Глава 15 Контент

Первое, о чём промолчал Иванов, оказалась несвойственная шефу методика допроса. Вместо положенных по регламенту уточнений и вникания в детали случившегося, Фрол Карпович словно стометровку бежал. Спрашивал чётко, очень внятно, не требуя разъяснений.

Все попытки Игоря Львовича вмешаться в рабочий процесс жёстко блокировались, оставляя ему лишь право тихо стоять у двери и держать рот на замке.

Инспектор слушал…

Особыми откровениями, способными удивить инспектора Департамента Управления Душами, допрашиваемый не блистал. Назвался Владимиром Алексеевичем Моховым, правой рукой владельца обнальной конторы и ответственным за безопасность.

Трудится на этом поприще семнадцать лет, должность получил по рекомендации «уважаемых людей».

Его прошлое, по молчаливому согласию присутствующих, опустили. Работодатель и так знал многое, а начальствующий боярин, похоже, уже был в курсе жизненного пути гражданина Мохова.

Отвечал мужчина охотно, с непонятным задором.

– Где спеца нанял? – шеф методично вытаскивал правду наружу. – Как связь держал?

– Старый сослуживец. Поддерживали отношения по отдельному номеру.

– Для чего тебе деньги понадобились?

– Фирма меняет профиль деятельности. Легализуется. С обналичкой редко стали работать.

Фрол Карпович, удивленно вскинув брови, повернул голову в сторону хозяина дома, как бы приглашая того растолковать услышанное. Не выдержав колюче-требовательного взгляда властного бородача, Игорь Львович пояснил:

– Чистая правда. Политическая обстановка меняется. Переводить безнал в живые деньги всё сложнее. Мы отходим от этой тематики. Появились новые возможности, новые перспективы.

– Когда в последний раз имели дело с крупной суммой? – вмешался и инспектор, помогая руководству. Вопрос адресовался владельцу экономической «прачечной».

– Три… почти четыре месяца назад. Наши партнёры из структур… – ненадолго замялся тот, однако продолжил без стеснительности, – очень попросили переквалифицироваться на более законные виды деятельности.

– Проще говоря, крыша велела сворачивать лавочку, если присесть не хочешь, – перевёл боярин хозяйские велеречивости на понятный язык. – Взялась за вас, мироедов, держава. По сердцу мне сие. Расплодились, деться некуда.

Откровенность Игоря Львовича не покоробила. Будучи очень неглупым человеком, он не боялся чётких определений. Но счёл своим долгом предупредить. Так, на всякий случай.

– По-своему, вы правы. Однако данная операция почти законна, если вы намекаете на происхождение похищенной суммы.

Допрашивающий отмахнулся:

– Твои дела. Мне преступник надобен. Про то, как ты от налогов бегаешь – пущай особое ведомство беспокоится. У них на всех хитрованов папочки особые имеются. Толстые…

– Там порядок, – с оттенком гордости заверил специалист по конвертации и, стараясь отправить в прошлое неловкую тему, предложил. – Давайте вернёмся к основной теме.

Иванов про себя довольно хмыкнул, запоминая преподанный шефом мастер-класс. Загнать человека в такой, якобы, случайный угол, чтобы он сам требовал краткости там, где, по-нормальному, следовало бы основательно покопаться, исходя из самых несложных соображений – надо суметь.

Это же потерпевший, у которого похитили изрядный куш! По всем меркам – изрядный! В полиции пострадавшие за пропавшую зубочистку мозги выносили на раз-два, требуя разжёвывания любых нюансов следствия.

Забрасывали всех вокруг совершенно фантастическими версиями, почерпнутыми из модных сериалов и с апломбом выдаваемыми за плоды тяжких раздумий. Настаивали на облавах, спецназе с вертолётами, расстреле всех наркоманов в радиусе ста километров. Читали примитивные лекции по сыскному делу и наставительно указывали на возможные недоработки, скандалили.

Отдельные индивиды, маясь бессонницей, по ночам приходили узнавать, а как там…

Поучил шеф, спасибо.

У Мохова в голове коммерческих и не очень тайн – на двести лет строгого режима хватит. Теперь Игорь Львович их охранять будет, на подсознательном уровне оберегая от присутствующих всю финансовую подноготную своей конторы.

А Фролу Карповичу только того и надо. При необходимости, Департамент эту организацию наизнанку за сутки вывернет, если не за половину дня. Но упоминать об этом боярин считает лишним. По всему, имеются на то причины. Веские.

Далее допрос больше походил на деловое совещание серьёзных начальников, без воды и детализации. Разумеется, под филигранной модерацией шефа, вовремя обрывавшего допрашиваемого при упоминании имён, фамилий и иных сведений, конкретизирующих причастных к ограблению лиц.

Вздумай бы кто затребовать у инспектора краткий отчёт, звучало бы так:

… Гражданин Мохов Владимир Алексеевич, мечтая о спокойной старости и видя складывающуюся обстановку на рынке полулегальных финансовых услуг, вознамерился пополнить личные капиталы за счёт работодателя.

Нашёл бывшего сослуживца, знатока всевозможных негласных операций (каких – в это Владимир Алексеевич был посвящён лишь косвенно, поэтому, по настоянию Фрола Карповича, вникать в государственные секреты не стали), давно вышедшего на пенсию и ныне проживающего где-то в Европе. Переговорив с коллегой-отставником сначала полунамёками, а после открытым текстом, он получил условное согласие на оказание помощи.

