Только, стоило мне увидеть ее, я поняла, что в этой волевой девчонке скрыта большая сила духа, которой так не хватало мне. Меня, как мотылька, тянуло к этой силе, и мы почти сразу подружились. Вика была моей опорой и защитой. Именно она мстила глупым мальчишкам, называвшим меня толстой и хрюкающим в след. На следующий день они находили в своем рюкзаке собачьи экскременты или доставали сменную обувь с ближайшего к школе фонарного столба.

Я же со своей стороны помогала смягчать Викину угловатость. Учила ее видеть красоту вокруг, добавляла розовые наивные оттенки в ее жизнь, подарила ей Мэттью Макконахи, Райана Гослинга и прочие прелести романтических фильмов. Открыла для нее волшебство эклеров, в конце концов.

Она была моим стойким болтиком, а я гаечкой, что удерживала ее взрывной характер.

– Ребят, это звучит красиво, но глупо, – вернувшись в реальность, я рассмеялась и, допив кофе, понесла посуду в мойку. Теория с куклой была интересной и объясняла доверие, что сразу испытала ко мне холодная ко всему миру Вика.

– Ты недооцениваешь силу моей одержимости той куклой, – шепнул Ваня. – Теперь я одержим тобой.

– Серьезно, Леля, он даже чуть не утонул, когда пытался в озере желание загадать. Тут у местных есть легенда…, – начала Вика, но я ее перебила:

– Знаю-знаю, – заверила я, лукаво улыбнувшись. Даже если мое желание не исполнится, сам процесс я запомню на всю жизнь. – Ты чуть не утонул, загадывая встретить куклу в жизни? – удивленно спросила я у Вани.

– Дед в последний момент меня ночью из-под пирса вытащил. Судороги, – Ваня пожал плечами. – Но я тебя встретил, а, значит, оно того стоило.

– Похоже, поверье работает, – хмыкнула подруга. – Надо тоже что-нибудь загадать.

– Ты еще не использовала свое право на заветное желание? – воскликнула я. Я-то свое почти сразу применила по назначению. Вспомнив, что именно загадала, я с теплом посмотрела на Ваню.

– Вид синюшного Ваньки мне тогда все желание отбил. И слава Богу! Теперь я старше и могу загадать что-то адекватное, – Вика усмехнулась, ткнув брата в бок.

Они сидели плечом к плечу: оба высокие, спортивные, светловолосые и красивые до жути. Их предки намешали чудесный генетический код. И было бы здорово, если бы мое желание помогло продолжить дело их предков и дальше.

Закончив завтракать, Ваня ушел на улицу, и мы с Викой остались вдвоем. Вдоволь наобнимавшись, мы присели на кушетку. Вика серьезно посмотрела на меня:

– Ты спрашивала про жену?

– Они разводятся, – спокойным тоном ответила я. Эта мысль больше не причиняла мне боли. После сегодняшней ночи я знала наверняка – Ваня только мой.

– Что будет дальше? Вы вернетесь в Москву вдвоем?

– Не знаю, мы не успели подумать о будущем, – я рассмеялась. Слышать такие серьезные вопросы от Вики, которая предлагала мне секс ради здоровья, было как-то неожиданно: Ваня хочет восстановить и обжить дом. Он много для него значит.

Вика нахмурилась и прикусила сразу обе губы – признак глубокого стресса. Вика всегда так делала на контрольных, но с возрастом ей удалось избавиться от этой привычки. И вообще казалось, что Викуля всегда была сильнее стресса. Или мне действительно только казалось?

– Что случилось? – встревоженно спросила я, обнимая подругу за плечи.

– Я продала свою долю дома, – выпалила Вика и виноватыми глазами посмотрела на меня.

Земля ушла из-под ног. Возможное счастье, которое только забрезжило передо мной, вдруг всколыхнулось и пошло рябью. Ваню это очень ранит. А потом Ваня ранит любого, кто сунется на «свою» половину дома.

– Ох, тебе стоило сначала поговорить с Иваном, – прошептала я, не обвиняя подругу, а лишь констатируя факт.

– Все произошло так быстро. Мне позвонили, предложили хорошую сумму. Я перевела их на своего знакомого юриста и забыла об этом вообще. Ты же знаешь, мне не нужен этот дом, – Вика вздохнула, стараясь не смотреть в мои глаза, в которых дрожали слезы, ведь этот дом был нужен Ване. Этот дом был нужен мне.

