– Стойте, где стоите! – прокричал он незнакомцу, привлекая всеобщее внимание.

Фигура в черном плаще скрывала свое лицо за маской. Она спокойно извлекла из потайного кармана золотой символ на цепочке, и Конрад тут же убрал оружие и поклонился. Все официальные лица Теократии знали этот символ, но Конрад впервые лично встретился с членом Черного писания.

– Я мэр города, чем обязан вашему визиту? – подскочив со своего места, спросил один из трех толстяков, поклонившись. – Я видел, что вы мобилизовали всех городских стражей и вызвали подкрепление из форта. Городу угрожает нападение вражеской армии, опасной нежити или каких-нибудь монстров? – Простите, почему вы спрашиваете? – Как вы уже поняли, я капитан «Черного писания». Я и мой отряд могли бы существенно помочь вам в бою с ними. – Ничего такого, господин капитан, – переглянувшись с другими мужчинами, пролепетал мэр. – Дело в том, – не сдержавшись, выпалил Конрад и, осознав, что его никто не спрашивал, тут же замолк. – Дело в том? – повторил его слова парень в маске. – Дело в том, что к городу движется очень сильный человек. Он в одиночку, меньше чем за минуту, голыми руками искалечил отряд из шестидесяти рыцарей. Взяв в заложники двух жрецов, он пообещал посетить сегодня город. Если мне не изменяют глаза, его караван уже появился на горизонте. – Ясно, – спокойно ответил парень, – значит, помощь моего отряда не потребуется. Собранной тут армии, более чем достаточно. – Думаю, что потребуется, – опустив голову, сказал Конрад, – вряд ли обычная армия сможет одолеть лысого воина. Лучше вступить с ним в переговоры. – Не преувеличивайте, капитан, вы и так подняли ненужную шумиху, – недовольно буркнул командир форта. – Ненужную шумиху? Извините, но это не вы, а я встретился с ним в ближнем бою. И скажу вам, ни один противник за двадцать лет моей службы в армии не отправлял меня в полет на тридцать метров в полном комплекте тяжелых доспехов. Я чудом не свернул себе шею при приземлении. Никак не ожидаешь подобного от парня, ростом едва достающего тебе до груди. – Почему тогда, разобравшись с вашим отрядом, он не забрал ваше оружие и доспехи? – Он не бандит, а благородный воин, обладающий огромной силой. Если вы не в курсе, я просил начальника стражи отказаться от вооруженного столкновения. Я считаю, что мы должны проявить уважение и сотрудничать. Сам он не нападет, но если нападем мы, будет защищаться, и вы пожалеете, что не послушали меня. – Склонить голову перед чужестранцем, напавшим на нашего торговца, а потом на отряд рыцарей? Вы в своем уме? – возбужденно воскликнул мэр, – Конрад, вы точно не стукнулись головой при падении? – В таком случае я задержусь здесь ненадолго. Хочу увидеть, о каком неимоверно сильном воине идет речь, – отозвался парень в маске.

Под маской лицо парня озарилось довольной ухмылкой. Он предвкушал интересную встречу. Редко когда полубог мог встретить достойного противника. «Кто он? Еще один полубог, подобный мне или такой же монстр, как эта полуэльфийка. Интересно, что бы она сказала, услышав о появлении достойного противника», – подумал парень.

Словно услышав его мысли, позади раздался недовольный голос:

– Где тебя носит?

Люди на башне с удивлением уставились на еще одну фигуру в черном плаще, сжимающую в одной руке великолепное оружие – покрытую золотыми вставками боевую косу.

– Вы как раз вовремя, госпожа. Здесь назревает кое-что интересное.

Тем временем караван из одиннадцати повозок приблизился к городу и остановился на безопасном от поражения стрелковым оружием расстоянии. От него отделилась одинокая фигура в желтой одежде и красных сапогах.

