– Ей около десяти тысяч лет. Люди обнаружили ее на Эндоране тысячу лет назад и поместили в хранилище после череды неудачных экспериментов с созданием пространственных порталов. Мы с Дхаром вспомнили о ее существовании, когда прочли твои воспоминания о путешествиях по подземельям Солнечного города. Когда в небе нашей планеты открылся туннель, руны на этой арке засветились и стали излучать оставшуюся в ней ману. Первая твоя копия пыталась создать пространственный туннель с помощью камней-юни, но ничего не получилось. Воронка не формировалась, что полностью соответствовало экспериментам с нашими типами порталов. Тогда мы обратили пристальное внимание на эту арку и сделали предположение, что она может помочь проникнуть через фейский щит. Мы не прогадали. Твоя первая копия смогла успешно ее зарядить и открыть портал. Мы собирались запустить в него разведывательный зонд, однако все пошло кувырком, когда ты… – Богиня тяжело вздохнула и прижала пальцы ко лбу, оборвав признание.

– Продолжай, – попросил Гронидел, отбрасывая пустые камни и доставая из ящика новые.

– Когда ты ослушался приказа отойти в сторону и рванул в туннель, – призналась она. – Плазма тебя догнала. К сожалению, она не ранила твое тело, а убила. Туннель спонтанно закрылся, а арка выбросила наружу всю ману, которую накопила. Эксперимент провалился.

– Почти провалился, – вставил замечание Гронидел. – Думаю, определенные выводы об арке вы сделали.

– Ты прав, – согласилась Одинелла. – Благодаря тому испытанию мы поняли, что тебя этот фейский пространственный туннель пропускает внутрь. Было принято решение повторить эксперимент с твоим участием, но изменить тактику. Мы опять тебя оживили. И ты все делал правильно. Уговор был, что сначала в туннель отправят разведывательный зонд. Он должен был собрать информацию и вернуться. Зонд внутри разнесло в щепки, и ты снова рванул вперед. – Одинелла перевела дыхание и виновато опустила голову. – Плазма. Твоя смерть. Провал. Это – третья попытка. И мы опять изменили тактику. Решили действовать исходя из предположения, что переместить наногибридные системы через туннель возможно только в связке с тобой. Поэтому на инструктаже тебе долго рассказывали о том, как правильно использовать наше оборудование. Гронидел, прошу тебя, – взмолилась Одинелла, – одумайся. Освободи Дхара и его воинов. Они помогут тебе, клянусь!

– Насколько же вы отчаялись, раз собирались так рисковать… – хмыкнул принц. – Извини, дорогая, но на кону будущее моего мира и его обитателей. И я не собираюсь тащить оружие массового поражения туда, где богам выгодно его использовать. – Гронидел снова сменил опустошенные камни-юни на новые. – У тебя есть копии моего сознания, и наверняка где-то в хранилище вы держите пару десятков моих выращенных тел. Уверен, что часто повторяя свой эксперимент, вы рано или поздно добьетесь успеха. Хотя я искренне надеюсь никогда не встретить своего двойника.

Одинелла обреченно смотрела на него, не предпринимая попыток заговорить.

– Я думал, что ты на стороне мира маны и всеми силами пыталась предупредить меня об опасности, – разочарованно сообщил принц. – Иначе зачем было внедрять в мою голову столько новой информации?

– О чем ты говоришь? – прохрипела Одинелла.

Гронидел даже обернулся к ней, чтобы посмотреть богине в глаза. Голубые, выразительные глаза, наполненные горечью и непониманием.

– Информация в моей голове. Разве не ты ее сюда, – он постучал пальцем по виску, – поместила?

– Конечно нет! – выпалила Ди. – Я ничего не могла внедрить в твое сознание! Для этого нужен допуск на работу с тобой, а у меня его не было. И про распознавание вибраций ДНК… Нам неизвестен принцип, по которому эта арка из неорганического сплава узнает, кто свой, а кто чужой!

– Тогда кто подарил мне все эти знания? – спросил принц. – Когда? А главное, зачем?

Ди прижала ладони к губам, пребывая в замешательстве.

– «Для тех, кто видит будущее, оно уже является прошлым», – Гронидел повторил слова Тени. – Арка, что подчиняется только мне. Знания, которыми твой народ не обладает. События, которые привели меня сюда. Тебе не кажется, что это чей-то гениальный план?

