Катя Водянова: Последняя ведьма. Не мой инквизитор. Ручной монстр

Не мой инквизитор

Аннотация:

Меня зовут Мег Мункасл, и я – одна из последних настоящих ведьм. Инквизиция контролирует каждый наш шаг и винит в каждом происшествии. И когда в окрестностях нашего городка происходит преступление, я становлюсь главной подозреваемой. А еще хуже то, что с недавних пор в моем доме живет инквизитор, которого я ненавижу. Или совсем наоборот?

Глава 1

Когда начинается мигрень – спокойного дня не жди.

Я потерла висок, в котором уже стучала и пульсировала боль, и отодвинулась подальше от ароматических свечей. Вроде бы сама их выбрала: такой приятный травяной запах, загадочный темный цвет и, главное, отдали их двести семь штук за сотню фенсов. Я не поленилась, нарисовала на каждой жутковатые глаза золотой краской, обвязала бечёвкой и выставила уже по пять фенсов каждая. Что поделать, ведьмовские товары недешевы.

Конечно, в моей лавке висела табличка, что вся продукция сувенирная и не имеет доказанных магических свойств, то же самое прописывалось и в чеках, но покупатели на это не обращали внимания. Кто-то слишком верил в оккультизм, другие – просто приобретали забавные сувениры на память о нашем Черном Ручье. И большинству было абсолютно плевать, насколько настоящие лягушки и змеи плавают в бутылях на дальних полках или как добыта голова кабана, прибитая над прилавком.

До автобуса с туристами оставалось еще два часа, покупателей почти не было, поэтому я неспешно перебирала букетики с лавандой и поправляла ленты на них. Цветы уже начали осыпаться, надо бы побыстрее продать, пока окончательно не пришли в негодность. Заодно я краем глаза следила за двумя посетительницами. Девчонки лет по шестнадцать-семнадцать, одеты точно в ночной клуб собрались и макияж такой же. И не лень им! Я красилась редко, хотя ведьмам вроде как положено.

– Выбирай уже быстрее, – худенькая девушка в короткой клетчатой юбке толкнула в бок подружку, зависшую над корзиной с колодами гадальных карт «Все по пятьдесят».

Ее содержимое я тоже весьма выгодно приобрела на распродаже в книжном Равеста. Перед началом «мертвого» летнего сезона там избавлялись от остатков, и я сгребла целую полку колод. Даже несколько обычных, игральных, прихватила, все проклятая жадность!

– Ни одна не идет ко мне в руку! – обиделась вторая, больше похожая на ворону в своем черном платье.

А я стала следить за подружками пристальнее. Знаю таких: в руку им ничего не идет, а вот в карман падает запросто! И пусть я закладываю в цену процент на случай краж, но и терять бдительность не стоит.

– Значит, не судьба. Пойдем уже! Ты и гадать-то не умеешь!

Подруга обернулась к ней и попыталась уничтожить взглядом подведенных черным глаз, но без магии вышло так себе.

– Просто никак не найду свою колоду. Надеялась, здесь попадется что-то стоящее, а это обычная шарлатанская лавка со всяким хламом!

Эй! А вот сейчас было обидно! Никакая не обычная, а самая крупная в нашем регионе, торгующая сувенирами ведьмовской тематики! Я долгих пять лет шла к этому, а теперь обязана выслушивать оскорбления от всяких мамкиных чародеек?

– Не приведи святой Иртас вам столкнуться с настоящими ведьмовскими атрибутами, – вслух произнесла я. – В лучшем случае лишитесь пары пальцев, в худшем – упокоитесь вместе с половиной района. Инквизиция не просто так следит за такими вещицами и хранит в безлюдных местах.

– Это байки. Их сочиняют, чтобы не дать простым людям доступа к могуществу, – продолжила вещать она. – Но такие подвижники, как Айлиша…

– Ну хватит! – слышать не хочу об этой самозванке, которая впаривает доверчивым дурочкам свои курсы по развитию внутренних магических резервов. Если бы те в принципе можно было развить, то весь наш мир выглядел бы иначе. – Ты либо ведьма, либо нет. И второе куда лучше. Но если дар есть, то в ладонь тебе ткнется любая колода.

