Да, я верил в то, что у меня будет материал, но основа должна быть готова заранее. И тут простыми умертвиями первого порядка не обойдёшься. Нужно что-то посерьёзнее. Эта нежить должна уметь думать и не гибнуть так быстро.

А это, как минимум, умертвия второго порядка, а в идеале третьего.

И это уже совсем другой коленкор.

А сюда надо ещё добавить момент со временем, о котором мы говорили с инструктором на практике. И мою мысль с печатями для ускорения создания нежити Ляшев забраковал.

Видите ли, схема от печатей сыплется даже от неоформленного потока силы.

Ладно, чёрт с ней, с нежитью.

Ещё ведь и орудия.

Когда я возвращался в университет, я прямо ощущал, что с моих плеч, вроде как, вот-вот свалится груз, и можно будет хоть немного расслабиться, но…

Какой там расслабиться?

Мучить трактат, чтобы он дал мне информацию о нежити второго, а лучше третьего порядка, с утра сидеть на лекциях по «Взаимодействию стихий» и «Циклической магии». После лекций, как дурак, прёшься в артефакторный кабинет, где толкаясь локтями со студентами артефакторного факультета пытаешься осознанно связать мысли и предложить идею, как переделать орудие так, чтобы оно хоть как-то выполняло поставленные задачи. И так до вечера, во время которого ты с дергающимся глазом возвращаешься к трактату. А тот тоже, словно окончательно задолбать тебя хочет, суёт непонятную ерунду, вроде «Препарирование черепной коробки» или «Построение сигнальной системы Лювофта».

Ладно, зачем череп вскрывать и как это делать правильно, я ещё понимаю, но вот сигнальные системы? Зачем?

В общем, пары месяцев хватило, чтобы у меня задёргался глаз от злости.

Не помогло даже то, что девушки всеми силами старались.

Да и нашей семье пришлось разделиться.

У Лены начался серьёзный токсикоз, и мы не стали испытывать судьбу и мучать девушку учёбой, а отправили в поместье. Туда подъехала её мать, была моя мама, а так же Люциан, который нанял врача-акушера для наблюдения за Еленой.

Не то чтобы я прям не мог без нее, но эти две оставшиеся засранки словно задались целью зат… Оторваться по полной.

Хотя…

Может, оно и к лучшему.

Она хотя бы не пересеклась с той тварью.

Что за тварь?

Интересный экземплярчик.

Карл из Швеции прислал.

Мда.

Я тогда ещё думал, почему звёзд давно не видел?

* * *

– Так всё же красное или белое? – спросила Светлана, выйдя из раздевалки.

Гарри перевёл на девушку хмурый взгляд и вздохнул.

– Так на тебе же синее, – недовольно проворчал он.

– Это я надела для контраста, – недовольно проворчала Светлана.

– Контраста чего?

– Контраста цвета, чтобы ты мне сказал: какое смотрелось лучше, – возмутилась девушка.

Молодой некромант тяжело вздохнул и покосился на Дарью, что сидела рядом на диванчике с бумажным фирменным пакетом.

– А ты что скажешь?

– А мне синий нравится, – пожала плечами в ответ та.

– Вот и мне синий нравится, – кивнул Гарри и взглянул на Светлану. – Зачем тебе красный или белый?

– Гарри, белый – это мой цвет! Это моя сила! А красный – очень эффектный! Синий у нас Даша носит, а мы не можем ходить в одинаковых платьях! Я же не прошу тебя указать, какой фасон мне выбрать. Выбери хотя бы цвет.

– Я уже тебе говорил – белый.

– А чем красный не устроил? – тут же спросила супруга.

– Хорошо красный, – устало осунулся Гарри.

– Так и скажи, что тебе всё равно, – буркнула девушка.

Гарри стиснул зубы, поднялся и подошёл к вешалке, на которой висели оба выбранных Светланой платья. Взяв красное и белое платье, он молча отправился к кассе.

– Заверните оба, – буркнул он, всучив продавцу платья.

Девушка торопливо принялась укладывать покупки в фирменный пакет, а Гарри услышал голос Дарьи за спиной.

– Света просто хочет внимания. Ты сегодня сам не свой. Что случилось-то? Не с той ноги встал?

