Когда до лифта осталось три шага, я отдал симбиоту мысленную команду активизироваться. Тот был старый, и, честно говоря, его уже давно надо было сменить. Собственно, я летел на планету Невинных удовольствий именно для этого.

Ну да ничего, для того, что я задумал, его должно хватить даже с избытком. А потом я уж что-нибудь придумаю.

К счастью, кабинки лифта на нашем этаже не было. Проведя ладонью перед глазком вызова лифта, я увидел, как тот мигнул длинными, слегка загнутыми ресницами. Вслед за этим послышалось тихое урчание, наподобие того, которое издает пытающийся подлизаться к хозяину кот.

Судя по всему, кабинка лифта находилась этажами тремя ниже. Вот она двинулась вверх.

Ну, пора…

– А все-таки, не могли бы вы уточнить…

Говоря это, я повернулся лицом к своим сопровождающим. И вовремя. Как раз в этот момент тот, кто стоял от меня справа, вытащил из кармана биошокер.

Поздно, голубчик.

Я отбил руку с парализатором в сторону и сделал подсеку. Пытавшийся меня стреножить, рухнул на пол. Падая, он задел биошокером стену. Послышалось шипение, и метровый кусок стены, мгновенно потемнев, обвис, словно шкура на исхудавшем животном.

Тем временем второй страж порядка не терял зря времени. Первый же его удар должен был сломать мне ключицу.

Как бы не так! Симбиот сработал как надо. Благодаря его помощи ключица даже не хрустнула, а вот страж порядка с воплем отскочил в сторону.

Правильно!

Вот так оно все и получается. Беда всех этих единоборств, взявших за основу земное карате, в том, что они рассчитаны на бой с обыкновенным человеком. И еще, у них удар не достигший цели, частенько, вместо того чтобы принести вред противнику, наносит урон самому нападавшему.

То ли дело – пшиомский а-тан или мардрахский торнад.

Я врезал тому стражу порядка, который все еще валялся на полу, ногой в солнечное сплетение. Потом, из чувства справедливости, оделил таким же ударом второго, все еще размахивавшего ушибленной ладонью и выкрикивавшего неразборчивые ругательства. Оба моих удара оказали надлежащее действие.

Стало быть, такими симбиотами, как мой, стражи порядка не запаслись. Ну да, персональный, охранный симбиот стоит немало. И выдают их стражам порядка лишь в особо опасных случаях.

Получается, я еще не удостоился чести перейти в категорию особо опасных. Вот и в дальнейшем постараемся в эту категорию не попадать.

За моей спиной с тихим чмоканьем раскрылась дверь лифта.

Пора уходить. Минут пять у меня в запасе есть. Как раз столько мне и нужно, чтобы вытащить из рукава второй козырь.

Шагнув в лифт и прислонившись к его теплой, слегка пахнущей мускусом стенке, я подумал, что совершенно зря паникую.

Ну хорошо, стражи порядка убедились, что я им не по зубам. Каковы будут их дальнейшие действия? Собственно, вариантов было всего два. Они могли отправиться к капитану «челнока» и выложить ему открытым текстом, кто я такой и что со мной нужно сделать. После этого капитан объявит тревогу, и на меня начнется настоящая охота. Сколько у него в подчинении центурионов? Стандартный комплект – шесть. Да плюс два стража порядка. Восемь, стало быть. Многовато.

Конечно, у меня есть защитный симбиот. Это преимущество. А их восемь. Рано или поздно они меня где-нибудь прихватят.

Стоп, а если эта парочка пущенных по моему следу ищеек не станет поднимать шум? Если они решат устроить второй тур после того, как челнок приземлится на планете Невинных удовольствий? В самом деле, зачем им поднимать тревогу прямо сейчас? Думаю, за такую инициативу их начальство по головке не погладит. Особенно после того, как начнут поступать иски от пассажиров, требующих возмещения издержек за испорченное переполохом, вызванным объявленной тревогой, путешествие.

Это вполне возможно. И, кстати, меня тоже устраивает. Если мне удастся выбраться из челнока, то уж там я как-нибудь натяну нос стражам порядка. Там в моем распоряжении будет целая планета. И ищи меня на ней до морковкиного заговения.

Так, может, не стоит пороть горячку? Вернуться в каюту, снарядиться по полной программе и отправиться в бар допивать коктейль с Агнес?

Я взглянул на валявшихся на полу стражей порядка.

В самом деле, не станут же они признаваться капитану «челнока», что их побил какой-то вор средней руки, по имени Беск Маршевич?

Лифт издал тихое мурлыканье. Это означало, что через пару секунд двери его закроются.

Я протянул руку, чтобы нажать номер этажа, на котором располагалась моя каюта…

Тут это и случилось.

Один из стражей порядка, а именно тот, который только что пробовал на прочность мою ключицу, перевернулся на живот. Я увидел его искаженное яростью лицо. А потом он протянул в мою сторону правую руку. С его ладони сорвалась золотистая, крохотная искорка и полетела ко мне. Преодолев половину разделявшего нас расстояния, искорка вдруг взорвалась и превратилась в белый пушистый шарик размером с теннисный.

Проскочив между закрывающимися дверцами лифта, шарик поднялся на высоту полутора метров и, с тихим треском открыв усеянную блестящими, острыми как бритва зубами пасть, для начала попытался откусить мне нос.

2.

Все-таки я успел. Я перехватил шарик на расстоянии пальца от носа и крепко сжал, не давая ему возможность вновь открыть пасть.

Что это именно такое, я не имел ни малейшего понятия. Вселенная огромна, и в ней множество планет. Собственно, абсолютно нет разницы, на какой из них выросла эта шарообразная смерть.