– Ты бредишь, – затрясла головой Одинелла.

– Сама подумай. Вы нашли арку около тысячи лет назад. И считали, будто она не работает. Либо кто-то добрался до нее в вашем хранилище и что-то починил, либо тысячу лет назад вы нашли то, что десять тысяч лет ждало моего появления в этом моменте времени.

– И что все это значит? – Богиня зажмурилась, пытаясь взять себя в руки.

– Что наш общий враг уже здесь, – пожал плечами принц.

Глухой хлопок на улице показался не более чем громом, донесшимся издали. Но пол под ногами задрожал, а покатая крыша металлического ангара застонала, подпевая внезапно настигшему всех ветру.

На мгновение принцу показалось, что он и в самом деле бредит. Что это некий дурной сон, и сейчас он очнется на постоялом дворе рядом с Сапфир и, притянув ее поближе к своему разгоряченному телу, улыбнется с облегчением. Ведь ничто из того, что он видит, не может происходить на самом деле.

Они испарялись. Все они. Тело Дхара растворилось в воздухе, оставив после себя дымку из разных цветов, что постепенно почернела, а затем развеялась. Ди только и успела, что протянуть руку к мужу, как ее тело обратилось в разноцветную пыль, разгоняемую неизвестным ветром. Каждое тело тех, кто находились в этом помещении, расщеплялось и таяло на глазах. А металлические предметы, ремни из кожи, ткань защитных костюмов, ботинки, плазмотроны, фиксаторы, ловушки, квантовые хранители, – все падало на пол.

Гронидел отступил и напоролся на чей-то сапог. Куда все подевались? И почему лишь он остался цел? Фейский щит защитил или причина в другом?

Со стороны улицы раздался раздирающий уши крик. Этот звук принц ни с чем не мог спутать. Когтекрылы верещали так же, унося добычу с поверхности земли.

«Мальчик, влюбленный в камень. Мальчик, влюбленный в камень», — раздались голоса няни и матери в голове.

Их сменили щелчки. Ритмичные. Противные и парализующие сознание.

Гронидел медленно обернулся и увидел Сапфир. Она неспешно направлялась к нему. Он помнил темно-синее платье, в которое она была одета. Именно в нем принцесса выходила за него замуж. В нем стояла в храме предавших их богов и произносила клятвы, в которые Гронидел не верил.

Щелчки усилились. Гронидел уже понял, в чем подвох. В чем беда и проблема, с которой ему одному точно не справиться.

Принц присел и подтянул к себе плазмотрон из амуниции растворившегося Дхара. Гронидел знал, что выстрелить из оружия богов не сможет, но взорвать тварь системой самоуничтожения попытается.

– Мама? – услышал принц чужой голос и увидел мужчину, вбежавшего в ангар через полупрозрачные двери.

Незнакомец определенно смотрел на Сапфир, и щелкозуб остановился.

– Мама, это ты? – спросил мужчина.

Писк в руке отвлек внимание Гронидела.

– Не подходи к ней! – крикнул он и метнул пищащий плазмотрон в щелкозуба.

Взрывом монстру оторвало руку. Его иллюзия рассеялась, а острые зубы судорожно клацали друг о друга, будто твари действительно очень больно.

Гронидел подобрал с пола лазерный нож, активировал лезвие и метнул его. Алый клинок вошел в лоб монстра, как в масло. Щелкозуб замер на мгновение, а затем рухнул на пол.

– Срань господня, – прошептал незнакомец в форме и с опаской взглянул на Гронидела. – Там, на улице… Там… – Он указал на полупрозрачную дверь, через которую вошел.

– С неба падают золотые яйца? – спросил принц спокойным голосом.

– Там твари из темных миров хлынули к нам из пространственных дыр в небе, – наконец изъяснился мужчина.

Он зацепился ногой за чьи-то вещи и с опаской осмотрел весь зал.

– Мой вопрос покажется вам странным, – произнес Гронидел и прищурился, – однако ответ на него очень важен. Вы в натуральном теле или в наногибридной системе?

Мужчина остановился.

– Я не оцифровывал созна… – Он запнулся. – У меня одно тело, данное мне матерью с отцом, – произнес он. – А они все…

– Возможно, они еще живы, – ответил Гронидел и посмотрел на шарик квантового хранилища, валяющийся на полу среди вещей исчезнувшего бога.