Мрак-Беленький расплатился, оглянулся на супругу, что стояла совсем рядом, затем взглянул на Светлану, что с обиженной мордочкой скрылась в раздевалке, а затем буркнул:

– Пойдём поедим. Я вам кое-что расскажу.

Света собиралась ещё около десяти минут, после чего ребята покинули бутик и направились к ближайшему ресторанчику. Когда семья уселась за столиком и сделала заказ, Гарри подождал, пока официант удалился, и внимательно оглядел девушек.

– Гарри, что случилось? – первой не выдержала Дарья.

– Посмотрите вон на ту колонну, – кивнул в сторону широкого прохода между магазинами парень. – Видите мужчину в чёрном плаще и шляпе?

Девушки выглянули через большую витрину наружу и непонимающе уставились на Гарри.

– Там никакого мужчины нет, – хмурясь, произнесла Светлана.

– Вот в этом и проблема, – хмыкнул Гарри. – Вы его не видите.

– А ты уверен, что это не… – начала было Дарья.

– Дело не только в нём, – задумчиво произнёс Гарри и, взглянув на салфетку, лежащую на столе, спросил: – Вот видите салфетка?

– Видим.

– Что вам говорит вот эта синяя и красная звездочка в углу?

– Просто украшения, – пожала плечами Даша.

– Для меня тоже, но иногда… Иногда я прям нутром чую, что эта звёздочка неспроста.

– В смысле? – нахмурилась Света.

– Это началось… Это было всегда. Я всегда знал, что некоторые пятиконечные звезды, несут какое-то послание. Зеленая и жёлтая – это что-то приятное и веселое. А вот синяя и красная – что-то неприятное и, возможно, очень болезненное. Есть ещё чёрные звезды, но тут объяснять не надо.

– Пока это звучит как бред сумасшедшего, – хмыкнула Света.

– Да. Я тоже думал, что у меня течёт крыша, но… но это почему-то работает.

– И так с каждой звездой? – уточнила Дарья.

– Нет. Чаще всё происходит, именно когда мне приходит знак. У меня на руке могут быть часы с зелеными звездочками, но почувствую я, что это именно тот знак, только когда скоро меня будет ожидать что-то приятное.

– Как этой ночью? – улыбнулась Светлана.

– Не обязательно, но да. Примерно.

– А сегодня?

– А сегодня было уже три знака. Все синие. А вот на этой салфетке добавился ещё и красный, – неохотно ответил Гарри. – И с утра я вижу эту фигуру в плаще, которую никто больше не видит.

Светлана нахмурилась и еще раз покосилась на то место, куда указал супруг.

– Я нутром чувствую: это неспроста. Только вот что происходит, я не могу понять. И меня это жутко тревожит.

– Может, уедем? В общежитии безопасно, – предложила Дарья.

Молодой некромант тяжело вздохнул и снова взглянул на мужчину в чёрном плаще.

Тот стоял прямо, сложив руки за спиной. Из-за того, что он немного наклонил голову, лица из-за шляпы видно не было. В момент, когда Гарри в очередной раз взглянул на него, незнакомец поднял голову.

Вместо лица у человека в плаще было чёрное пятно, на котором сияли красным два кроваво-красных огонька.

– Что-то у меня мурашки, – поежилась Дарья.

– А у меня в носу защипало, – шмыгнула носом Светлана.

– Он смотрит, – ответил Гарри, не сводя взгляда с незнакомца. – Смотрит на меня.

Глава 4

Георгий улыбнулся и поцеловал руку девушки, стоящей перед ним.

– Рад, что не разочаровался в вас, – произнёс он. – Спасибо за эту удивительную встречу.

Девушка слегка покраснела, с улыбкой кивнула и ответила:

– И я рада, что слухи оказались беспочвенны.

– Обо мне? – вскинул брови Романов. – Признаться, очень любопытно, что обо мне болтают длинные языки.

Кузнецова оглянулась на пустой парк, затем перевела взгляд на автомобиль, что уже ожидал особу императорской крови, а затем ответила:

– Многие считают, что вы очень жестокий, хитрый и крайне циничный человек. А ещё многие почему-то думают, что вы во власти нашего некроманта, и он вами манипулирует.

Георгий тихо рассмеялся, а затем ответил:

– Увы. Люди судят по делам, и это правильно. А моё дело – тайная канцелярия. Понимаете?