– Уже решила, на что потратишь деньги? – я шмыгнула носом, отворачиваясь к окну. Не хотелось своими слезами взвешивать на плечи подруги непосильную ношу вины.

– Я получу их первого сентября, когда сделка вступит в силу, – сказала Вика и как-то неожиданно резко замолчала. Я обернулась и увидела, как на лице подруги засияла улыбка.

– Что такое? – не поняла я.

– Я могу все исправить, – она потерла ладошки и крепко меня обняла. – Я попросила подписать договор с первого сентября, когда ты отсюда съедешь. У меня есть время все отменить! Я сейчас же позвоню Хрюше, – подруга вскочила и стала рыться в сумке в поисках телефона.

– Хрюше? – мои губы тоже растянулись в улыбке. Вика все решит, это точно!

– Это юрист. Он хрюкает во время оргазма, – отмахнулась она, выходя на улицу в поисках связи. Она несла телефон на вытянутой руке, но, судя по кислой мине, заветные палочки на дисплее не появлялись.

– Ты спала с юристом? – смеясь, спросила я и присела на крыльцо. Когда то скрипнуло под моим весом, я любовно погладила дерево. Ванечка тебя починит.

– Я просто с ним спала. А потом оказалось, что он юрист, – Вика пожала плечами и опустила руку. – Ну и дыра!

Из бани показался Ваня. Он сполоснулся, умылся и теперь шел к нам, излучая чистоту и истинную мужскую красоту.

– Мне нужно позвонить! – командным тоном произнесла Вика, наскакивая на брата до того, как он вновь увлечется своей рыжей куклой. То есть мной, конечно. Как же приятно это осознавать.

– С твоей высоты это вряд ли получится, – он не без удовольствия глянул на нее сверху вниз и добавил. – Заберись повыше, таракашка.

Я хихикнула, прекрасно понимая, что к моему росту никаких претензий нет, хоть я и ниже Вики. Брат и сестра вспоминают свои детские подколы, и это не может не умилять. Вообще, конечно, было странно видеть Вику, теряющую свою силу доминирования.

– Очень смешно, братец! – Вика показала Ване язык. – Где благодарность за то, что я тебе Лелю привезла?

– Эй! – встряла я. – Хватит говорить обо мне так, будто я товар!

– Леля, ты величайшая ценность нашей семьи, – Ваня подмигнул мне, а Вика с улыбкой добавила:

– Только постарайся не зазнаться!

Ваня приобнял сестру за плечи и повел к дереву у самой кромки воды. Туда, где мы с Ваней совсем недавно стояли так близко друг к другу и пытались поймать связь, чтобы я могла позвонить.

Вика уткнулась в телефон, проверяя экран, и снова глянула на брата с довольным лицом. Стоя на самом краю, она набрала номер и приложила телефон к уху.

Ваня присел ко мне и, пользуясь тем, что сестра на нас не смотрит, усадил меня на свои колени и с жаром поцеловал. Немного поколебавшись, я все же сдалась и отдалась поцелую. Во мне затрепетала необъятная нежность, слегка опаленная воспламененным сердцем. Стоило Ване посмотреть на меня, излучая взглядом дикий голод, или еще лучше – коснуться меня, поцеловать меня! – как я тут же теряла рассудок от желания прильнуть к нему всем телом.

– Связь действительно ловит только там? – оторвавшись от его губ и глянув на Вику, спросила я.

– Нет, конечно, – Ваня хитро улыбнулся. – Просто хотел отвести ее подальше, чтобы потискать свою дикарку.

Ванина рука проворно забралась под мою юбку, и я ощутила прилив жара от того, как его шершавые ладони легли на внутреннюю сторону моего бедра.

– Тогда надо было сказать, что связь есть только в магазине "Анфиса", – шепнула я, краснея от того, как мужская рука поглаживает мою ногу.

– Пойду утоплю ее, – Ваня хрипло усмехнулся, любовно сжав мое аппетитное бедро.

– Хватит обжиматься! – крикнула подруга недовольным голосом.

Ванина рука выскользнула из-под юбки, и мы оба уставились на хмурую Вику.

– Что случилось? – спросил Ваня, а я догадалась, что решить вопрос продажи доли будет не так просто.

– Ерунда, проблемы на работе, – Вика натянуто улыбнулась ему, а потом с намеком посмотрела на меня. – Леля, давай прокатимся до деревни? Хочу показать места своего детства, – сказала Вика, и я заволновалась. Абсолютно очевидно, что никакие места детства мы смотреть не поедем.

