– Мы с братом много работаем, а дома предпочитаем отдыхать. Шума и общения нам хватает в офисе, – толкнув первую по коридору дверь, сообщает Гвен. Задерживается на пороге, оборачиваясь ко мне. Смотрит словно вскользь. – Вечеринок и дружеских тусовок в Kanehousgarden не бывает. Прислуга останавливается в гостевом доме на заднем дворе. Если тебе что-то понадобится, то с восьми утра до шести вечера сможешь найти там горничных и шофера. Повар приходит раньше, в шесть, готовит на целый день и к полудню уезжает. Кухню покажу позже. Еда хранится в холодильнике, в контейнерах, каждый подписан. С сегодняшнего дня рацион рассчитан на троих.

– Спасибо, – обескураженно бормочу я. Гвен удовлетворенно кивает, царским жестом распахивая двери.

– Заходи. Если есть какие-то пожелания, говори, я распоряжусь, – сухо произносит мисс Кейн. Мы проходим внутрь, и я с любопытством осматриваю предоставленные мне апартаменты.

Обстановка лаконичная, без изысков и дизайнерских выкрутасов. Простая, но добротная мебель из натуральных материалов, собственный санузел, что очень удобно. Кровать, гардеробная, компьютерный стол, пара стульев и туалетный столик с зеркалом. Большое окно с тяжелыми парчовыми гардинами с видом на сад, миниатюрный балкон, где располагается кресло-качалка из светлого дерева; оно мне понравилось больше всего. Так и представила, как я покачиваюсь по утрам с кружечкой кофе, открытой книжкой и любуюсь яблоневым садом.

– Мне все нравится, – говорю с улыбкой, замечая про себя, что в спальне нет телевизора.

– Отлично, – Гвендолен кивает, словно ставит очередную галочку в блокнот с намеченным планом. – Мы с братом любим тишину и уединение, – добавляет бесстрастным тоном.

– Я поняла, – отвечаю, положив сумку на кровать. Быстро подхожу к окну, распахивая гардины, чихаю от поднявшейся пыли. Видимо гостей тут никогда или очень давно не было, а прислуга не утруждалась тщательной уборкой пустующей половины дома.

– Пойдем, осталось показать, где ты будешь работать, – властные нотки в голосе шеф-редактора заставляют меня удивленно обернуться и посмотреть в удивительно-насыщенные синие глаза.

– Разве не здесь? – указываю взглядом на компьютерный стол в углу комнаты.

– Это место для сна и отдыха, Шерил, – поджав красивые губы, выговаривает Гвен и, не дождавшись ответа, разворачивается на каблуках и выходит из спальни. Вздохнув, я следую за ней. – Остальные комнаты в этом крыле заперты на ключ, – углубляясь все дальше по узкому коридору, продолжает инструктировать меня мисс Кейн. – Там нет ничего, кроме рухляди и пыли. Я бы не хотела, чтобы ты проявляла любопытство и слонялась по дому, как по музею, заглядывая во все двери.

– И в мыслях не было, – возмущенно оскорбляюсь я.

– Не обижайся. Я всего лишь озвучиваю правила, – невозмутимо поясняет Гвен. – Будет лучше, если ты ограничишь зону своего перемещения кухней, спальней и библиотекой. Сад и вся прилежащая к дому территория в твоем полном распоряжении. Если мы с Оливером захотим пригласить тебя в гостиную, то заблаговременно сообщим об этом, – она резко останавливается, и я чуть не влетаю в нее. – Вот и библиотека. – тяжелая деревянная дверь со скрипом открывается, и я оказываюсь в настоящем… раю для книголюба.

– Вау… – выдыхаю восторженно, разглядывая полки, до самого потолка заполненные книгами. О, книжные боги, тут есть все. От современной прозы, классики и научной фантастики до рукописных единичных экземпляров ученых древности и антикварных подарочных изданий, цена за которые давно перевалила за сотни тысяч долларов. Старые потертые корешки редких фолиантов так и зовут прикоснуться к ним, открыть и жадно пройтись по пожелтевшим страницам.

– Твое рабочее место, Шерил, – Гвен остужает мой восхищенный восторг, показывая жестом на массивный стол из красного дерева, находящийся ровно по центру огромной библиотеки. Современная техника, нагроможденная на отполированную столешницу, и анатомическое офисное кресло кажутся неуместными. Гвен демонстративно смотрит на наручные часы. – Я оставлю тебя. Осмотрись пока, проверь, все ли оборудование находится в исправном состоянии, после можешь спуститься и пообедать. Кухня находится рядом с центральной гостиной на первом этаже. К обязанностям приступишь с завтрашнего дня. Страницы рукописи к девяти часам утра будут лежать на этом столе. Как только отработаешь их, вышлешь мне файл на почту… – она не договаривает, оборачиваясь на звук твердых шагов за нашими спинами.