– Понимаю.

– В делах, связанных с безопасностью нашей отчизны, нельзя руководствоваться честью. Слишком много грязи, да и правила… – тут Георгий хмыкнул. – Да и нет в таких делах никаких правил. Грязь, предательства, мерзкие чужие тайны и кровь.

– Кровь? – подняла брови девушка.

– Увы. Лучший способ спрятать свою тайну – сделать её тайной мертвецов. Хотя и это часто не является гарантией.

– Вот как…

– Ну, а что до Мрак-Беленького, то… тут люди отчасти правы. Слишком часто мне приходится подстраиваться под него.

– Я, признаться, думала, что…

– Не в смысле угождать его желаниям, а в попытках устранить те проблемы, что он постоянно создает.

Кузнецова нахмурилась, а Романов тут же пояснил:

– Прошлой осенью он вздумал приделать к гробу колеса и сделать из него гоночный аппарат. Естественно, стоило ему заставить колеса крутиться – он тут же его испытал и чуть не убил шведского посла, что приехал утрясти правила дуэли. Чёрт с этим шведом, они сами чуть не разбились.

– Какой ужас…

– И так постоянно. Ему что-то взбредёт в голову, и он тут же бросается это воплощать. А я, в меру своих сил, всё это разгребаю.

– Но так же не может продолжаться вечно?

– Будь он простым дворянином, никто бы им заниматься не стал, но… Он необычный, – тяжело вздохнул Георгий. – Некромант слишком важен для нашей отчизны, чтобы пускать дело на самотёк. Тем более, желающих лишить нас этого преимущества слишком много.

В этот момент в кармане главы тайной канцелярии зазвонил телефон. Он извинился, достал его и тяжело вздохнул, обнаружив надпись «Мрак-Беленький» на экране.

– Прошу прощения, – извинился он.

– Ничего, я понимаю, – кивнула невеста.

Георгий принял вызов и прислонил трубку к уху.

– Нет времени объяснять. Торговый центр «Разгуляй». Эвакуировать всех. Срочно.

Вызов оборвался, а глава тайной канцелярии опустил телефон и хмуро посмотрел на Кузнецову.

– Что-то случилось? – спросила та.

– Случилось… Случился. Гарри Мрак-Беленький случился.

* * *

Васильев оглядел цепочку оцепления торгового центра и толпу, что собралась за ней.

– Твою мать, – процедил он и вздрогнул от голоса Георгия.

– Доклад!

Следователь тяжело вздохнул, обернулся и начал отчитываться:

– Сигнал поступил от объекта. Из центра всех эвакуировали. Взяли под контроль. Вокруг наши артефактные следилки, но пока никаких действий он не предпринимал.

– Информация есть, что произошло? – спросил глава тайной канцелярии.

– Нет, но мы послали разведывательных големов.

– Уже что-то есть?

– Они недалеко от кафе. Светлана создала щит полусферу вокруг одного места. Посередине большого холла, словно что-то в нём удерживает. Дарья пытается держать такую же защиту вокруг участка.

– А он чем занят?

– Чертит какой-то ритуал.

Романов недовольно вздохнул, оглядел образовавшуюся толпу за оцеплением и буркнул:

– Нашёл место, мать его…

Фьють!

Раздался резкий свист, и из огромных стеклянных стен здания внезапно ударил свет. Это длилось всего несколько секунд, но Георгий правильно сообразил, что произойдёт дальше, и упал на землю, прикрыв голову руками.

Васильев же успел обернуться и во всё горло крикнул:

– ЛОЖИСЬ!

БУДУМ!

Взрыв был не похож ни на что другое. Никакого огня, никакой тьмы или света. В здании резко что-то расширилось, и во все стороны ударила ударная волна. Воздух с огромной силой вырвался из него, выбив все стеклянные окна, но тут же подхватил все осколки и втянул их внутрь.

Все разрушения вокруг торгового центра свелись к дрожащим окнам в соседних зданиях.

– Твою мать… – прошептал Георгий и поднял голову. – Что это было?

– Выходят, – процедил сквозь зубы Васильев, которого сбило ударной волной с ног.

Романов взглянул на центральный вход, из которого с хмурым выражением лица шёл Гарри с двумя супругами.