Я молча слушала. Рука сама потянулась к тёмно-синему вееру с черным кружевом, лежавшему на столе. Как мрачно. Надо будет нашить блесток. Тогда появится хоть какой-то шарм.

Когда крутишь что-то в руках, думается почему-то живее. Уж не знаю, откуда это. Мама всё шутила, что у нас в роду ведьмы, шившие куколок для заговора. Может быть, может быть…

– Девушке выбирает жениха опекун, – продолжила Луцка, не услышав от меня уточняющих вопросов. – Это должен быть достойный молодой человек из хорошей семьи. Брак заключают два Гнезда, он освящается в Храме Четырёх Ветров, чтобы получить благословение на богатую и спокойную семейную жизнь.

– Надеюсь, тут не откладывают яйца, – пробормотала я под нос.

– Что-что?

– Это я так, творчество по мотивам, не обращайте внимания, – тут же поспешила заверить я. – Луцка, что будет, если невеста потеряет девственность до свадьбы? Она не сможет продолжить род?

На меня посмотрели с искренним удивлением:

– Сможет, конечно! О небо, панна Агнешка, кто вам такое сказал?

– Домыслы, – хмыкнула я. – Тогда скажите, если невеста предастся плотским желаниям до брака, то… что будет?

Луцка скривилась.

Захотелось хмыкнуть ещё раз. Всё ясно. Станет сразу второго сорта. Ясно-понятно, ничего не меняется, даже если ты попала в другой мир. Здесь тоже ограничивают женщин.

Решив не зацикливаться, я продолжила расспрашивать:

– И что в такой ситуации делают?

Луцка задумалась:

– Если такое происходит, тогда семья может выдать девушке определенную сумму и отправить в свободный полёт.

У нас говорят «свободное плаванье», но суть понятна.

– Я правильно понимаю, что тогда наследница лишается статуса и денег, но при этом обретает свободу?

Луцка кивнула.

Хм, если Марианна добивается именно этого, то выглядит логично. Не знаю, насколько реально и необходимо, но… логично.

Под рукой оказался портрет молодого красавчика, жгучего брюнета с невероятно зелеными глазами. Улыбка, которая светит как прожектор. А следом – рыжеволосый и мрачный, словно уже понял весь этот мир.

Так, вот что ещё. Это обязательно надо спросить.

– Луцка, с какими способностями рождаются дети? Ведь, допустим, если сойдутся лебедь и ворон, то… кто получится?

Она тем временем аккуратно раскладывала оставшиеся портреты.

– То и дети у них будут лебедь или ворон. Кто в паре сильнее магически, наследственность того и проявится в ребенке, – сказала она.

Незаметно для Луцки я тихо выдохнула. Что ж, это хорошо. Ибо к миру с птицами-мутантами я была совершенно не готова.

– А кто воспитывает малыша?

– Гнездо, к которому он принадлежит, – последовал ответ. – Поэтому второй родитель должен переехать.

Что ж, это звучит разумно. Семья не разбита, а ребенку лучше расти среди тех, кто сможет помочь обуздать его, кхм, способности.

Хотелось ещё много чего спросить, но я остановила себя. Так как в голове потом будет бардак, а мне он сейчас ни к чему. Поэтому сконцентрировалась на парнях.

– Кто из них самый ярый поклонник?

Луцка ткнула в русоволосого, на которого я обратила внимание в первую очередь.

– Он. Онджей хниздо Датэл.

Датэл, Датэл… Дятел?! Господи, кажется, не одна я тут Страка. Не соскучишься. Хотя внешность у этого Онджея, надо сказать, очень ничего.

– Хочет Марианну в супруги или же просто хочет?

Луцка внезапно усмехнулась и покачала головой:

– Кто скажет, как оно на самом деле. Но его родители не позволят.

– Гнездо Дятлов богаче Лебедей? – недоверчиво спросила я.

– После смерти Христиана оно пришло в упадок, – вздохнула она. – Ещё и поэтому пан Томаш забрал Марианну сюда.

Ага, вот как обстоят дела. Получается всё интереснее и интереснее. Вероятно, отец Марианны был очень неплох в управлении, а потом просто не нашлось, кем его заменить. Что ж… такое бывает в любом из миров.