Нечто тяжелое приземлилось на крышу ангара и начало по ней шагать. Металл снова застонал, и сталь выгнулась под весом твари, расхаживающей взад и вперед.

– А вы, – спросил мужчина, продолжая отходить в сторону. – Вы же не из наших…

– Ты умеешь перепрограммировать носители данных и менять идентификационные критерии? – спросил его Гронидел.

– Я… Я…

Гронидел сразу понял, что этот остолоп – плохой воин. Слишком неуклюжий, несобранный. И явно сбежал с улицы, бросив своих на растерзание. Если было кого бросать, конечно же…

– Умеешь или нет? – повысил тон Гронидел, свирепо глядя на труса, мнущегося на одном месте. – Если нет – то ты мне не нужен. – Принц поднял с пола второй лазерный нож Дхара и активировал лезвие.

– Я программный техник! – в испуге замахал руками мужчина. – Я все умею! И пригожусь! – добавил он.

– Уж постарайся, ибо из этого тела тебе не сбежать.

Дхар

Он проснулся в камере гибернации. Система оповещения по тревоге сигналила из всех динамиков.

Дхар дернул за рычаг и открыл крышку вертикального контейнера, в котором спал.

– Ди, – прохрипел он, падая на пол и пытаясь собрать мысли в кучу.

Перед началом испытаний с Грониделом она погрузилась в сон в своем офисе. Ее здесь нет.

«Это если Ди смогла вернуться в тело», – подсказал внутренний голос, и Дхар зажмурился.

Голова кружилась, виски гудели, а к горлу подкатывала тошнота. Все прелести возвращения в органическое тело мигом дали о себе знать, провоцируемые громкими звуками, рвущими его барабанные перепонки.

– Си Три С, отключи систему оповещения, – обратился Дхар к кукле-помощнице, вставая на ноги. – Срочно свяжись с офисом моей супруги. Пусть найдут Одинеллу и убедятся, что она вернулась в тело. Желательно чтобы она мне перезвонила. Доклады о произошедшем отправь в центр принятия решений. Свяжи меня с генералом Гло́деном: пусть доложит, что у них там на базе сейчас происходит.

Кукла-помощница как сидела на своем месте за консолью с мониторами, так и продолжала сидеть.

– Си Три С? – напрягся Дхар, замечая необычное поведение подчиненной, которая должна была элементарно подтвердить голосом его команды и уже начать отвечать на запросы.

Наконец заторможенная машина обернулась к нему и измененным голосом, очень похожим на тембр и интонации Одинеллы, произнесла:

– Пожалуйста…

Дхар тряхнул головой и подумал, что ему померещилось. Сказывался стресс и последствия экстренного возвращения в тело.

– Си Три С, ты меня слышишь? – повторил он.

– Вы забыли сказать «пожалуйста», генерал, – отозвалась няня-реавит и тепло ему улыбнулась.

Ди

Одинелла выбежала из здания офиса на улицу и остановилась. Ночное небо освещали сотни белых вспышек, похожих на взрывы рождения новых звезд. Еще немного, и вокруг станет так же светло, как днем.

Машины, летящие по воздуху и мчащиеся по земле, теряли управление и сталкивались. Вдалеке на высотное здание с зеркальным остеклением лезла тварь, весьма напоминавшая перепончатого когтекрыла. Град из горящих золотых яиц штурмовал стекла и пластик, разбивая и кроша все на своем пути. Крики, сирены и вой заглушил грохот взрывов. Одинелла пригнулась, пряча лицо от волны пыли и щебня, поглотившей все вокруг.

«И озарится небо мириадами звезд. И станет в ночи светло, как днем. Снизу вверх вы будете смотреть на жителей других миров, пока не поймете, что именно так и выглядит конец света».

Неужели слова существа, что контролировало тело Сапфир, были посланием вовсе не Грониделу, а ей, Одинелле, и ее миру…

Богиню отбросило на спину и протащило по асфальту несколько метров. Сплевывая пыль, она встала сначала на колени, а затем и поднялась во весь рост.

Связи нет. Контроль над управлением роботизированных систем перехвачен теми, кто зовет себя Роем. Какие у них цели? Какой план?