– Всех выпотрошить, измельчить и намазать получившейся пастой землю с противоположной стороны от той, где буду идти я, – посыпались из меня распоряжения, когда необходимая дичь все-таки была предоставлена, а стеганая куртка и охотничьи штаны украсились сбруей из сухой травы, куда были вплетены тонкие веточки сухого хвороста. – Вы привлечете внимание роя и броситесь наутек. Ну а я тем временем попробую добраться до мешка, и если не схвачу его руками, так хоть загарпунить попытаюсь!

– Ты думаешь, из-за запаха сухой травы они перепутают тебя с деревом? – скептически осведомился китаец.

– Нет. Если те, кто останется в логове, облепят меня живым ковром, то я себя подожгу! Пламя и дым должны будут серьезно сбить с толку этих примитивных существ, которые наверняка на уровне инстинктов боятся лесных пожаров.

– Ты же сгоришь! И зелья кончились, если не врал после нападения львов…

– Максимум обожгусь и надышусь гарью… Целители в деревне все поправят, ну а уж до домика, рядом с которым полно ничем особо не занятых носильщиков, вы же как-нибудь дотащите?

Подходить вплотную к мешку, стоящему практически в эпицентре владений лесных костегрызов, надеясь на одну только удачу, было очень опасно… Но у разработанного мною плана имелись неплохие шансы на успех! Пробежаться по краешку их логова, вытащить добычу, не подходя к ней, и смыться – что может быть проще? Вообще-то много чего… Ладно, по сравнению с некоторыми из авантюр, которые мне снились, сегодняшнее приключение выглядит не более чем легкой разминкой. Рискую-то только собой… Да и не слишком сильно рискую… Насекомые глупые, они обязательно утопают по следу из крови и кишок вслед за мельтешащими людьми, думая, что ловят раненую добычу.

Главное, чтобы прячущаяся под покровом из костей королева особых сюрпризов не преподнесла. У земных насекомых они обычно маломобильны, ибо представляют собой живую фабрику для откладки яиц… Но в мирах бесконечной вечной империи во главе роя насекомых можно встретить не только прокачавшегося монстра, имеющего лишь отдельные схожие черты со своим изначальным видом, но и вполне разумного инсектоида, который способен на тактику, стратегию, использование инструментов или оружия, дипломатические переговоры и даже шантаж, переходящий в попытки соблазнения. Сам с последним не сталкивался, но людей, обдолбанных феромонами до состояния фанатичной ксенофилии, видел. Причем свои наклонности они проявляли по отношению не к няшным девушкам-монстрам, этих земляне обычно готовы вылюбить и без химического допинга, зачастую невзирая на отчаянные попытки сопротивления и сопутствующие риски, а к таким страхолюдным образинам, фотографии которых можно использовать в качестве средства для лечения запора!

Представление разыграли как по нотам. Шум с подветренной стороны и бросок распотрошенной ежиной тушки к самому началу поля костей позволил выманить рой из его скрытого убежища, а дальше орда тараканов проворно уползла в лес вслед за отступающими людьми, держась подкрашенного кровью маршрута. Я же в это время сидел на ветке дерева в паре сотен метров от логова тролля, стуча зубами в холодной мокрой одежде. И когда наблюдения за насекомыми были завершены, спрыгнул вниз, где принялся при содействии пары помощников облачаться в сплетенную из травы сбрую, поскольку неудержимый хитиновый поток оскудел до жалких ручейков и должен был вот-вот иссякнуть. Если у этих тварюшек нет телепатического контроля, а связь, как и положено, осуществляется запахами и каким-нибудь дрожанием антенн, то минут десять-пятнадцать мои временные подчиненные этих тварюшек за собой поводят.

Короткий марш-бросок завершился броском гарпуна, который в свою цель попал… И не пробил мешок, ткань которого то ли сама по себе была аномально прочной, то ли дополнительно укреплялась магией. А из-под слоя тем временем уже выбирались тараканы, что были заметно крупнее своих удравших на охоту собратьев и не могли являться кем-нибудь иным, кроме как стражами гнезда. Они были размером аж с молодую кошку! И их челюсти, выдающиеся вперед головы на несколько сантиметров, напоминали зазубренные клещи и явно могли порвать мою броню. Хорошо хоть число этих тварей находилось лишь в районе трех-четырех десятков, да и в плане шустрости они особых талантов не демонстрировали, явно уступая куда более тщедушной массовке.