***

Перед выездом в Сингиз, на встречу с Сайтамой напросилась наставница эльфийской принцессы, друидка Асист. После долгих приветствий с множеством поклонов она завела разговор о текущем положении дел между Королевством эльфов и Теократией Слейн. Когда она тщательно, во всех подробностях принялась описывать предысторию возникновения эльфийского королевства и века мирного сосуществования с людьми, терпение парня лопнуло.

– Уложись в двадцать слов, а лучше и того меньше! – потребовал он и нахмурился.

Не привыкшая высказываться конкретно, древняя «девушка» ненадолго замолкла, а потом сформулировала интересующий её вопрос в означенном лысым парнем количестве слов:

– Господин, если вам не безразлична судьба эльфов, прошу вас, освободите еще трех принцесс. Этим вы обеспечите выживание эльфов в будущем. – Где они находятся? – Они в столице Теократии, Слейнзгарде. – Ладно. – Ладно? То есть, вы спасете их? – Я же уже сказал: ладно. – Простите меня, господин, я просто была удивлена, что вы согласились, не потребовав ничего взамен.

Гелу и Эну, все это время сидевшие за спиной Сайтамы, радостно вскрикнули. Асист направила господина в столицу. Теперь теократы точно пожалеют, что объявили войну эльфам и захватили в плен дочерей короля. Раз Сайтама пообещал, он обязательно выполнит обещанное. Девушки в этом не сомневались.

После разговора с лысым парнем, Асист подошла к Эну и поинтересовалась, каким наилучшим образом она и другие эльфийки могут отблагодарить за помощь доброго человека? В ответ Эну загадочно улыбнулась и сказала, что всецело возьмет этот вопрос на себя. Асист удивленно смотрела на покрасневшие щеки девушки. Уже вторая эльфийка была по уши влюблена в лысого парня.

Эну не терпелось вернуться в объятия своего героя. Она с трудом выждала разборку с рыцарями и надеялась, что Сайтама позволит ей продолжить начатое, но его отвлекла Гелу, потом был завтрак и переговоры с друидкой. Девушка ждала, когда парень вернется в палатку. Дежурила у нее, переминаясь с ноги на ногу.

Тут её ждало новое разочарование. Оказалось, что закончилась вода, и нужно было срочно восполнить её запасы. Лагерь снялся с места стоянки, палатку свернули, лишив Эну шансов на приятное продолжение. Девушка пошла на хитрость. Она постелила постель на дне повозки и уговорами уложив парня передохнуть, тут же нырнула под покрывало и принялась возбуждать его, руками и губами.

Бесстыдное поведение девушки удивило не только лысого парня, но и всех эльфиек, ехавших с ним в одной повозке. По довольному лицу Эну, появившемуся из-под покрывала, когда она возбудила и оседлала парня, стало очевидно, что ей глубоко все равно, кто и что о ней думает. Девушка получала то, чего страстно желала. Господин Сайтама тоже не выражал недовольства. Прикрыв глаза, он тихонько постанывал в такт ритмичным движеньям её бедер.

Остальные девушки делали вид, что в упор ничего не видят. Все, кроме Гелу. Девушка невольно искоса следила за парочкой и обильно краснела, представляя себя на месте соперницы. Она сама не заметила, как сильно возбудилась. Девушка стала покачиваться в такт движениям парочки, плотно сжав ноги, и шумно сопеть, закусив нижнюю губу.

Дальше произошло то, чего Гелу сама от себя не ожидала. Стоило Эну потерять бдительность и освободить «насиженное место» после очередного пика наслаждения, как Гелу тут же скинула свою одежду и нагло взобралась на парня. Она проигнорировала возмущенные толчки прижимавшейся к господину эльфийки и, приставив конец твердого и влажного стержня к себе, решительно опустилась на него.

Гелу невольно вскрикнула и сжалась от боли. Она замерла и старалась не шевелиться. В следующий миг ее глаза встретились с удивленными глазами господина Сайтамы. Он явно не понимал, что на его члене делает напарница по команде. Не зная, куда деваться от стыда, Гелу прижавшись к Сайтаме всем телом и стала делать неумелые движения бедрами. «Если мне удастся сделать ему приятно, он ведь уже не будет злиться на меня?» – испуганно думала девушка. Она почувствовала, как руки парня легли ей на талию и несмело спустились к ягодицам. Сайтама легонько приподнял её под ягодицы, так, что внутри Гелу осталась только головка его члена, и вновь опустил ее на себя, позволяя ему проникнуть на всю длину. Гелу нежно поцеловала парня в шею. Как только он взял дело в свои руки, с её плеч словно гора свалилась.

