– Вас, как возможную свидетельницу нападения на монастырь, обязательно будут допрашивать. А может, и не только, – предупредил он. Его дыхание сбилось, зрачки расширились, но следующая фраза меня ошарашила: – Я волнуюсь за тебя, Олетта. И просто не узнаю.

Надеюсь, это не то, о чем я подумала? Молодая девушка и управляющий, который ей в отцы годится. Но эти блестящие глазки, потные ладошки кричали об обратном.

А если когда-то он сделал с ней что-то плохое? Но как, если девушка столько лет провела в монастыре?

И о том, что меня будут допрашивать, Гиллаус таким тоном говорил, как будто подозревал, что Олетта причастна к пожару и разграблению монастыря.

Господи помилуй. Звучит как бред.

Передо мной зиял темный провал, и никак не дотянуться, не узнать, что за тайны в нем скрыты. Это злило, раздражало, связывало руки. Как будто пол усыпан сотнями мелких деталей, а мне поручили собрать из них единую картину за пять минут.

«А ведь он может меня раскусить».

Я сделала глубокий вдох и как можно спокойнее произнесла:

– Не переживайте, все будет хорошо.

«Давай же, убирайся отсюда, мне надо побыть одной».

Оливер Гиллаус все смотрел на меня, будто чего-то ждал. Знака, пароля, чего угодно. Но когда он наконец открыл рот, чтобы что-то сказать, дверь заскрипела.

«Спасена!»

Управляющий молниеносно переместился на приличное расстояние, а у меня камень с души упал. Бабуля словно еще в коридоре почувствовала, что ее «внучку» облизывает взглядом этот переспелый женишок и явилась с грозным видом.

– Что, уже полегчало? – осведомилась строго, а потом обратилась к управляющему: – А ты, Оливер, почему прохлаждаешься?

– Так я же… карту источников нейре Олетте принес. По ее, между прочим, просьбе. Но я уже все, ухожу, госпожа графиня.

Он раскланялся и был таков.

– Ты доверяешь ему? – я поймала задумчивый взгляд Кокордии.

– Если никому не верить, то можно сойти с ума. А у меня не было повода сомневаться в верности Оливера. Я отца его хорошо знала, только в последние годы он сдал из-за болезни, не покидает стен своего замка. Делами заправляет старший сын.

Что ж… Придется самой проверять, не обманывает ли меня чутье. Пока я опасалась пугать или расстраивать Коко. Не с ее сердцем.

Я не знала, с чего начать, и все-таки решила показать свою кисть. Кокордия долго о чем-то размышляла, а потом опустилась в кресло.

– Если и Вивиан пробудила целительский дар, то у нашего рода есть все шансы возродиться из пепла. Только о своих подозрениях никому, кроме членов семьи, ни слова, – велела она. – Это секрет даже для самой девочки.

Я быстро сложила два плюс два. Враги явно не обрадуются тому, что Готары начали медленно поднимать голову. Значит, будем молчать.

– А пока слушай внимательно, Оля…

И она подтвердила, что меня непременно будут расспрашивать о том, что я видела в монастыре. И если в замок прибудет менталист, то нельзя дать ему проверить мои воспоминания. Ведь если вскроется, что Готары не сообщили об иномирянке и выдают ее за свою родственницу, более того, в ней скрыт дар некроманта…

– Я не смогу сыграть умалишенную, это провальная идея!

– Дознаватели могут прибыть в любой момент, ты должна быть готова. Соседи знали, что Олетта больна, что она странная девочка, потому и растет в монастыре. Пускай решат, что толку от тебя, как от табуретки. Сыграешь, не сломаешься. Ты ведь этот, как его, врач.

– Я травматолог, а не психиатр.

Я спорила скорее от волнения, на самом же деле настраивала себя исполнить все, что от меня зависит. А там хоть трава не расти.

***

Вторую половину этого суматошного дня я провела в библиотеке, отбирая литературу для чтения. Нашлись даже простейшие пособия по целительству и анатомии.

В это время меня развлекал беседой Костик. Юноша старался выглядеть непринужденным, но я чувствовала, что его что-то гложет.

– Сестра, тебе просто кажется.

Я покачала головой и опустила очередную книгу на самый верх внушительной стопки.

