Слёзы молодости. Катастрофа (страница 79)
– Ланс, – Скотт нагнулся через стол ближе к нему, – ты не должен отчаиваться, что бы там ни случилось. Я не вправе судить тебя и, тем более, выпытывать что-то. Хочу лишь напомнить, что у тебя есть тот, кого ты обязан беречь и ценить. Бог дал тебе сына, который рядом и нуждается в тебе. – Он вернулся в прежнее положение и снова припал к бутылке, затем тихо добавил: – Не потеряй его, как это получилось у меня. Ты просто не представляешь, как я страдаю.
Ланс посмотрел в несчастные глаза Скотта. Да, он помнил о его судьбе и думал, чем мог бы помочь.
– Ты больше не пишешь?
– Пишу. Но уже не отправляю. Смысла нет, – печально вздохнул Скотт.
– Дети. Как же они важны в жизни, – задумался Ланс. – Раньше я этого не понимал. Да и сейчас мнение противоречиво, ведь они растут, растут… растут и уходят. И все. Ты на втором плане и мнения твоего они больше не спрашивают. Так скажи, Скотт, зачем они нужны?
– А как же продолжение рода?
– И все? Стив меня не воспринимает. При виде меня он плачет, а я не понимаю почему, – жаловался Ланс, сам того не желая.
– Значит, ты проводишь с ним очень мало времени.
– Проклятье, я стараюсь!
– Но Стивен называет папой Ричи, – в голосе Скотта послышалась резкость.
Ланс затаил на нем взгляд.
– Что ты сейчас сказал?
– Успокойся, Ланс. Я сказал это лишь для того, чтобы дать пример, подтолкнуть, но никак не упрекнуть. Хочу дать тебе совет э…
Ланс взбесился.
– На кой черт мне нужны твои советы?! Разбирайся со своим ребёнком и не лезь к моему!
– Да больно нужен мне твой ребёнок! – в ответ взвыл Скотт, в глазах появились проблески обиды. Они вскочили на ноги и стояли друг против друга, как два барана – вот-вот сцепятся рогами. Но Скотт умел быстро взять себя в руки, поэтому он просто сказал: – Мне гораздо хуже, чем тебе. Но я не падаю духом, в душе греется надежда, что однажды…
К Лансу в ту же минуту пришло спокойствие. Он сел на место и взял кружку с пивом, затем вылил его в траву, а кружку вернул на стол.
– Прости, Скотт. Я не хотел.
***
Ланс
К вечеру Ланс умудрился напиться. Он пил в саду у фонтана, и когда вторая по счёту бутылка опустела, решил идти спать.
Очутившись в гостиной, он, однако, резко изменил свои планы. В полумраке он увидел Саймона и Дороти, они обнимались и что-то нашёптывали друг другу. На минуту Лансу стало не по себе. Перед ним сидела целующаяся пара, а в голове возник образ плачущей Джулии.
Он стоял тихо и наблюдал, как руки Саймона поглаживают стройные ножки Дороти, как они ласкают друг друга губами и как им хорошо вместе. Внутри постепенно поднялось чувство сопротивления.
Он бесцеремонно включил свет, что заставило влюблённых прерваться. И прошёл к бару со словами:
– Саймон, Саймон, разве у тебя нет своей спальни? Там вам точно никто бы не помешал.
– Да мы не делаем ничего такого, что могло бы нас пристыдить, – ответил Саймон, крепче обняв Дороти. – Мы любим друг друга, и кому какое дело.
– Хм. Любовь… – с горечью в голосе произнёс Ланс. – Опять это дурацкое слово. Что оно, по-вашему, значит? Люди говорят «я люблю тебя», пока им этого хочется, а потом куда она исчезает? Нет, я отныне всегда буду придерживаться самой верной своей теории – любви между мужчиной и созданиями под названием женщина быть не может.
– А что может тогда?
– Что может? Секс, удовольствие… Женщины заслуживают, чтобы ими пользовались. Один раз дашь слабину, и женщина оставит тебя в дураках.
– Вижу, Ланс, тебе сегодня не повезло. Но ты не волнуйся, это временно. Мы с Дорри станем исключением из правил. А по твоим принципам мало кто живёт.
Ланс видел, как нежно Саймон поглаживал девушку по спине, и его это больше раздражало, чем сам разговор. Он выпил залпом то, что сделал себе, поморщился, потом вышел из-за стойки.
– Женщины рождены для нашего удовольствия.
Дороти привстала и отошла в сторону.