– Пошли на фиг, паразиты! – Я снес ударом щита сразу двоих, еще одного пнул в морду, четвертый же ловко избежал лезвия топора и вцепился куда-то в район колена, с хрустом перекусив веточку, вплетенную в травяную накидку. Можно было бы отступить, но ведь цель уже была так близка! А еще ее стало куда лучше видно: к мешку, помимо зацепленного за специальную петлю арбалета, крепилась пара тонких лямок, а вокруг туго затянутой горловины виднелась цепочка из рун, чуть заметно мерцающих, даже несмотря на то, что предмет находился глубоко в тени. Мои сны несколько раз показывали подобные предметы… И если котомку с защитой от воров, способную оторвать несанкционированную руку, можно было лишь загнать торговцам за неплохие деньги, то сумка, которая изнутри больше, чем снаружи, и способна как минимум частично убирать вес помещенных туда предметов, в тренировочном лагере была бы ценнее, чем автомат Калашникова! Даже если бы к оному автомату прилагалась голая деваха, которая любит секс, заранее согласна на любые эксперименты, готова устроиться на три работы и нести деньги в дом, а также непонятно когда успевает вкусно готовить и делать ежедневную генеральную уборку! – Страусов голодных на вас нет…

Удары щитом и сапогами исправно отбрасывали костегрызов, которые были сильными, но легкими. Однако особого вреда от них насекомые не несли и с каждой секундой атаковали все активнее. У меня получилось пришибить от силы парочку и хорошенько ранить еще одного, прежде чем напоминающие клещи челюсти клацнули где-то в районе тыльной стороны колена, терзая юбку из травы и веток, напяленную поверх штанов. Выбора не было, и зажигалка, предусмотрительно сжатая в той же руке, которая сжимала древко топора, чиркнула кремнем, поджигая пук сухой травы на рукаве. Огонь быстро разбежался по моей сбруе, и хотя та была сделана так, чтобы открытое лицо и кисти рук особо не припекало, все равно мне мгновенно стало жарковато. А когда шальной язык пламени лизнул шею, то еще и невыносимо больно! Но потихоньку окружающие меня насекомые отпрянули! Их пугало пламя! С громким воем и остающимся за плечами дымным следом я, подобно стремительно пикирующему подбитому самолету, рванул к вожделенной котомке, схватил ее, а после изо всех сил пустился наутек, проклиная огонь, тараканов, троллей, бесконечную вечную империю и собственную жадность! А стражи гнезда рванули следом, ибо, пусть пламени они боялись, но покарать покусившегося на их логово, которое мне само по себе было и даром не нужно, желали все-таки больше! Огонь спалил жгуты сухой травы, и тлеющие ветки одна за другой посыпались вниз всего-то секунд через тридцать. Когда отстали насекомые – не знаю… Но прекратил вопить и материться я лишь к тому моменту, когда добежал аж до основательно раскуроченной аристократической дачи и сшиб к чертям собачьим Диего, который уже собирался отправлять за заплутавшими охотничками поисковую партию.

Глава 18

– Восемнадцать тысяч империалов! – Руки торговца тряслись, а покрасневшие от натуги щеки грозили вот-вот лопнуть, как у хомяка, нажравшегося шипучих таблеток и решившего запить их газировкой. Владелец единственного на всю деревню универсального магазина был на грани того, чтобы то ли расплакаться, то ли слечь с инфарктом. А как же! Из его рук ведь уплывало такое сокровище!

– Нет. – Мой ответ оставался неизменным уже в течение десяти минут, ибо начинали мы торговаться с каких-то жалких трехсот монет, за которые сей торгаш, так уж и быть, избавил бы глупого землянина от найденного в лесу мусора. Возможно, волшебник из башни или кто-нибудь из его старших учеников был бы честнее, чем наиболее высокоуровневый коммерсант в деревне… Но сейчас у них оказались неприемные часы – мэтр был занят каким-то важным чародейством, а молодежь у него прыгала на подтанцовках.