– Жизнь научила меня, что когда тебе кажется, это значит, что тебе не кажется.

Костадин отвел взгляд.

– Долго ты собираешься молчать?

Братец сделал такое лицо, будто его одолела страшная изжога.

– Ладно, ты ведь все равно не оставишь меня в покое?

– Нет.

– Савад говорил, ты все равно скудна умом и брак с его сыном – лучший выход для тебя! – эмоционально произнес он. – Ну и что твое приданое, естественно, должно прийти вместе с тобой. Он хотел, чтобы я любыми путями доставил тебя к ним или позволил им тебя похитить. За это он обещал похлопотать, чтобы меня признали главой рода до достижения двадцати одного года в обход бабушки и пропавшего брата. Говорил, что замолвит перед королем словечко, чтобы с нас сняли опалу. Но я ему, конечно же, не поверил. А чем все закончилось, ты знаешь.

Мы некоторое время помолчали. Парень дышал так, будто только что пробежал стометровку, щеки его раскраснелись.

– Я что, действительно выгляжу, как тюфяк и предатель? Как тот, кого можно купить? – голос Костадина звенел от еле сдерживаемой злости.

Я подошла ближе и положила руки ему на плечи. Он был выше меня ростом.

– Конечно нет. Ты замечательный брат. А граф Савад – самоуверенный идиот. Но мы найдем на него управу.

И я нисколько не лукавила. Жаль, что у меня не было в детстве такого брата, тогда мальчишки не посмели бы меня обижать.

Взгляд Костика потеплел и парень неуклюже притянул меня к себе здоровой рукой. Похлопал по спине.

– А ты замечательная сестра, Олетта. Готаров так просто не сломить, да?

Я кивнула и сама не заметила, как начала улыбаться.

Этот маленький эпизод стал очередным стимулом сделать все от меня зависящее. Я никому не позволю растоптать то семейное тепло и ростки доверия, которые обрела в этом мире.

Ну а перед сном меня ждала тренировка. Я решила не давать себе спуску, потратила целый час на общеукрепляющие упражнения, растяжку и дыхательную гимнастику.

Приходилось то и дело поглядывать в сторону зеркала, но шаль больше не сползала, а стекляшка не подавала признаков жизни.

В окно бил яркий лунный свет, и я решилась.

Любопытство, чтоб его!

Сдернула шаль и всмотрелась в темные глубины. Хотя какие там глубины? В свое напряженное лицо.

Талантливый резчик украсил раму орнаментом, и в углублениях за годы скопилось много пыли. Я пробежалась по дереву пальцами, очищая изящные завитки, как вдруг что-то кольнуло подушечку безымянного пальца.

Заноза!

И в тот же миг поверхность зеркала тускло замерцала.

Глава 17. Ночной сеанс

Я замерла и прижала руки к груди. Ноги будто приросли к полу, а взгляд прикипел к зеркальной поверхности. Сияние угасло, зато из тьмы начали проступать мутные очертания…

Я сощурилась, пытаясь разглядеть хоть что-то.

Не хотела, а все-таки поделилась кровью с зеркалом. Этому обманщику болтливому хватило одной малюсенькой капли, чтобы запустить настоящую магию. И теперь он меня словно бы соблазнял, обещая большее.

За большую плату, разумеется.

Кажется, передо мной предстала чья-то спальня. Нет, такого я точно не заказывала! И для чего зеркала ставят напротив кровати? Уж точно не для того, чтобы я лицезрела чьи-то постельные приключения и рыхлые телеса.

Ну это уже чересчур! Еще и звуки передает, как будто я там третья присоседилась. Вы не обращайте на меня внимания, ребята, я сейчас быстренько…

Да что же делать? Как убрать эту гадость?

Я даже зашипеть от возмущения не могла или скомандовать, чтобы стекляшка выключила это непотребство. Тут еще мужчина что-то неладное почуял, обернулся…

Ой!

– Магия! Темная магия! – заголосил мужик, прикрываясь одеялом.

Трясущимися руками я сделала единственное, до чего смогла догадаться – смахнула изображение вбок, как на экране смартфона. И, о чудо, получилось! Картинка пропала.

Но рано я обрадовалась. Через несколько секунд зеркало зарябило вновь, явив передо мной новое изображение.