Затем оба взяли паузу. Знакомый – для окончательного решения, Мохов – для разработки плана отхода к берегам Средиземного моря. Нравилось ему там, среди оливковых деревьев и молодого вина.

Выбор сообщника оказался не случаен. По утверждению допрашиваемого, сослуживца попёрли из структуры за аналогичное дело. Доказать ничего не смогли, потому предложили валить на заслуженный отдых и более на горизонте не всплывать. Тот, по ряду причин, согласился.

Сам Владимир Алексеевич, кстати, тоже принимал в далёких событиях малозначительное участие, при этом сноровисто изловчившись остаться в тени.

Даже сквозь действие Печати промелькнуло сакраментально-оправдательное: «Девяностые на дворе заканчивались. Каждый крутился, как мог».

Новые переговоры прошли более конструктивно. Мохову передали телефонный номер, по которому следует звонить в «Час Ч», выяснили распорядок рабочего дня инкассаторов и правила перевозки денег. То, что ждать подходящего момента, возможно, придётся долго из-за редкости приличных обнальных операций, сослуживец воспринял с пониманием, утешив бывшего коллегу мудрой фразой: «Вы же по-крупному работаете. Подождём. Надеюсь, оно того будет стоить».

Намечающийся куш уговорились поделить 60/40, причём большая часть отходила к пенсионеру из Европы. Владимир Алексеевич не жадничал, согласился без торгов, оставляя подельнику трудности перевоза добычи через границу и сложности легализации средств в законопослушных банках Старого Света.

Про вероятность обмана заместитель Игоря Львовича не особо задумывался. В среде силовиков «кидок» всегда чреват суровой расплатой, тем более, домашний адрес товарища тайны не составлял.

Каждый мечтал дожить свой век в тепле и уюте, без пули в затылке.

Кто непосредственно проводил акцию – Мохов не спрашивал, номер по своим каналам не пробивал, устраивая себе косвенное алиби на случай провала. Записей переговоров тоже не делал, общение переключил на защищённую интернет-телефонию, задействуя для связи беспроводные сети общественного пользования.

В день ограбления постоянно держался у начальства на виду, кодовый звонок совершал лично, из кабинета, всё по той же интернет-телефонии. За возможный след не беспокоился – все ключи и протоколы безопасности под его началом, последствия убрал. Он умеет.

По уговору, следовало дважды набрать и сбросить вызов, когда инкассаторы, согласно правилам, доложат о получении «груза». Тут понятно – время поездки от банка до офиса за годы работы просчитано досконально, включая все допустимые зазоры на пробки и изменения маршрута.

Совершал ли ранее подобные преступления?

Да. Дважды. В первый раз сам организовал налёт, сам и вышел на преступников, используя рядовых бандитов из давно разгромленной группировки. Нападение устроил с целью демонстрации качества своей работы. Переживал, что могут попросить с занимаемой должности, на тот момент для этого имелись кое-какие кадровые основания.

Второй – подсунув своего человека к конкурентам. Там взял около трёхсот восьмидесяти тысяч евро. Впоследствии человека зачистил, деньги вывел за границу.

К знакомому был вынужден обратиться из-за утери надёжных контактов с организованным криминалом.

У Игоря Львовича ранее ничего не брал, считая его грядущей инвестицией в персональное будущее. Зарплату получал достойную, имеет компромат на руководство.

Из соображений конспирации билеты на самолёт пока не приобретал. Планировал через две недели уйти с гордо поднятой головой, с руганью и обидами, оскорбившись обязательными упрёками за бездействие в поиске преступника. Так подозрений меньше.

Детектора лжи не опасался. Считал идею сродни рекламной фикции из-за ряда неудобных тонкостей, приоткрывающих коммерческие тайны. Для этого заранее договорился с нелюбопытным специалистом по полиграфам и составил методичку для допроса, избежав острых моментов и внятности в формулировках. Текст согласовал с Игорем Львовичем, грамотно обосновав предпосылки. Тот, ожидаемо, ни шиша не понял, но поддержал инициативу.

Далее. При обращении в полицию сумму ущерба занизили по его предложению. Двадцать – не шестьсот (как оказалось, с хвостиком). Почти рядовое ограбление, затеряется в потоке криминальных происшествий.

Будучи в курсе последних веяний по легализации бизнес-деятельности, рассчитывал на то, что особой огласки не последует. Пошумят, и проглотят. Для заведения Игоря Львовича сумма относительно терпимая.

Кроме личного обогащения, другой мотивации не имеет.

Хмурящийся от услышанного владелец фирмы понемногу начинал нравиться инспектору. Никаких заунывно-обидчивых: «А я ему верил!» или «Мы же столько лет вместе!» не прозвучало, как не последовало проникновенных угроз или попыток отвесить позорную пощёчину змею, пригретому за пазухой.

Стоял, почёсывая подбородок, щурился, прикидывал дальнейшие действия. Настоящий бизнесмен.

– Могу я узнать, где компромат?

– Можешь, – Фрол Карпович, не отрывая ладони от головы Мохова, повторил вопрос слово в слово.

– В банке. В абонентском хранилище. Копии на облачном сервере.

– Домен? Пароли?

Допрашиваемый продиктовал, а Серёга добавил:

– С банком сами разбирайтесь.