А о том, что проблема массовой дегенерации – одна из самых насущных в современных культурах, говорят призывы исследователей национальных и международных отношений. Недавняя «Этическая декларация времен»^[22] – декларация веры – сопровождается клятвой. Эта клятва гласит:

Я клянусь пользоваться всеми возможностями, чтобы поддерживать великую традицию цивилизации ради нее же самой, защищать всех, кто страдает, и передать ее следующим поколениям. Я не признаю дела важнее, чем сохранение правды, терпимости и справедливости в будущем мировом порядке.

Автор делает ударение на большой опасности ситуации, в которой достигнутый культурный прогресс принимается как должное. Пожалуй, накопленная мудрость примитивных народов не объясняет ни один другой аспект общей проблемы современной дегенерации так, как групповую дегенерацию. Эти народы до такой степени структурировали жизнь семьи и человека, что взяли под контроль силы, определяющие индивидуальные поведение и характер.

Таким образом, проблема современной дегенерации касается судьбы и человека, и группы. Соответственно, наше исследование вначале затронет критическое изучение тех сил, что отвечают за индивидуальную дегенерацию.

В поисках причины дегенерации человеческого лица и полости рта я не смог найти ответ в исследовании пациентов или пораженных тканей. В моем двухтомном труде о зубных инфекциях – «Зубные инфекции, ротовые и системные», том I, и «Зубные инфекции и дегенеративные болезни», том II^[23], – я подробно описал свои исследования, проливающие это свет. Результаты четко указывают, что причины надо искать не в пораженных тканях, а в нежелательных условиях, вызванных скорее отсутствием чего-то, нежели наличием. А это говорило о настоятельной необходимости найти группы людей, настолько совершенных физически, что их можно назвать контрольными. Для этого я решил отправиться к примитивным народам, избавленным от описанных дегенеративных процессов, чтобы понять, что есть у них такого, чего нет у нас. Эти полевые исследования на протяжении нескольких лет приводили меня в разные уголки мира. В следующих главах описаны примитивные народы, сначала – все еще защищенные изоляцией, потом – в контакте с современной цивилизацией.

Глава 3
Изолированные и осовремененные швейцарцы

Чтобы узнать, нет ли дополнительной питательной ценности у продуктов питания, произведенных на большой высоте – на что может указывать низкий уровень заболеваний, в том числе кариеса, – я отправился в Швейцарию и проводил там исследования два года, 1931 и 1932-й. Моей целью было найти, если возможно, группы швейцарцев, проживающих в такой физической среде, где изоляция вынуждает людей существовать на продуктах местного производства. Для поиска швейцарцев, которым физическая изоляция предоставляет адекватную защиту, мы обратились к правительству. Нам сообщили, что физические условия, не позволяющие получать современную еду, помешают добраться до цели и нам тоже. Но незадолго до 1931 года благодаря завершению тоннеля Лечберг длиной в семнадцать километров и строительству железной дороги, пересекающей долину Леченталь на высоте больше километра над уровнем моря, открылась для исследований группа численностью около двух тысяч человек. Практически все потребляемые ими продукты, кроме некоторых исключений вроде морской соли, веками производились непосредственно в долине, где они проживают.

Вид на долину Леченталь с высоты птичьего полета, от входа, приведен на рис. 1. История жителей долины длится более десятка веков. Архитектура их деревянных зданий, некоторым из которых несколько столетий, указывает на любовь к простоте и стабильности, возникшую из соображений эффективности и экономности. На тяжелых балках как внутри, так и снаружи зданий искусно вырезаны девизы. Они всегда говорят о преданности культурным и духовным ценностям, а не материальным. Этих людей никогда не покоряли, хотя попытки вторгнуться в место их обитания предпринимались не раз. Не считая отвесного ущелья, через которое река попадает в Ронскую долину, долина Леченталь практически целиком замкнута тремя высокими горными хребтами, обычно занесенными снегом. Единственный перевал может охранять и небольшой отряд, даже если придется противостоять крупным армиям, поскольку здесь легко устроить искусственную лавину. Несколько месяцев в году естественные лавины делают проход через ущелье опасным, а то и вовсе невозможным. Согласно старинным легендам долины, эти горы – стены вселенной, а ледник – ее край. Местный ледник – ответвление ледяного поля, которое тянется на запад и юг от снежной шапки Юнгфрау и Менха. Однако из-за опасностей ледников к этим горам редко приходили со стороны Леченталя. Путешественники обычно добираются туда со стороны Интерлакена через долины Лаутербруннен или Гриндельвальд.

Рис. 1. Живописная долина Леченталь в километре над уровнем моря. Здесь проживают около двух тысяч швейцарцев. В 1932 году в ней не зафиксировано ни одной смерти от туберкулеза.

На высоте долины Леченталь зимы долгие, а лета – короткие, но красивые, и сопровождаются необыкновенно быстрым и пышным ростом флоры. Луга здесь благоухают от альпийских цветов – фиалок, цветущих темными оттенками все лето.

Народ долины Леченталь – сообщество из двух тысяч человек, проживающих в собственном мире. У них нет ни врача, ни стоматолога, в которых тут не испытывают особой нужды; нет у них ни полицейских, ни тюрем – в них нужды нет вовсе. Одежда у местных теплая и самодельная, из шерсти своих овец. Долина дает практически все необходимое не только для одежды, но и для пропитания. Для местных жителей характерно едва ли не самое крепкое здоровье в Европе. Об этом говорит тот факт, что многие в знаменитой швейцарской гвардии Ватикана, которой восхищается весь мир и гордится вся Швейцария, отобраны из этой и других альпийских долин. Мечта каждого мальчишки в Лечентале – попасть в ватиканскую гвардию. Несмотря на то, что в Швейцарии туберкулез считается самой тяжелой болезнью, согласно отчету, полученному от властей, в процессе недавней проверки тут не было выявлено ни единого случая. В моих швейцарских исследованиях мне оказал невероятную поддержку преподобный Джон Сиген, пастор одной из церквей этой живописной долины.