Она недоверчиво нахмурила нарисованные брови, я же вытащила из-под прилавка колоду Макса «Маги и драконы», повертела ее в руках, показывая, что та не похожа на гадальную и вытащила первые три карты.

На меня оскалился ледяной дракон, сурового глянула эльфийская воительница и улыбнулся вор. Но это и неважно, все равно картинки тут же сменились видениями прошлого этой девушки. Хороший большой дом, родители, есть старший брат, который уехал учиться в колледж на побережье. Я рассказывала все это и видела, как у подруг медленно отвисают челюсти. Зря. В гаданиях я была не так уж сильна, видела только самые общие детали.

– А в настоящем… – на стол легла следующая тройка карт. – Есть проблемы со здоровьем, надо бы проверить сердце. Но куда больше тебя беспокоит отсутствие парня и друзей. Эта подруга – единственная, и ты каждый раз дергаешься, когда она уходит гулять с другими, боишься остаться одна.

Вторая девушка при моих словах виновато попятилась, а мне даже стало немного жаль эту несостоявшуюся ведьму. Каждый день видела таких: одинокие, несчастные, уверенные, что капля магии смогла бы кардинально изменить их жизнь.

Я выложила следующую тройку и тут же свернула ее, смахнув простенький расклад. Близкая смерть. Как и любое предсказание – не на сто процентов вероятное, но я как наяву увидела бедолагу с обоженным лицом, лежащую неподалеку от нашего кромлеха. Рядом валялась странная тряпичная кукла и несколько свечей.

– Собирай вещи и уезжай подальше от Ручья на несколько недель, – серьезно произнесла я и поглядела ей в глаза. – И близко не подходи ни к каким магическим атрибутам, даже сувенирным. Лучше вообще забудь о них и решай проблемы самостоятельно. А если так хочется чего-то ведьмовского, то возьми лучше букетик лаванды всего за три фенса. Абсолютно безопасен, и из него выйдет отличные оберег и неплохое саше для белья.

– Вот еще! – вспыхнула она и выскочила из лавки.

Ее подруга наскоро попрощалась и тоже понеслась следом, по пути прихватив с полки флакон с сиреневой солью. Как она думала – незаметно.

– На ней заговор на прыщи, – крикнула я ей вслед и вернулась к работе.

Ложь, конечно, стала бы я ворожить над каждой мелочью? А вот мое предсказание было правдивым. Надеюсь, девчонка возьмется за ум и воспользуется моим советом. Пока же лучше сосредоточиться на лаванде. Еще платежей в этом месяце – у-у-у.

Но несчастные ленты раз за разом выпадали у меня из рук, а перед глазами всплывали картины будущего этой девушки. Обгоревшее лицо, конечности, вывернутые под немыслимыми углами и то самое черное платье, в котором она заходила в лавку.

Почему все думают, что ведьмы такое носят? Вот меня вполне устраивают джинсы и уютные и мягкие клетчатые рубашки. И, конечно же, кеды. У меня их было несколько пар на разные случаи жизни. Самая подходящая обувь для ведьмы, которой надо по нескольку часов стоять за прилавком, бродить по окрестностям в поисках нужных трав или другого сырья, которое можно выставить в лавке. Иногда простая коряга уходит за несколько десяток фенсов! А правильно засушенный папоротник хватают, как горячие пирожки.

Приличной ведьме не стоит забивать голову подобными вещами, но добрая инквизиция оставила мне не так много способов заработать. Я не могу использовать магию для серьезных заклинаний, не могу брать деньги за свои ведьмовские таланты, не могу работать на государство. Поэтому после интерната я ушла в торговлю ширпотребом. Вначале бегала с лотком вокруг туристов, затем, постепенно, при содействии Джефа, доросла до собственной лавки.

Кстати об этом старом брюзге.

