Нет. Так не пойдет. Нервы у меня стальные, но и их можно расплавить.

Делаю правильный ход. Сам Аню видеть не буду, и ее перестану нервировать своим присутствием.

Встаю со своего места и поднимаюсь к рулевой рубке, что находится на небольшом возвышении, ближе к носу катера. Она не крытая. Обзор тут даже лучше. А, главное, не рядом с Аней. Если не оборачиваться и смотреть только вперед и в стороны, наслаждаясь видами, можно представить, что ее вовсе тут нет. Но за Марковым даже отсюда пригляд будет.

– Степа! – восклицает девушка.

В этот момент раздается голос мальчика рядом со мной:

– Мам! Тут лучше! Иди сюда!

– Степа, не мешай капитану! – пытается вернуть ребенка Аня.

– Ну, ма-ам! Я не мешаю! Тут так здорово! А можно порулить?

Последнее – обращение к Жобу.

– Аня, – подает голос Борис, – не волнуйтесь, мальчику там ничего не угрожает. Что может случиться? Правильно, ничего. Можно и девочке разрешить туда подняться. Там повыше, там штурвал…

Может его выкинуть за борт, чтобы остыл?

– Я никуда от мамы не пойду! – отвечает на предложение девочка. – Я с мамой буду!

И прижимается к Ане еще сильнее.

Мальчик же не сидит на месте. Бегает по судну весь маршрут.

– Остров! – неожиданно он оглушает меня своим звонким голосом.

Когда успел подобраться?

– Остов, остов, – соглашается Жоб.

Отсюда начинается цепочка островов, мимо которых мы проходим, а наш капитан пытается что-то про них рассказывать.

Высадку не разрешает. Говорит что-то про плохое дно, про «тонуть можо». А высадку обещает на одном из последних островов. Тут можно пока сделать фото на фоне красивых клочков суши, среди бескрайнего лазурного колыхающегося «поля».

Я откровенно скучаю.

Зря согласился на эту экскурсию. На острова пялится, действительно, можно было с арендованной яхты. И не увидел бы Аню с детьми, не было бы на душе так гадко.

Пока плывем, нам попадаются и другие курсирующие меж островов суда. Как небольшие моторные лодки, так и довольно крупные яхты.

В какой-то момент наш катер останавливается. Вокруг нас несколько островов. По разнве стороны. Но мы далеко не рядом с ними. Примерно на равном удалении от каждого.

– Чего мы тут встали? – интересуется со своего места Марков.

Все его попытки подкатить к Ане до сих пор не увенчались успехом. Зная ее, могу гарантированно утверждать – и не увенчаются.

– Зна… Знаково место, – подбирает слова Жоб. – Касиво. Десь касиво.

– Чего ж тут красивого и знакового? – удивляется Борис.

Я, Аня и дети тоже оглядываемся. На первый взгляд все выглядит так же, как и пять минут назад.

Красиво? Да.

Знаково? Фиг его знает.

Жоб начинает объяснять.

– Тут центл. Остов, остов, остов, остов… – называя, указывает рукой на острова вокруг нас.

– Овно одинако плыть туда, – тычет снова на один из островов. Потом на следующий, – суда…

Так и чередует, показывая на каждый:

– Туда, суда, туда, суда…

– По-моему ты описываешь возвратно-поступательное движение, которое делаешь с нашими мозгами, – тихо проговариваю, не выдерживая.

Но Жоб продолжает уверять нас в уникальности этого места:

– Красиво дно. Каалы. Фото вода. Ныять, фото.

Свешиваюсь за борт.

Ну, тут согласен. Коралловый ландшафт дна впечатляет.

Если бы не проходящая близко к нам крупная яхта, от которой расходятся волны, красоту было бы видно лучше.

Жоб, посчитав, что функция гида на этом объяснении у него кончилась, уходит в самый хвост судна. Что-то поправляет в моторной части, не обращая на нас внимания.

От разглядывания океанского дна отвлекает мальчик, стоящий рядом.

– Ух, ты! Вот это часы! – восклицает Степа.

Пацан разглядывает коллекционный дорогой предмет на моем запястье.

– А где вы такое взяли? Скажете, как такие же получить? – мелкий закидывает вопросами.

– Этот дядя ничему тебя не научит. Он привык, что ему все легко достается. Что такое трудности – не знает, – со своего места комментирует Аня.