– Последний раз пан Онджей в наглую забрался в наш сад и пытался петь серенады под балконом панны Марианны, – сказала Луцка. – Только перепутал сторону, в итоге увидел…

– Кого-то из слуг? – предположила я.

– Нет, пана Томаша.

– Вот радости-то было, – пробормотала я.

– У обоих, – хмыкнула Луцка. – Видели бы вы, как сверкал пятками молодой пан, не ожидав, что напорется в первый же раз на опекуна своей возлюбленной.

– Кстати, а что… в поместье можно так легко войти? – приподняла я бровь.

Луцка помотала головой:

– Нет, но пан Томаш специально оставил лазейку, которой можно воспользоваться при толковом подходе.

Что ж… Дятел оказался толковым. Не знаю, плакать или радоваться, но определенно в этом что-то есть.

Луцка явно хотела продолжить, но в этот момент возле неё появилось сияющее синим светом перышко. Я только моргнула, пытаясь понять, что это.

– Ох, прошу прощения, меня вызывает хозяин.

Я жестом показала, что без проблем. И некоторое время задумчиво смотрела в уже закрывшуюся дверь, обдумывая услышанное.

Какой тут у них интересный «телефон». Пёрышко… Но это даже мило.

При всей ситуации все как-то… неоднозначно. Томаш бдит за Марианной. Но Марианна может не хотеть выходить замуж туда, где все будут сильнее и смотреть свысока. А если же окажется, что магически она сильнее супруга, то уже тот может кривить физиономию на гнездо в упадке.

Сложив руки на груди, я подошла к окну. Тишина, покой. Садовые фонари мягким желтым и розовым светом заливали дорожки и аккуратно подстриженные кусты. А вот до беседки не дотягивались, и там всё окутали чернильные тени.

Чем больше я думала о сложившейся ситуации, тем яснее понимала: мне необходимо поговорить с Марианной и желательно установить контакт. Только после него получатся доверительные отношения. Пока что я для неё – какая-то тётка из Гнезда Сорок, которая должна ограничить её свободу. Согласитесь, не та особа, перед которой захочется открывать душу.

Покачав головой, я сгребла портреты и плюхнулась на кровать. Ладно, поизучаем красавчиков детальнее. Прямо интересно, кто на них собирал такое досье? На обратной стороне каждого портрета – биография. Отлично. Изумительно подготовились.

В итоге имелось одиннадцать кандидатов на отстрел… В смысле, на любовные утехи с прекрасной воспитанницей. Возрастом от двадцати до двадцати семи лет. Остальных то ли сшибали на подлёте, то ли те имели совесть и не лезли к юной панне.

Все симпатичные, достаточно состоятельны и поэтому… вызывают подозрения. Нет, это не странно, что им понравилась Марианна, видит небо, она хорошенькая и приятная в общении, но из-за пришедшего в упадок Гнезда Лебедей не скажешь, что дело только в чувствах.

Я глянула на часы. Так, начало двенадцатого. С визитами в такое время всё же не шастают. Да и глаза слипаются.

Шумно выдохнув, я сложила портреты аккуратной стопочкой и положила на тумбочку. Ладно, со всем разберемся.

Выключив свет, я нырнула под одеяло и сразу же отключилась.

Но в какой-то момент послышался странный шорох.

Глава 3. Ночная охота на дятла

Моя рука метнулась и зажгла свет. И тут же, отругав себя, я выключила его. Если кто-то пытается пробраться, то можно спугнуть на раз. Поэтому лучше делать вид, что все спят. В таком случае нарушитель спокойствия потеряет бдительность, и можно будет выяснить его личность.

Я тихонько сползла с кровати, прислушиваясь изо всех сил. Больше никаких подозрительных звуков не было, однако это не могло меня обмануть. Шорох явно шёл со двора. Кто шляется в такое время по местам, где живут благородные господа?

Подобравшись к окну, я прижалась к стене и осторожно выглянула. Хм, ничего такого. Кажется, это всё же ложная тревога.

Некоторое время пришлось прямо так постоять и потоптаться на месте, потому что босиком не слишком комфортно, а обувь я в спешке не надела.

Уже собравшись вернуться в кровать, я увидела, как пошевелились ветки кустов. Так-так… Не показалось. Наша сторона… Неужто уже явились к Марианне? Какие… быстрые.

Видимо, не знают, что возле нежной лебедушки появилась любопытная сорока. Нет, устраивать безобразие я не буду, но вот проследить и сделать выводы – святое.