Тоже ночь, полутьма, окошко, за которым на ветру колышутся ветви. Полоса лунного света на полу и в ней силуэт. Казалось, я вижу даже пылинки, танцующие в этом колдовском сиянии.

Я, затаив дыхание, смотрела на ожившую передо мной картину.

Это был мужской силуэт – широкие плечи, мощная грудная клетка, длинные ноги. На коленях – меч, по лезвию которого незнакомец медленно и медитативно скользил точильным камнем.

Чирк. Чирк. Чирк.

Время остановилось, а потом меня отбросило в далекое прошлое. Туда, где мой муж собственноручно точил медицинские инструменты в маленьком гараже, потому что других вариантов не было. Не было ничего, кроме большой любви к своему делу.

От воспоминаний стало тесно в груди и мокро глазам.

Зеркало знало, на что надо давить.

Я не сразу заметила, что движения мужчины становятся все медленнее. Он опустил голову, и волосы закрыли лицо. Однако что-то подсказывало – это и есть тот самый незнакомец.

И вроде бы какая разница? Но рука не поднималась смахнуть чарующую картинку. Это и правда было очень красиво.

Незнакомец в зеркале замер, будто почуяв что-то. Медленно отложил меч и повернулся в мою сторону. Взгляд его впился в зеркало.

Да, это он. Сомнений быть не может. Такого ни с кем не спутаешь, даже если вокруг стоит темень.

У меня в животе от волнения все скрутилось в нервный комок, а сердце… Оно уже давно не стучало так живо, как сейчас. Билось, функционировало, гоняло кровь по организму, но не более.

Ах, совсем с ума сошла, Ольга Анатольевна! Нафантазировала себе глупостей разных. Позабыла об осторожности, или это магия коварного зеркала? Хочется смотреть и смотреть, ожидая… Даже не знаю, чего жду от этой встречи.

Взгляд незнакомца прожигал меня даже сквозь стекло и расстояние.

– Доброй ночи, – произнесла я, когда молчать стало совсем уж неприлично.

– Доброй, – ответил севший, чуть хриплый голос, как будто его хозяин побывал под ледяным дождем и простыл.

Неудивительно. В землянке какой-то сидит, а погода вообще не радует. У нас вон к вечеру небо затянуло, ветер налетел.

– Кажется, мы с вами уже встречались.

– Возможно, – уклончиво ответила я.

– Тогда повторю свой вопрос – кто вы такая? Откуда? Назовите имя и род, – в тоне мужчины прозвучали командные нотки.

– Этого не потребуется, я уже ухожу, – попыталась его успокоить и внушить, что не несу никакой угрозы.

Но незнакомец расценил мои слова по-своему.

– А может, вы шпионите при помощи зеркала?

От несправедливого обвинения я на несколько секунд утратила дар речи.

– Нет, – мотнула головой. – Я вообще не знала, что так можно. Это вышло случайно.

– Зажгите свечи. Хочу получше вас рассмотреть, раз вы даже имени не называете, – пропустив мимо ушей мои последние слова, потребовал он.

Торопыга какой! Рассмотреть хочет. Просто бегу и падаю.

– Я не стану этого делать, – произнесла я спокойно и твердо. – Но обещаю, что больше вас не потревожу. Сейчас… – я замешкалась, не зная, как правильно сказать. – Сейчас я завершу сеанс связи. Минуточку.

Так, как это правильно сделать? Опять шалью накрыть стекляшку? А если не поможет? Он, вредина такая, до сих пор не проронил ни звука. Помогать мне не хочет, притворяется, что вообще не у дел.

– Что ж, тогда буду действовать по-другому, – произнес незнакомец вальяжно, как будто нехотя, и поднялся со своего места. – Я открою зеркальный портал и перемещусь к вам. Тогда и побеседуем.

Что-о?! Перенесется ко мне? Побеседуем?

На такое завершение вечера я точно не рассчитывала. Кокордия меня убьет, если узнает, что я натворила. Да я сама готова надавать себе по шее за такие дела!

Влипла. Как пить дать влипла!

Казалось, если я отвернусь и метнусь за шалью, незнакомец настигнет меня в мгновение ока. Да и что значит какая-то жалкая тряпка против настоящего колдовства?