– Вы неправы, – тихо сказала она.
– Да? И кто мне это говорит? – нахально улыбаясь, спросил Ланс. – Женщина! Коварное и злое существо!
Саймон преградил ему дорогу к Дороти.
– Ты пьян. Шёл бы к себе.
– Они все одинаковы, Саймон – вот, что я хочу сказать. И исключений из правил нет. Однажды ты сам на себе это испытаешь. Когда она, – Ланс ткнул пальцем в то место, где стояла Дороти, – бросит тебя, поморочив перед этим голову, ради следующей жертвы, ты заговоришь по-другому. Возможно, вспомнишь меня.
– Перестаньте, пожалуйста, – взмолилась Дороти, испуганно глядя на них.
– Слышал? Ты пугаешь её. Прекрати. Ты пьян. Иди спать.
– Я пьян? Саймон, я трезво рассуждаю. Просто открой глаза и прочитаешь у неё на лбу: «Шлю-ха».
Эти слова уже не поместились в голове Саймона, он пришёл в бешенство. Резко схватив Ланса за грудки, зло прошипел:
– Извинись.
Ланс не собирался этого делать. Он начал смеяться. Саймон со всей силы толкнул его к барной стойке. Все бокалы и фужеры полетели вниз, разбиваясь о кафельный пол.
– Я требую, чтобы ты извинился, – зарычал Саймон.
Медленно поднявшись, Ланс схватился за губу, из которой пошла кровь от попавшего осколка. Голова шла кругом, он еле стоял на ногах.
– Я не буду извиняться перед шлюхами, – прокряхтел он.
Саймон вновь совершил нападение, но в этот раз Ланс отбивался, и они повалились на пол, усыпанный осколками. Катаясь, они наносили друг другу недетские удары.
Дороти не знала, что делать. Когда Ланс взял попавшуюся под руку бутылку с вином и замахнулся на лежачего Саймона, в комнате прозвенел крик и через секунду всё затихло…
Глава 15
Джулия
Внезапный грохот и сильный крик разбудили Джулию. Сев в кровати, она пыталась понять, приснилось ей это или она и впрямь слышала, как кто-то кричал.
Джулия повернулась, чтобы спросить Ричи, но мужа на своём месте она не обнаружила.
Не нравилось ей тревожное чувство, поселившееся в душе. Она поднялась и, надев лёгкий халатик, вышла из комнаты. А очутившись на лестнице, девушку охватил ужас.
Ребята с обеспокоенными лицами бродили по гостиной, пол которой был усыпан стеклом, а в некоторых местах Джулия заметила следы крови. В углу слева сидел раненый Ланс.
Что здесь произошло? – возник вопрос.
Джулия в страхе разыскивала глазами Ричи. Неужели Ланс не захотел мириться с тем, что она сказала ему минувшим вечером? Первое, что могло прийти Джулии в голову – неужели он опустился до этого?
Но когда из кухни вышел Ричи в шортах, целый и невредимый, с водой в руках, она с облегчением вздохнула. Но и на Ланса она не могла смотреть без чувства вины.
Медленно преодолевая ступеньки, она разглядывала лица каждого. На саму Джулию никто внимания не обращал. Юнеса сидела на диване рядом… с кем? Эй Джей отошёл в сторону, и Джулии открылся Саймон. Дороти сидела с другой стороны, прикладывала мешочек со льдом к его лбу.
Но за что?!
Джулия обратилась к Юнесе.
– Что тут произошло?
– Сама не очень понимаю, – сонно ответила она и продолжила помогать Дорри приводить Саймона в чувства.
– Что-что… Не видишь? Подрались. У мужчин такое случается.
Эй Джей говорил так, словно для него это было нечто забавным.
– Давайте тогда будем бить друг другу морды, – ворчливо произнесла Джулия. – По-моему, без причины такое не случается.
– Иди лучше, за Лансом поухаживай, – вместо объяснений предложил Эй Джей, пихнув ей чашку с водой и ватные диски.
Джулия посмотрела на Ричи. Он разговаривал со Скоттом и Джоем. Устроившись рядом с Лансом, она молча смочила диск и потянулась к его окровавленной губе. Но Ланс не был с ней приветлив. Он отмахнулся от её руки так, что ватный диск упал на пол.
Джулия стиснула зубы, с психом встала и побежала на второй этаж. Ричи рванул за ней. Ланс видел, как тот схватил её за талию, и пнул чашку с водой.