Вскоре острая боль прошла, и Гелу начала чувствовать в паху приятное тепло. Чуть позже тепло переросло в постепенно нарастающее чувство удовольствия. Эльфийка ушла в полуобморочное состояние и уже не отдавала себе отчет, что её стоны слышат не только соседи по повозке, а и все остальные остроухие сородичи. Когда девушку заполнили бурные потоки горячего семени господина, она забилась в своем первом оргазме.

С господина Гелу стащила Эну. Ей надоело смотреть, как та размазывает по нему слезы счастья. Она понимала её плаксивый восторг, но была глубоко возмущена, что «её» любимого для своего удовольствия использует другая. Эну ужасно ревновала.

Избавившись от наглой соперницы, Эну тут же заняла ее место и не слезала с парня до самого города. Отдохнуть ему так и не удалось.

***

Сайтама не знал, почему освобождение принцесс имеет такое огромное значение для эльфов. Причина была проста. Их мать была единственным потомком Элендаара, в котором сохранилась четвертая часть его силы. В отличие от рядовых эльфиек, сохранившие силу бога потомки были гораздо менее плодовиты. Королева смогла зачать всего четырех детей. Зато все четыре принцессы были живой надеждой на будущее возрождение силы эльфийского народа.

Теократы так же свято хранили силу богов, оберегая и преумножая их потомков. Лидеры Теократии давно знали, что от матери к потомству сила передается, не уменьшаясь, а вот дары отцов всегда делились пополам. Именно поэтому все первые дети богов были вдвое слабее их самих, потомки сыновей оказались слабее вчетверо, а вот потомки дочерей сохранили силу на прежнем уровне.

Похищение двести лет назад королем эльфов единственной человеческой полубогини вызвало первую войну между Теократией и эльфами. Теократии удалось захватить единственного ребенка от их союза, но сама полубогиня была убита эльфами. Война длилась сто лет. В ней пали сильнейшие потомки Элендара и Четырех Богов. По иронии судьбы, большинство эльфийских героев пали от руки дочери эльфийского короля и украденной им полубогини. Тогда же она получила прозвище «Верная смерть».

С тех пор, не считая полуэльфийки, полубогов среди двух народов не осталось. Потомков богов по привычке продолжали звать полубогами, но все они обладали лишь четвертью или даже одной восьмой их силы.

Расклад был таковым, что для Теократии наступали тяжелые времена. Все потомки богов, обладавшие четвертой частью их силы, оказались мужчинами. Дальнейшее сохранение силы на прежнем уровне было невозможно. У эльфов же было четыре четвертьбогини, а зная их почти столетнюю способность к деторождению, таких четвертьбогов могло появиться еще много десятков. Теократия тут же напала на эльфов. Причем сделала это очень подло, выманив короля и его стражу из дворца и атаковав его, чтобы захватить потомков. Эльфам удалось скрыть принцесс среди эльфиек-слуг, но их мать была схвачена и зверски убита.

Главы Теократии долго пытались выявить обладательниц божественной крови, но потерпели неудачу. Им пришлось заточить всех пойманных во дворце эльфиек в особую тюрьму. Там они надеялись в результате внимательного наблюдения выявить принцесс. Рядовые эльфы должны были оказывать им повышенное внимание или как-то по-другому выделить их. Эта хитрость тоже не дала результата. Восемьдесят эльфиек томились в своей тюрьме двадцать лет, так и не указав своими действиями на принцесс. Можно было просто вырезать всех поголовно, но эльфийский король заключил с главами Теократии тайное соглашение, в котором пообещал не предпринимать никаких атак на города Теократии, пока его дочери живы.