– Гвендолен, будет лучше, если файл сначала посмотрю я, – решительно произносит глубокий мужской голос, от пронизывающих низких вибраций которого у меня холодеют ладони.

ОЛИВЕР

Мисс Рэмси застывает, натянувшись, как тетива лука перед метким выстрелом. Ее замешательство и испуг читаются даже со спины, по которой с неторопливым интересом путешествует мой взгляд. Сегодня она одета гораздо лучше, я даже ощущаю тревожный щелчок в глубине подсознания, разглядывая угодившую в ловушку маленькую мышку. Хотя никакая она не мышка и совсем не маленькая. Плосковата и худовата на мой вкус, но не бесформенное чудо, каким появилась в офисе «Пульс Холдинга» несколько дней назад. Туфли на высоких каблуках зрительно удлиняют и так не короткие ноги. Голубая блузка по размеру, черная узкая юбка до колена и такого же цвета укороченный жакет, подчеркивающий тонкую талию. Нехилый контраст с недавним образом. Как я и предполагал, Шерил Рэмси из категории девушек-невидимок, намеренно скрывающихся в невзрачном коконе, тем самым ограждая себя от ненужного интереса.

– Мы договаривались иначе, Оливер, – сдержанно возражает Гвен, хмурит тонкие темные брови, бросая на меня недовольный взгляд.

– Не забывай, что я не только хозяин в этом доме, но и владелец «Пульс Холдинга», – мгновенно ставлю на место покрасневшую от возмущения сестру. Она не вступает в спор при посторонних, придерживаясь собственного свода этических правил. Гвендолен закусывает от досады губу и едва заметно кивает, прострелив меня ледяным взглядом.

– Обсудим этот момент позже, Оливер. Сейчас мне пора, – она быстро смотрит на платиновый браслет часов от «Картье». – Ты едешь со мной? – снова на меня и с нескрываемым раздражением на Шерри, стоящей ко мне спиной, что вопиюще невежливо с ее стороны.

Узкие плечи девушки заметно напряжены, голова опущена. Светлые волосы, как при первой встрече, туго собраны на затылке. Шея тонкая, длинная, притягивает взгляд своей белизной и уязвимой беззащитностью. Мисс Рэмси не спешит повернуться, словно оттягивая до последнего момент нежелательного контакта со мной. Я не слепой и реакцию неподдельного ужаса Шерил, обращенную на меня, заметил еще в день собеседования. Сейчас откровенная неприязнь ощущается сильнее, потому что мы находимся в непосредственной близости.

– Я задержусь и проконсультирую Шерил относительно ее будущих обязанностей, – сухо сообщаю я сестре. Она снова злится, но выражение ее лица удивительным образом возвращается к официально-деловому, когда мисс Рэмси наконец-то снисходит до того, чтобы взглянуть на меня.

Дежурная улыбка девушки трещит по швам, как и ее выдержка. Кожа настолько бледная, что кажется прозрачной и сливается с цветом волос. Наши взгляды, ее пугливый нерешительный, и мой, напористый пристальный, сталкиваются на пару секунд, изучая, оценивая, присматриваясь друг к другу. Девичьи брови и ресницы на несколько тонов темнее волос, что делает правильные черты лица еще выразительнее. Высокие скулы, тонкий нос, розовые губки приятной формы. Шерил не яркая роковая красавица, но в ней определенно что-то есть. Что-то, транслирующее мне ощущение надвигающейся беды. Меня напрягает и ставит в замешательство ее стеклянный, холодный взгляд, зеркальный и глубокий одновременно. Я не замечаю в нем ни единого отблеска узнавания. Подозреваю, что страх и тревогу проецирует подсознание Шерил, интуитивно чувствуя во мне опасность. Закодированная память девушки все еще хранит лицо Дилана, являющееся точной копией моего.

– В дополнительных инструкциях нет необходимости. Я только что все подробно объяснила Шерил, – гнет свою линию Гвен, настырно перетягивая на себя мое внимание. И я прекрасно понимаю, почему она транслирует подобную модель поведения. Я никогда ранее не вмешивался в дела холдинга, точнее не навязывал свои решения, не диктовал условия, прислушиваясь к мнению Гвендолен, зная, что сестра теоретически и практически подкована лучше меня во всех направлениях деятельности «Пульса». И сейчас ей мерещится, что я решил ее подвинуть, сместить, но это совсем не так. Сейчас меня интересуют совершенно иные цели.