А стражи порядка… Получается, если я прикончу кого-нибудь из них, то сразу попаду в категорию особо опасных, и на мои поиски будет брошена вся королевская конница, вся королевская рать? А если кто-то из стражей порядка пришьет меня с помощью такой вот экзотической штучки, обозлившись, что я набил ему физиономию, это будет всего-навсего необходимая оборона?

Справедливо, нечего сказать.

Пока я размышлял об этом, лифт закрыл дверцы и тихо замурлыкал. Пора было выбрать, куда именно я поеду.

Вверх, до этажа, на котором находится моя каюта?

Э, нет, сценарий меняется.

Я еще раз посмотрел на шарик, который сжимал в руке. Тот упорно пытался раскрыть пасть и пустить в ход зубы.

Да, сценарий меняется.

Хотя бы потому, что стражи порядка и в самом деле нарушили правила допустимой самообороны. Как только тот, кто напустил эту гадость на меня, поймет, что я остался цел, он сделает все, чтобы меня ухлопать. Почему? Да потому, что допустил ошибку, потому что мертвые не болтают. И кстати, мертвым нельзя сделать сканирование памяти. А если стражам порядка удастся меня захватить живым и доставить на свою планету, уж там мне это наверняка устоят. Для того чтобы поподробнее узнать о всех моих проступках перед законом. И конечно, заодно, узнают о том, что некий страж порядка превысил нормы допустимой самообороны.

Стало быть, теперь у этой парочки брать меня живым нет просто никакого расчета. И мне надо либо их прихлопнуть, либо спешно делать ноги. Второе – предпочтительнее, поскольку очень уж мне не хочется перебираться в группу особо опасных. Причем если бежать, то прямо сейчас, пока еще никто не успел поднять тревогу.

Получается, времени на то, чтобы заглянуть в свою каюту и забрать кое-какие вещи, нет. Придется довольствоваться тем, что есть с собой. Главное – деньги и оружие. Деньги у меня всегда с собой, а вот с оружием туговато. Ну да ничего, старый добрый симбиот еще некоторое время продержится.

Теперь бы придумать каким образом можно покинуть этот корабль… Хотя… хотя…

Я бросил на шарик задумчивый взгляд. В своем стремлении освободиться тот был, казалось, неутомим.

Каков принцип действия этой штуки? Вряд ли страж порядка успел как-то настроить ее именно на меня. Судя по всему, он не рассчитывал, что события будут развиваться именно так, и натравил эту тварь в состоянии аффекта.

Кстати, почему шарик тогда не набросился на самих стражей порядка? Очевидно, они сумели себя каким-то образом защитить. Может, у каждого из них есть по амулету, обладание которым запрещает шарику нападать на данный объект? Логично. Но почему он тогда не попытался, например, прогрызть стену? Может, потому, что живая мякоть, из которой она состоит, прикрыта толстым слоем жесткой, прочной коры?

И если эту преграду убрать…

Я нажал на выступ, помеченный цифрой «2». С тихим шорохом лапки лифта, которыми он цеплялся за стенки туннеля, пришли в движение. Кабинка поползла вниз.

Вниз… вниз… вниз…

Я еще раз посмотрел на шарик. Никаких отверстий на нем не было. У меня в руке было нечто шарообразное, мягкое и пушистое, обладающее гигантской пастью, так и мечтающее ее пусть в ход.

И кажется, сейчас такую возможность этой пасти я предоставлю. А дальше – уж как повезет. Хотя о чем это я? Мне обязательно должно повезти. Неужели судьба допустит, чтобы надо мной взяли верх какие-то два стража порядка?

Двери лифта разошлись.

Ну вот, сейчас все и начнется.

Я быстро вышел в открывшийся коридор.

Если мне не изменяет память, он должен вести к органам, ответственным за регенерацию воздуха. Судя по силе ветра, сейчас же попытавшегося оттащить меня от дверцы лифта, так оно и было.

Ну что ж, начнем.

Я отшвырнул шарик как можно дальше от себя. Он рванулся было обратно, ко мне, но не тут-то было. Ветер подхватил злобно щелкающий зубами шарик и понес дальше и дальше , в глубь коридора.

Ага, а теперь обратно в лифт, пока его дверцы не закрылись, и снова наверх, на этаж спасательных капсул.

Примерно через полминуты шарик достигнет органов, ответственных за регенерацию воздуха. Они мягкие, нежные, и уж тут-то злобный и пушистый наверняка пустит в ход свой замечательный набор зубов. Сколь-либо серьезного вреда причинить он не сможет, так как «челнок» умеет себя защищать от подобных агрессоров просто великолепно. Но все же какой-то урон будет нанесен, и это заставит клапаны спасательных капсул открыться.

Что мне сейчас и требуется.

Спасательная капсула. Только на ней можно покинуть «челнок» во время его полета. Лишь бы только клапаны спасательных капсул открылись.

Это случилось.

Выскочив из лифта, я увидел, что коридор перед спасательными капсулами пуст и проход к ним свободен. Стало быть, осталось лишь выбрать самую подходящую – и можно отчаливать. Причем сделать это надо быстро. Вот-вот охранная система «челнока» уничтожит зубастый шарик, и клапаны снова закроются.

Кстати, какой к черту выбор? Нет на него у меня времени, совсем нет. Остается только опять положиться на удачу.

Бог не выдаст, свинья не съест.

Я юркнул в первую же попавшуюся спасательную капсулу. Внутри благодаря нескольким тускло светившимся огонькам царила полутьма. Мое тело оплели живые, мягкие, слегка пружинящие ленты. По голове скользнуло покрытое плотной кожицей щупальце, поерзало по виску, отыскивая место поудобнее, и наконец к нему присосалось.

– Ну, и какого черта ты в меня вперся? – прозвучал у меня в голове голос спасательной капсулы.