– Вообще-то мы хотели бы уединиться, – Ваня сморщил недовольное лицо, демонстративно прижимая меня к себе.

Еще никогда я не чувствовала себя такой нужной, как в этот момент, когда брат и сестра не могли решить, кому я достанусь. И почему меня это так забавляет? Сердцем и телом я жаждала остаться с Ваней, но головой понимала, что Вика пытается спасти дом, и ей нужна моя помощь.

– Давай уединимся, когда я вернусь, – шепнула я на ухо Ване. В его глазах загорелись огоньки.

Я снова вспомнила, как он стоял передо мной в бане, такой огромный с выпирающим из-под брюк достоинством. Как он прожигал взглядом мое тело… По бедрам побежали мурашки предвкушения. Кажется, именно после того раза, когда он едва не сломал ковш, в мою голову стали лезть весьма нескромные фантазии, и все они сводились ко мне и Ване на деревянных скамьях парилки.

Ваня чмокнул меня в губы, соглашаясь с моим предложением. Я встала с его колен и пошла в дом за сумкой.

– Кабан видел ее, – раздался строгий голос Вани. – Имей в виду. Если что-то с Лелей случится…

– Не угрожай мне, – огрызнулась Вика. – Я Кабану яйца откушу, если сунется.

Как же эти двое похожи… один распугивает всех ружьем и своим медвежьим обликом. Вторая хищно скалится и абсолютно на все имеет свой ответ. Такое поведение было удивительным для спокойной домашней девочки, привыкшей к ласке и дипломатии взамен откусывания тестикул.

Может, поэтому они создали эту куклу? Придумали ее мягкой и доброй, потому что им самим не хватало нежности?

Вика уже сидела за рулем своей машинки, а я никак не могла оторваться от Ваниного тела. Обнимая меня, он серьезно сказал:

– Не знаю, что вы задумали, но мне это не нравится.

– Мы просто покатаемся по поселку. У Вики ностальгия. Представь, как долго она тут не была, – я нежно погладила его колючую щеку.

– Я вбил свой номер в твой телефон. Звони, если Вика тебе надоест. Все, беги, пока я не передумал, – он шлепнул меня по ягодицам, и я, смеясь, побежала к машине.

Вика натянуто улыбалась ровно до того момента, пока дом не скрылся из виду, будто Ваня мог видеть ее лицо.

– Я узнала, кто купил дом, – растерянно произнесла подруга, нервно постукивая длинными пальцами по рулю.

– Не томи, – ее нервозность передалась и мне. Я вцепилась в ремень безопасности, хотя мы двигались по лесу с ничтожной скоростью.

– Кабан.

Глава 20

Кабан. Снова этот скользкий мужчина, портящий местность одним своим существованием! Я вспомнила его липкий взгляд, изучающий меня с ног до головы с таким восхищенным любопытством, будто я была первой женщиной, которую ему довелось увидеть за долгие годы. По спине пробежал холодок от осознания, что этот мерзкий тип вот-вот станет владельцем половины дома, который по праву принадлежит Медведевым.

Бой, который так рьяно ведет Ваня, наполовину проигран, а он даже об этом не знает. Меня разрывало на части от обиды и в то же время я буквально заставляла себя не злиться на Вику, что так легко избавилась от своей доли, даже не обсудив этот вопрос со вторым владельцем дома – своим двоюродным братом.

– Куда мы едем?

– К отчиму Кабана. Степан Сергеевич работает в администрации, и он единственный, кто сможет повлиять на Гену. Да и Ваня всегда ему нравился, – Вика встряхнула руки, сбрасывая напряжение. Автомобиль выехал на асфальтированную дорогу и помчался увереннее.

– Хочешь сказать, отчим Кабана занимает какой-то пост в управлении и не обращает внимания на то, что за дела творятся в лесу?

– Степан Сергеевич был дряхлым еще в те времена, когда я тут жила. И он всегда шел на поводу у яркой молоденькой мамаши Кабана и его тетки, а вот самого пасынка пытался учить, – Вика подняла палец вверх и потрясла, изображая поучающего старика. – Только Генка как был подонком, так им и остался. Говорят, его настоящий папаша тоже мутит какие-то серые схемы в Москве. То ли казино, то ли бои подпольные. Генке есть кому подражать.