– Добрый день, мистер Кейн, – звенит, переливаясь, тонкий голосок Шерил Рэмси. – У вас удивительный дом, – формальная любезность неприятно режет слух. Она же напугана до смерти, а вынуждена вежливо лицемерить в глаза, демонстрируя всем видом, как рада здесь быть.

– Оливер, мистер Кейн я для прислуги, – поправляю резким тоном, и Шерил вздрагивает и, кажется, задерживает дыхание. – Удивительно красивый или удивительно ужасный? Я не знаю ни одного человека, кроме меня самого, которому бы по-настоящему понравился Kanehousgarden, – добавляю с ухмылкой. Я не собираюсь уличать гостью в неискренности. Мне нужны истинные эмоции, а не напускная восковая вежливость. В темно-карамельных глазах с янтарными крапинками мелькает растерянность, девушка приоткрывает губы, чтобы ответить, но не успевает.

– Тогда я покину вас, – нетактично вклинивается Гвен. – Увидимся в редакции? – взгляд сестры вопросительно задерживается на мне.

– Да, – коротко подтверждаю я. Гвендолен натянуто-официально прощается с Шерил Рэмси и, круто развернувшись, стремительно покидает библиотеку, оставляя меня наедине с перепуганной девушкой.

В повисшем неуютном молчании мы какое-то время смотрим вслед исчезнувшей в коридоре Гвендолен. Между нами значительная дистанция, но потрескивающее напряжение все равно ощущается, усиливаясь и нарастая с каждой секундой. Я убираю одну руку в карман, в другой сжимаю страницы рукописи, едва не помяв их. Медленно перевожу взгляд на Шерил, придирчиво разглядывая ее с головы до ног, пока она упорно таращится в проем двери, в который вышла Гвен. Я пристрастен и ищу недостатки, которых насчитал немало, наблюдая за ходом собеседования через камеру наблюдения. Сегодня не вижу ни одного, кроме самого жирного – я не хочу, чтобы она мне нравилась, это только все усложнит, запутает. Но с глухой злостью замечаю, что ее лицо вполне миловидно, имеется грудь и намек на бедра, и в следующее мгновение ловлю себя на необъяснимом диком желании вытащить шпильки из строгого учительского пучка и посмотреть, как Шерил выглядит с распущенными волосами, а лучше запустить в них свои пальцы, но исключительно для того, чтобы удовлетворить не собственные желания, нет, а нелепое требование Дилана.

– Мне кажется, мист… Оливер, что мы виделись раньше, – ее напряженный голос вспарывает наэлектризованное затянувшееся молчание. Девушка переводит на меня изучающий пристальный взгляд. – Уверена, что это были вы, – добавляет без тени сомнения. Я чувствую, как бледнею, выдавая лишние эмоции. Горло стягивает ледяной петлей, мышцы каменеют. Как идиот пялюсь на нее, не в силах сказать хотя бы слово. – В офисе, когда приходила на собеседование, – поясняет она, заметив мое нездоровое замешательство, и я с трудом сдерживаю вздох облегчения. – Вы не помните?

– Шерил, я вижу сотни лиц ежедневно, – придаю своему тону непринужденность и равнодушие. Она кивает, прищурив глаза. Не поверила. И правильно. Невозможно забыть, как она шарахнулась к стенке лифта, заметив меня в коридоре. Но пока Шерил не понимает, что именно ее пугает, я постараюсь произвести более приятное впечатление.

Неторопливо прохожу к столу, кладу на клавиатуру листы рукописи и оборачиваюсь к гостье, опираясь на край столешницы и стараясь выглядеть расслабленным и невозмутимым, что стоит мне определенных энергетических затрат. Шерри продолжает настороженно изучать меня с плохо скрытым скепсисом в проницательных глазах и играть в молчанку. Это откровенно напрягает, сбивает с толку. Хотел бы я знать, о чем она думает прямо сейчас, наблюдая за мной немигающим взглядом, но, увы, это невозможно.

– Первая глава, – я киваю через плечо на оставленные на столе бумаги. – Если не готова, то можешь начать завтра.

– Я готова, – торопливо отвечает девушка. – Я не знаю адрес вашей электронной почты.