– Девятнадцать тысяч! – Мне казалось, что дальше краснеть и выпучивать глаза человеческому организму уже некуда, но торгаш смог меня удивить… Возможно, у него в предках, помимо людей, были какие-нибудь разумные крабы? Или просто, занявшись коммерцией, он зарыл в землю свой талант на ниве магии метаморфизма.

– Да хватит уже! – рявкнул я на владельца магазина в ответ, ибо этот спектакль успел меня изрядно утомить. – Я же сказал, что сумка не продается! Ты просто должен был ее оценить! За фиксированную плату, которую, между прочим, уже взял авансом!

– Двадцать тысяч! – В распахнутую по случаю теплой погоды дверь магазина просунулся взведенный арбалет, заряженный стрелой ну очень большого калибра. За ним и стражник, который оружие держал. Однако, оглядев обстановку, он, видимо, признал, что если здесь и грабят кого-то, то сей процесс является полностью легальным с точки зрения законодательства, и тихо удалился, не прощаясь. – Это хорошие деньги! Отличные! Ты сможешь в деревне купить себе дом! Большой! С подворьем! Жену завести! С рабами! На них как раз цены упали так, что сколько хочешь бери!

– Еще одно слово не по делу, и я уйду к твоим конкурентам! И вообще, на фига мне дом в вашей деревне, а?! – Терпение мое потихоньку стало подходить к концу. Частично в том было виновато упоминание рабов, которые, конечно же, были землянами, что в Сером Перекрестке накосячили, но избежали захоронения в общей могиле, частично продолжительность изрядно затянувшегося торга. И ведь пока мы ему сбывали мебель, аристократические тряпки и всякие побитые жизнью тазики, казался вполне вменяемым человеком… Жадноватым, ясен пень, но это ведь у подобных ему профессиональное. Что же такое мне из логова тролля получилось добыть? – Ничего, что все ваши халупы сейчас в тренировочном лагере стоят и через девяносто семь дней вернутся к вам на родину обратно?!

– Двадцать пять тысяч и грамота свободного жителя баронства! Ты по праву станешь одним из нас, сможешь пользоваться скидками по всей деревне и не будешь нести перед бароном никаких обязательств, кроме налогов! Даже в ополчение таких не забирают! И у нас хорошие налоги! Низкие! Сорок пять процентов всего! А покинув тренировочный лагерь со своей недвижимостью, точно получишь выдающийся класс! А то и редкий! Уважаемым человеком станешь!

– Давай мне полную оценку предмета, или я ухожу!

– Ик! Ик… Ой, извините… Ик!

Оливия, которую я оттеснил в сторону, когда речь зашла о действительно ценных вещах, пыталась зажимать себе рот, но икота все равно пробивалась наружу. Судя по всему, девушку изрядно впечатлили наши препирательства, а также озвученная сумма, где-то на треть превышающая совокупную цену всяких комодов, диванов, тряпок и тазов. Да, все эти вещи были не новыми, и особой конкуренции у главного торгаша в Сером Перекрестке не имелось, ибо те же лоточники у ворот работали по большей части на него, отчего принимали их едва ли за одну десятую реальной стоимости, если не меньше… Но тем не менее!

– Да что б ты подавился, паразит! – натуральным образом всхлипнул торговец, а после коснулся специальной зачарованной пластины из полированной меди, что, подобно экрану, отразила результат его профессиональных сканирующих навыков. – На!

Котомка бродячего друида (исключительное)

Обманчиво простая на первый взгляд заплечная сумка, сделанная опытным магом природы, который отлично знал, какими свойствами должен обладать этот артефакт, чтобы с ним можно было комфортно путешествовать.

Материалы: шелк гигантского паука (35 %), волшебный хлопок (65 %).

Свойства:

Стабильность. Данный артефакт гораздо прочнее, чем выглядит, не нуждается в обслуживании, не портится от времени и стойко переносит неблагоприятные погодные условия.