– Эй, Ланс! Ты сегодня слишком буйный какой-то, – сказал Крис, поднимая чашку. – Шёл бы ты спать.
Ланс демонстративно удалился.
Джей, которого тот чуть не снёс с ног, нахмурил брови.
– Творится с ним что-то неладное. Как будто бес в него вселился.
– Надо с ним что-то делать, – бросил Энтони.
Юнеса сухо посмеялась.
– Если только убить. Его диагноз не лечится.
– Мозги ему вправить некому, – ответил Джей, затем присел к Саймону. – Ты как? Может, к врачу?
– Нет, – отказался Саймон. – Просто царапина, пройдёт.
– Ох, Ланс. Завтра придётся провести с ним беседу, – бурчал Джей.
– А мне его жалко, – вдруг сказала Дороти. – Его просто кто-то очень сильно обидел.
Юнеса прикусила губу. Она догадывалась, в чём причина, но разве им это объяснишь?
***
Джастин
Никогда в своей жизни Джастину не приходилось держать в руке нож для резьбы по дереву. А тут от безделья он начал сходить с ума. Поэтому вынужден был чем-то заниматься.
С каждым днём Джастин чувствовал себя все лучше, делал физические упражнения: отжимался, подтягивался. Все повязки Боб давно снял. Джастин сильно похудел, когда-то красивое и крепкое тело потеряло вид. Но парень не унывал, оставался всё так же бодр и энергичен. И по возможности хватался за любую работу, лишь бы отвлечь себя от лишних думок.
Он очень скучал по дому, по жене и сыну. По ночам он долго бодрствовал, вспоминал и плакал. По утрам Боб обязательно его чем-то занимал, и Джастин увлекался настолько, что не помнил уже ни времени, ни даты.
Прошло больше трёх недель с тех пор, как Орландо занялся поиском семьи Джастина. Приближался конец февраля, а от него не было никаких вестей. Джастин не находил себе места, изводил себя мыслями о том, почему это происходит именно с ним. Сделать он ничего не мог, словно был связан по рукам и ногам, не в силах двигаться. Без документов и без денег в неизвестной деревеньке ему некуда было деваться. Оставалось ждать.
Ждать и надеяться на лучшее.
Сегодня был обычный зимний день. Джастин сидел на своей кровати, вырезал из дерева различные фигурки. Это занятие ему больше всего нравилось. Он старательно работал над каждой мелочью, высунув кончик языка, но в тот же момент его уши улавливали каждый шорох.
Боб копался около дома со старыми железяками. Джастин услышал звук мотора и замер.
– А, Дью! Давненько не заезжал в наши края! – громко приветствовал кого-то Боб.
– Да вот, занесла нелёгкая, – сухо посмеялся человек.
– Опять Орландо прислал?
– Честно говоря, я от Орландо давно вестей не слышал. Он изредка присылает мне сообщения и говорит, что процесс с вашими землями, Боб, не закрыт. Более того, он переслал мне кое-какие документы. Ознакомьтесь.
Через щель в двери Джастин увидел, как мужчина по имени Дью протягивает Бобу тонкую стопку бумаг. Но Боб и не взглянул на них. Он плюнул в сторону и отвернулся.
– На кой черт мне сдались эти бумаги, Дью? Я говорил и буду говорить, что не дам согласие на продажу.
Дью хмыкнул и бросил бумаги на старый деревянный стол.
– Я всё-таки оставлю. Советую хорошо подумать. Вы человек старый, живёте один… мало ли что может случиться.
Боб обернулся.
– Ты мне угрожаешь?
– Нет, – ответил Дью, подняв руки, будто сдаётся. – Я лишь хочу предупредить. Одинокий и старый вы здесь погибнете, а в доме престарелых о вас позаботятся.
– Слушай сюда, дорогой Дью, – не выдавая смятения и злости, сказал Боб, – вали отсюда по добру по здорову, а то гляди, выскочит какой-нибудь зверь, и тебе тут явно не понравится.
– Ладно, ладно.
Дью уехал, а Боб вошёл в дом. Джастин сделал вид, что работает и ничего не замечает.
Боб выпил воды и уставился на Джастина.
– У тебя проблемы? – спросил Джастин, почувствовав на себе взгляд.
– С чего ты взял?
– Мне показалось, ты не очень был рад тому человеку.
– Он меня в покое никогда не оставит. Вместе с Орландо на пару.
– У вас хотят отнять дом? – наконец, Джастин оторвался от своего дела.
Боб устроился рядом с парнем.