшийся дверной замок. Только просили пораньше прислать, не позже двух часов. Слесарь был, но ему не открыли.

Я спрашиваю – кто звонил, она не помнит. В общем, мы долго с ней выясняли, что к чему, – я ей рассказала про того парня, который представился слесарем, а я прогнала его, потому что испугалась. А девушка мне в ответ – это ерунда, слесарь еще часа три назад пришел к ним в диспетчерскую ругаться, что его гоняют по адресам, где никого нет. Я спросила, как выглядит их слесарь, а она мне ответила – пожилой мужчина, лысый. А длинноволосого парня в очках у них вообще нет. Короче, я испугалась.

Если это был грабитель, то зачем эти звонки в диспетчерскую? Какой смысл? Или кто-то просто перепутал номер квартиры, когда делал заказ?

– Смысл? – задумчиво протянул Кудесников. – Смысл-то, положим, есть. Но давайте пока дальше рассказывайте.

– Буквально через день мои соседки по подъезду чуть было не поймали человека, который хотел залезть в мою квартиру через окно.

– Это как? – заинтересовался Кудесников. – У вас же четвертый этаж?

– Человек этот был со всем снаряжением, как у этих, знаете… Кажется, называются они промышленные альпинисты, что ли. В общем, он с крыши лез на таком специальном приспособлении. Его наши старушки спугнули. Стали кричать, что он, мол, тут делает? Он им объясняет – наружные швы заделывает. Они не отстают – почему только в одной квартире, как же остальные? Он говорит: хозяйка вызвала специальную службу, так как зимой в квартире холодно. Но наших бабулек знать надо, бдительные они – говорят: а почему без хозяйки занимаетесь ремонтом? Вот мы ей сейчас позвоним по сотовому и спросим, в чем дело. Это они мне все рассказали, когда я с работы пришла. Спрашиваю – что этот человек потом делал? Оказывается, быстро скрылся вместе со своим снаряжением. Я тогда нашему участковому об этом рассказала. Что уже два случая странных – наверное, кто-то ограбить хочет.

Он пообещал проследить, но ведь круглосуточный пост милиции в квартиру не поставишь. А сигнализацию, если кому очень надо, отключат.

– Интересные дела, – заметил Кудесников.

– Да, очень интересные. Только потом начались дела пострашнее. Неделю спустя меня едва не сбила машина – просто чудом парень, который шел сзади, успел схватить меня за руку и выдернуть из-под колес.

– Может быть, случайность? Знаете, в Москве столько идиотов за рулем.

– Нет. Тот парень видел, как машина эта внезапно рванула в мою сторону, а до этого тихо ехала вдоль тротуара. Это ведь было недалеко от пешеходного перехода, где я обычно перехожу дорогу.

– Номер запомнили?

– Нет, он же умчался как сумасшедший, даже колеса завизжали.

– Шины, – машинально поправил ее Арсений.

– Ну да, шины, – покорно кивнула Рита, явно думавшая уже о чем-то другом.

– А дальше? – вернул ее к реальности Кудесников. – Сдается мне, это еще не весь рассказ.

– Не весь. В следующий раз все произошло как-то совершенно неправдоподобно. Я везла Регину из лечебницы – у нее почки, ей делают уколы.

– Регина? – вскинулся Кудесников.

– Кошка, – уточнила Рита, – одна из моих кошек. Вышла из метро, шла по тротуару, Регина была у меня на руках. Слышу сзади странный звук, нарастающий – я обернулась и лишь мельком успела увидеть едущий прямо на меня мотоцикл, только небольшой, не знаю, как они называются.

– Скутер?

– Говорю же – не знаю. Затем как будто меня чем ударило, и все внезапно потемнело. Очнулась я на мостовой, состояние ужасное, люди вокруг. Оказывается, уже «Скорую» вызвали. Вдруг я вспомнила – а где Регина? Мне девочки незнакомые стали помогать, еле нашли – она, бедняжка, под машину в соседнем дворе забралась. Глаза дикие, шерсть дыбом – как ершик для чистки бутылок. Впрочем, я, кажется, выглядела не лучше.

– И что же с вами было? Выяснили?

– Врач сказал, что очень похоже на электрошок.

– Забавно, – пробормотал Кудесников, хотя ничего забавного в этой истории не находил. – Это было официальное заключение?

– Нет, всего лишь предположение. Особенно когда я ему про мотоцикл рассказала.

– Деньги, сумочку, паспорт не украли?

– Нет, все было на месте. Кроме кошки, да и та в итоге нашлась.

– Значит, это и было, по-вашему, покушение?

– Нет. По-моему, это было нападение с неизвестной целью. Но все равно, согласитесь, страшно. А про покушение я сейчас расскажу. Только имейте в виду – я об этом никому никогда не рассказывала. И в случае чего – вам я тоже этого не рассказывала. Но прийти в себя не могу до сих пор. Вы видели убийства?

– Случалось, – хмыкнул Арсений.

– Нет, не жертв убийства, а сам процесс? Не в кино, в жизни?