Ну, вот зачем привлекаешь к себе внимание? Хотела же всех игнорировать, вот и молчала бы.

Чтобы сдержаться и ничего не ответить, решаю остудиться.

Спускаюсь к пассажирским диванчикам. И начинаю стягивать с себя рубашку и шорты.

По Ане видно, что ей приходится держать себя в руках, чтобы не разглядывать мое тело.

– Нравлюсь?

Все же не сдерживаюсь. И присаживаюсь на борт, спиной к воде.

– Пф! – удостаиваюсь я. – Ты слишком высокого о себе мнения.

– Как скажешь.

Сказав, развожу руки в стороны. И в положении сидя, откидываюсь назад.

Под крик девочки:

– Ой!

Я погружаюсь в прозрачную прохладную воду.

Когда выныриваю, слышу новый детский крик. Но он идет уже с проходящей мимо яхты:

– Дядя тонет!

– Сейчас спасу! – вторит ему второй.

Пока я поднимаю голову, чтобы рассмотреть происходящее на яхте, мне по голове что-то прилетает.

Мягкое, упругое, пружинистое.

Это оказывается детский надувной круг розового цвета. Из круга вверх торчит длинная шея с головой фламинго.

Наконец, поднимаю голову на удаляющуюся яхту. Там две маленькие девочки. Одна отворачивается и я слышу ее новый крик:

– Папа, я человека спасла!

Как реагирует на это папа, мне не видно. Да, и яхта все больше удаляется.

– Ты, вообще-то, мог о кораллы поранится, когда нырял, – выговаривает мне Аня с катера.

– Беспокоишься за меня? – усмехаюсь на это.

– Беспокоюсь, что травмируешь детскую психику, если от тебя в стороны будет кровь расходиться.

– Тут очень глубоко. Видимость в прозрачной воде обманчива. Оптическая иллюзия. Кажется, что дно близко, – отвечаю Ане.

– Мам! Можно, я тоже буду плавать!

– Нет, конечно! Ты и не умеешь! – реагирует девушка. И снова обращается ко мне. – А ты показываешь плохой пример, поступая безрассудно.

– Прямо безрассудно? – выгибаю бровь.

– Конечно. Это яснее ясного. Даже дети это поняли и решили спасти глупого дядю. Вон, надувного фламинго тебе бедненькому бросили.

О, Аня оживает. Перестает быть холодной.

– Чтобы ты знала, это гусь, – поднимаю над водой розовый предмет.

– И где ты тут гуся увидел? – усмехается Аня.

– Читай? – протягиваю ей надувной круг той стороной, где корявыми печатными буками белым цветом намалевано «Гусь-плывусь».

– И что? – отвечает Аня, прочитав. – Это еще ничего не значит.

– Как говорится, устами младенца глаголет истина.

После, чтобы дальше не спорить, немного окунаюсь под воду. Рискую открыть ненадолго глаза.

Красотища! Жаль, очков или маски с собой нет.

Когда выныриваю, рядом с бортом катера, на меня пялятся ясные глазки на милом личике девочки.

– А вы мне сорвете, вон тот красивый цветочек? – спрашивает она, указывая на какой-то из кораллов на дне.

И смотрит с такой надеждой. Прямо отказывать не хочется.

– Увы, – с сожалением произношу, – этот цветочек слишком глубоко.

– Ммм… – малышка дует губки и выглядит ну очень печальной.

Настолько, что хочется плюнуть на все и попытаться достать дна. Вот же манипуляторша маленькая растет. И ведь делает это неосознанно. Еще неосознанно. Не доросла.

Малышка несмотря на грусть, уже еще что-то разглядывает на дне.

Чтобы не стать жертвой ее хотелок, решаю убраться с глаз. Подныриваю под дно катера и плыву на ту сторону.

Выныриваю близко к хвостовой части.

Отсюда слышно, звонкий голос Степы. Он просит Аню его сфотографировать. А еще улавливаю тихое бормотание.

– Чего мы тут встали? – раздается шепот Бориса.

– Чуть ждать надо.

Второй голос принадлежит Жобу, который изъясняется на недоанглийском.

Плеск волн о борта часть слов заглушают.

Решаю подплыть и поинтересоваться, о чем они говорят.