В основном люди живут в череде деревень вдоль реки. Сельскохозяйственные угодья – главным образом для заготовки сена на зимний прокорм скота и ржи для людей – тянутся от реки и часто круто забираются на горы, поросшие лесом, настолько важным для защиты, что его почти не трогают. К счастью, на этих широких склонах его вполне достаточно для нужд сравнительно небольшого населения. Леса ревностно охраняются, потому что защищают от снега и камней, способных похоронить под собой деревни.

В долине есть хорошая образовательная система – чередование учебы и труда. Все дети должны шесть месяцев в году посещать школу, а остальные полгода помогать в сельском и молочном хозяйстве, где работают стар и млад, и мужчины и женщины. Школьная система находится под прямым и качественным контролем католической церкви. Также девочек учат прясть, шить и красить одежду. Производство шерсти и одежды – главное занятие женщин на протяжении зимы.

Для подъема грузов по горным склонам здесь нет ни грузовиков, ни даже телег с лошадьми, не говоря уже о тракторах. Все переносится на человеческих спинах, и для этого требуется особенно здоровое сердце.

Здесь нас главным образом интересует здоровье зубов и развитие лиц, что связано с изумительными сердцами и необычным сложением. Летом 1931 года я обследовал как взрослых, так и мальчиков с девочками, а также договорился о том, чтобы мне присылали образцы еды, особенно – молочных продуктов. Эти продукты анализировались на предмет содержания в них минералов и витаминов, в первую очередь – жирорастворимых активаторов. И уровень витаминов в этих образцах высокий, намного выше, чем в средних коммерческих молочных продуктах Америки и Европы, в том числе на равнинах Швейцарии.

Траву косят на зимний прокорм скота, и растет она быстро. Химический анализ сена в моей лаборатории выявил, что по качеству оно куда выше среднего. Почти в каждом домохозяйстве держат коз, или коров, или и тех и других. Летом скот пасется на высокогорье и следует за отступающим снегом, освобождающим долину под поля для сена и ржи. Под урожай ржи следующего года земля вспахивается вручную, поскольку здесь нет ни плугов, ни тяглового скота. Овощи выращиваются в ограниченном количестве, в основном – зеленые, для употребления в пищу летом. Коровы проводят теплое лето на зеленых пригорках и лесистых склонах рядом с ледниками и вечными снегами, и в определенный период дают особенно богатые и качественные надои. Молоко составляет важную часть летнего урожая. Пока мужчины и мальчики-подростки занимаются сенокосом, женщины и дети массово доят коров и заготавливают сыр на грядущую зиму. Этот сыр содержит природный молочный жир и минералы и зимой является настоящей кладовой здоровья.

От доктора Сигена я многое узнал о жизни и обычаях этих людей. Доктор рассказал, что они считают, будто полезные свойства масла, сделанного в июне, когда коровы поднимаются на пастбища у ледников, возникли не без божественного участия. Доктор собирает людей, чтобы отблагодарить небесного Отца за полезные качества масла и сыра, произведенных в этот период. Среди местных обрядов – зажигание фитиля на первом масле, сбитого после того, как коровы выйдут на пышное летнее пастбище. Фитиль оставляют гореть в особом святилище, построенном специально для этой цели. Местные даже без научных познаний понимают высокое качество июньского масла и воздают ему должное.

Рацион жителей долины Леченталь, особенно мальчиков и девочек, главным образом состоит из хлеба ржаной муки и кусочка летнего сыра (размером с ломтик хлеба) – их запивают свежим козьим или коровьим молоком. Мясо едят раз в неделю. В свете новейших открытий активирующих веществ, в том числе витаминов, а также сравнительной ценности продуктов в плане содержания минералов, понятно, откуда у местных жителей здоровый организм и крепкие зубы. Среднее потребление жирорастворимых активаторов, а также кальция и фосфора намного превосходит ежедневное потребление этих веществ средним американским ребенком. Крепкое здоровье позволяет детям играть и резвиться с непокрытой головой и босиком на зябком вечернем ветру даже в ручьях, сбегающих с ледника, – и это при погоде, когда мы были вынуждены носить пальто и перчатки и застегивать воротники. Среди детей в долине, придерживающихся многовекового рациона из ржаного хлеба и молочных продуктов, среднее число зубных полостей на человека – 0,3. То есть в среднем приходилось осмотреть троих, чтобы найти один дефектный молочный или коренной зуб. Осматривались дети от семи до шестнадцати лет.

У того, кому повезет оказаться в долине в начале августа и увидеть, с какой радостью люди устраивают народный праздник, увиденное останется в памяти надолго. Завершаются эти торжества тем, что скалолазы забираются на разнообразные утесы и возвышенности, где разжигают костры из заранее собранного и подготовленного топлива. Костры загораются в указанное время на протяжении всей долины. Каждый скалолаз на далеком утесе, видя огни, знает, что остальные тоже поют священную песню со смыслом «Один за всех и все за одного». Этот мотив кристаллизовался в действие и вошел в сами души обитающих тут людей. Неудивительно, что в долине Леченталь не принято запирать двери.

Как же отличается их уровень жизни и окружение от множества мест в так называемом цивилизованном мире, где люди вырождаются настолько, что в конце концов у них не остается интереса к тем ценностям, которые не выразить в золоте или наживе! А ради материальных благ они даже готовы покалечить или прервать жизнь тех, кого обманут или ограбят.