Я по памяти набрала цифры офиса шерифа и стала ждать. Джеф Саммерс быстро не отвечает. Но справедливости ради, Черный Ручей – редкостная тихая дыра, которая оживает только с приездом туристов. И то, ненадолго. Люди забредают сюда на пару часов, отдохнуть от спешащих к озерам автобусов или автомобилей, затем вновь погружаются в тесные салоны и едут дальше. Правильное решение: смотреть у нас особенно нечего. Старый дом ведьмовского ковена, сейчас рассыпающийся от недостаточного ухода, кромлех и заключенная в кристалл тварь из нижнего мира. Еще моя лавка, как место, где можно разжиться сувенирами на память. Да в кемпинге на въезде куда оживленнее, чем в самом Черном Ручье.

После шестого гудка из трубки все же донеслось раздраженное:

– Офис шерифа Саммерса.

– Привет, это Мег, – начала я и услышала, как его пыхтение стало еще более недовольным. Ну да, звонила я нечасто и поводы были так себе.

– Выкладывай.

– Ко мне заходили две девчонки, интересовались гадальными картами. В общем, у одной из них есть неплохой шанс скопытиться в ближайшие дни.

– Да чтоб тебя… Давай детали, проверю. И заходи на ужин, Фло обещала сделать мясной рулет.

– Заметано.

Мы еще немного поговорили об этой самой девчонке, затем распрощались и я повесила трубку, но беспокойство только сильнее разрослось и теперь нехорошо скреблось за грудиной, перебивая даже мигрень.

Последний раз такое было двенадцать лет назад, когда в Черный Ручей прорвалась тварь из нижнего мира.

***

Покосившийся указатель гласил, что до Черного Ручья еще шесть миль.

Гас медленно сбросил скорость и повернул в нужную сторону. Городок удачно располагался поблизости от оживленного шоссе, потому пользовался любовью туристов. Еще бы – прибежище последнего ведьмовского ковена, до сих пор хранящее следы битвы с потусторонними силами. Это куда интереснее музея пивных кружек, но и не дотягивает до расположенного севернее национального парка с гейзерами, горячими источниками и живописной природой.

В Черном Ручье часто делали остановки туристы, там даже был свой неплохой кемпинг, а вот столичная инквизиция в последние годы почти не заглядывала. Гас был первым за долгое время, но и его визит – чистая формальность. Один крупный бизнесмен решил сделать здесь парк аттракционов и гостиничный комплекс, теперь собирал разрешения ото всех подряд организаций. Вообще-то такими мелочами обычно занимались инквизиторы на местах, но ответственный за Черный Ручей никак не мог выслать отчет, постоянно ссылался на болезни или крайнюю занятость в других городках.

Потому специальный агент Гаспар Дебре ранним утром взял командировочные, подхватил свой чемодан и отправился за триста миль на север. Останавливался он всего пару раз, перекусить и размять ноги, а заодно – почитать немного о самом городишке и его потусторонней истории.

Большая часть информации лежала под грифом «Совершенно секретно», но кое-что было и в открытом доступе. Двенадцать лет назад в Черном Ручье случился большой прорыв, в результате которого в городок ворвалось чудище из нижнего мира. Ведьмы героически вышли на бой с ним и смогли пленить, но поплатились за это жизнями. Ковена не стало, выжила только Маргарет Мункасл, последняя одаренная на всю округу.

Судя по документам, Маргарет жила тихо и попыток восстановить ковен не делала. Держала лавку, стабильно платила взносы и налоги, магию использовала в допустимых количествах. Жалоб на нее нашлось всего две, в обоих ведьма насылала на кого-то несварение. Что, зная способы готовки в таких туристических местах, могло быть и не ее заслугой.

Фотографии ведьмы там не было, как и данных биографии, наверное, те тоже лежали под красной печатью. Потому разыгравшееся воображение Гаса нарисовало потрепанную жизнью даму глубоко за семьдесят. С яркими волосами, набором перстней и амулетов и непременно толстым слоем косметики. За два года в инквизиции ведьм он повидал немало, как настоящих, так и самозванных, и неплохо разбирался в их сестринстве. И, мягко говоря, недолюбливал, причем, всех.