Снова бормочет Жоб:

– Черный Акул вашего человека взять и девушка купить. А детей нет.

Это если я правильно разобрал его слова. Бессмыслица какая-то. Или он что-то другое говорит?

Тут я оказываюсь ближе к склонившимися над винтами собеседниками.

Марков, завидев меня, начинает ржать.

– Во ты, Жоб, чушь несешь! – и обращается ко мне. – Их бы хоть говорить немного научили, прежде, чем экскурсоводами отправлять. Представляешь, Макс, такое несет. Предлагаю на видос заснять его ответы на любые вопросы. А потом угорать с них. И в чат компании выложить. Пусть сотрудники развлекутся.

Никак прокомментировать его предложение не успеваю.

Раздается звонкий голос Степы:

– Ого! Вот это тучка! Видали, какая большая и темная!

Тучка?

Сейчас на небе не должно быть никакой тучки. Организаторы экскурсии обещали, что погода в ближайшие пару дней будет ясной.

Быстро забираюсь на борт. И смотрю в ту сторону, куда указывает мальчик. А там действительно тучка. Вернее темное тучище, что надвигается в нашу сторону.

Глава 2

Аня

Нет, нет и нет! Только не он!

Может, мне мерещится?

На уверенном взгляде мужчины, повернувшемся в мою сторону, так же читаю узнавание.

– Макс, – обреченно шепчу одними губами. Непроизвольно. Само вырывается.

Наверное, я на слишком длительный промежуток времени застываю на одном месте, разглядывая мужчину, которого долго не могла забыть. И что неожиданно появился снова…

– Мам, ну ты чо? – сынок, дергает меня за руку. – Быстрее, быстрее! Лодка ждет!

Тянет к экскурсионному катеру. Неймется ему. Лишь бы приключений на его неусидчивую попу. И побольше.

А дочка в это время с любопытством разглядывает все вокруг. Ей главное, чтобы мама рядом. Остальное – лишь приятный бонус.

Макс смотрит на меня и на наших детей. То, что они НАШИ, не знает. И я не хотела, чтобы знал.

Но он же сейчас начнет задавать вопросы!

Что же делать? Что за дурацкая случайность?!

– Суда, суда, – к нам оборачивается местный житель, выполняющий роль гида, и приглашает в катер.

А я не хочу туда. Только не к Максу. Под его влиянием точно наломаю дров. Нужно мыслить здраво, а не под шквалом эмоций. Но рядом с этим мужчиной по-другому не получается.

– Извините… – обращаюсь к гиду, пытаюсь вспомнить, как правильно его зовут. Он так язык коверкает, что сложно правильно понять. Причем, неважно на каком языке он изъясняется. – …Жаб. А можно нам на другую лодку?

Лучше перенести нашу экскурсию. Понятно, что мой Степа с ума сойдет, если мы откажемся. Но, вот, хотя бы плыть к островам попозже или в другой день…

Быстро понимаю, что Жабу или Жобу ничего не объяснить. Мы, либо едем сейчас, либо отказываемся от экскурсии.

Степа с надеждой смотрит в мои глаза. Он мечтал об этом путешествии. Не могу найти в себе силы ему отказать. Ну как я это сделаю, глядя в такие полные предвкушения новых впечатлений глазки?

Не смогу лишить своих деток ярких впечатлений. Лучше через себя переступлю.

Подумаешь, какой-то бывший. Пусть и такой, который слишком глубоко засел в сердце.

Я сильная. Просто не стану реагировать на его слова. Вообще, не буду обращать на него внимание. Нет Макса. Это совершенно другой мужчина. И он меня нисколько не интересует. И взглядом совершенно не тянет всматриваться в мужественные черты лица Макса, осматривать его крепкое мускулистое тело.

Так, стоп. Беру себя в руки.

Еще и пузан какой-то противный пытается ко мне клеиться. И постоянно мажет своим сальным похотливым взглядом.

Не удивляюсь, что такой тип в компании Макса. Вокруг него всегда крутились подобные личности, что считали себя пупами земли. И что все можно купить за их деньги. А на тех, кто не родился с золотой ложкой во рту, смотрят с пренебрежением.

Стараюсь отстраниться от происходящего. И как можно доходчивее, но не грубо, просто тоном своих ответов дать понять, что общению не рада.