«А вдруг это не жених, а кто-то с маргинальными намерениями?» – вспыхнула мысль.

Это мне совсем не понравилось, поэтому я быстро окинула взглядом комнату. Учитывая, что я тут сплю первый раз, то понятия не имею, есть ли в шкафу какие полезные дамские вещицы вроде биты, баллончика с газом, шокера и…

«Агнешка, прекрати, – одёрнула я себя. – Тут же аристократия. У них такого нет. Уж скорее мечи, сабли и пузырёк яда».

Удивительно, но местная форма моего имени вполне пришлась по вкусу. Ничем не хуже Агнии. Поэтому и обращение вырвалось непроизвольно.

Проблема в том, что если я сейчас брошу окно и начну перерывать шкаф, то, скорее всего, упущу «гостей». Поэтому ничего не оставалось, как потянуться и взять веер со столика. Конечно, не оружие, но впечатление произведет. Вам когда-нибудь прилетало по голове веером из окна, когда вы карабкаетесь по стене? Нет? Вот и не говорите.

На моем подоконнике ещё был горшок с развесистым цветком с мясистыми темно-зелеными листьями. Если такой немножко сдвинуть, то будет много шума и мало здоровья.

Оценив обстановку, я поняла, что, в общем-то, неплохо устроилась.

Сидеть в засаде – не слишком веселое занятие, но выбирать не приходится. И, в конце концов, судьба меня вознаградила. В какой-то момент две тёмные фигуры покинули кусты и направились к дому.

Они о чем-то перешептывались, медленно приближаясь. До меня донеслись еле различимые голоса:

– Пан, вы уверены, что именно тут?

– Да, – прозвучал ответ. – Она сказала, что подаст сигнал. Правда, это другая комната. Но моя птичка сказала, что она может жить в других покоях.

Я пригнулась пониже, на всякий случай прячась старательнее. Вряд ли они смогут рассмотреть снизу, но всё же.

– Давай… – выдохнул молодой пан (во всяком случае, по голосу – молодой). – Помоги мне вот тут. Это лестница со встроенными кристаллами невидимого полога. Давай-давай, сюда. Вот так.

– Пан, вы уверены, что мы поступаем правильно?

– Да. Мы жаждем слиться в объятиях друг друга.

Ах, значит, невидимый полог. Что ж… Сейчас будет незабываемая встреча.

Ещё раз оценив обстановку, я увидела, что молодой пан не смотрит наверх, а его помощник придерживает лестницу и при этом стоит возле стены.

Отодвинув горшок и рванув на себе ночную рубашку так, чтобы открыть грудь практически… полностью, я оперлась ею о подоконник. Молодой пан шикнул на помощника:

– Юшек, держи крепче!

Я томно вздохнула. Ровно в этот момент пан поднял голову и уткнулся носом мне прямо в оголенный бюст.

Снизу раздался приглушенный писк Юшека. Молодой пан превратился в каменное изваяние, даже забыв дышать.

– Вам удобно? – заботливо поинтересовалась я.

– Пх… М-м-м… Мари… Вы кто?

– Твоя птичка!

Он попытался отпрянуть, но я ухватила его за шкирку и затянула в комнату. Горшок шмякнулся на Юшека, который с воплем: «А-а-а-а!» ломанулся через кусты.

От неожиданности молодой пан не успел возразить и, кувыркнувшись, плюхнулся прямо на пол. Я поставила ногу ему на грудь.

Он снизу глянул на меня и поперхнулся готовыми сорваться с языка словами.

– Пани, пани, приношу извинения! Я перепутал, я не к вам, я…

Я обвинительно ткнула в него веером:

– Как не ко мне? То есть вы, пан, нашли себе другую?

Не знаю, что бы он ответил, но в этот момент в спальню ворвались Луцка и Томаш, а за ними замаячила толпа слуг. Зажегся свет, и я сообразила, что под моей ногой лежит пан Онджей хниздо Датэл собственной персоной.

Выражение лица Томаша было незабываемым. Впрочем, слуги тоже не остались безучастными.

– Панна Агнешка, что происходит? – потребовал он объяснений.

Как приличной даме мне положено было бы отпрянуть и прикрыться, но вместо этого я щелкнула веером и медленно начала обмахиваться.