– Удачи, – ободряюще бросаю я, когда в дверях Гвен оборачивается и смотрит на меня в поисках поддержки. Слабая улыбка мелькает на накрашенных губах, она делает короткий выдох и выходит в коридор, покидая мой кабинет, цокая по покрытию острыми каблучками.

ШЕРРИ

– Итак, мисс Рэмси, я немного расскажу о компании, далее мы перейдем непосредственно к обсуждению вакансии, – после обмена приветствиями и пристального изучения моей анкеты, улыбается мне красными губами утонченная и прекрасная Гвендолен Кейн, пока я, бледная, как моль, и голодная как волк пытаюсь не свалиться в обморок от окружающей меня стильной роскоши. Леди-босс за столом напротив выглядит как английская принцесса и пахнет соответствующе, чего нельзя сказать обо мне. После четырех часов в автобусе и нескольких часов плутания по самому Нью-Йорку не потяну даже на замученную тяжелой работой золушку до ее превращения в принцессу.

Стоило мне подняться на последний из этажей, арендуемых холдингом, все надежды на то, что меня примут в штат, рухнули. Я слишком проста для этого места, неуместна, и никакие волшебные преображения и финансовые вложения тут не помогут. Офис поразил меня масштабами и оригинальным дизайном, ослепил преобладанием светлых тонов в интерьере, резко контрастирующими с черно-белым геометрическим орнаментом, разделяющим полуоткрытые пространства офисов на зоны. Я минут двадцать бродила по запутанным коридорам, мимо заполненных стильными сотрудниками опенспейсов, тренинг-классами, переговорными комнатами, окруженными стеклянными перегородками, лаундж-зонами и закрытыми кабинетами руководителей, периодически налетала на прозрачные перегородки из стекла, не заметив их на своем пути и проклиная свою неуклюжесть.

Сотрудники «Пульс Холдинг», до жути похожие друг на друга благодаря строгому дресс-коду, не поднимали затылков из-за мониторов рабочих компьютеров, а те, кто попадались навстречу, окидывали меня таким взглядом, что вопрос «Где найти приемную?» застревал в горле. Однако я справилась. И даже не опоздала.

– Первое издательство было основано Дэниэлем Кейном сорок пять лет назад и выпускало узконаправленные издания, рецепты, кроссворды, рекламные буклеты небольшим тиражом, – немного пафосно и с ноткой усталости продолжает главный редактор, возвращая мои мысли в светлый кабинет с лаконичной мебелью и большими окнами.

Мисс Кейн молодая, как я и предполагала, сверкающая, стройная, изысканная и настолько безупречная, что хочется встать из удобного до тоскливого сожаления кресла, попросить прощения, что отняла пять минут ее драгоценного времени, и сбежать отсюда, пока мне не заявили в лоб, что моя кандидатура не подходит. Такого удара по раздавленному самолюбию я не переживу.

– На настоящий момент «Пульс Холдинг» входит в десятку лидеров издательского бизнеса, где зарекомендовал себя как серьезный игрок с безупречной репутацией. В пакет наших товаров входят: еженедельная новостная газета и три ежемесячных журнала в направлениях: бизнес, красота и искусство, а также занимаемся изданием художественной и обучающей литературы. Непосредственно в этом офисе находятся редакции двух журналов: PULSE Beauty journal и PULSE business journal. Наша главная цель – подготовка качественного и оригинального контента для изданий холдинга и эффективное, взаимовыгодное сотрудничество с деловыми партнерами. В команде холдинга работают лучшие редакторы, журналисты, аналитики, маркетологи, дизайнеры и специалисты по рекламным проектам. И если я правильно поняла, то ваше присутствие здесь является прямым свидетельством того, что вы не против примкнуть к большой команде «Пульс Холдинг»?

Мисс Кейн замолкает, выжидающе глядя на меня. Несколько раз моргнув, я стряхиваю наваждение, пытаясь вспомнить последнюю сказанную потенциальным работодателем фразу, и неожиданно начинаю злиться на собственную амебность. Черт, соберись, Шерри, хватит ставить себя на ступень ниже остальных, ты не хуже этой холеной молодой и успешной Гвендолен, в свои максимум двадцать пять забравшейся в кресло главного редактора. Может, лоска и самоуверенности мне действительно не хватает, и внешне я ей сильно проигрываю, но зато мозги на месте.

– Попасть в постоянный штат вашей команды – моя заветная мечта, мисс Кейн, – без лицемерия и подхалимажа, достаточно ровно и максимально искренне произношу я. Молодая женщина окидывает меня внимательным задумчивым взглядом и едва заметно улыбается. В бирюзовых выразительных глазах мелькает удовлетворение.

– Похвальное рвение, – заключает Гвендолен. – Ваша анкета и рекомендации, полученные из Балтиморского университета, говорят о том, что вы обладаете всеми необходимыми качествами для открытой вакансии, – добавляет она, заставляя меня задержать дыхание и изумленно выпучить глаза.

– Вы меня берете? – недоверчиво спрашиваю севшим голосом.

– Есть несколько нюансов, мисс Рэмси, которые хотелось бы прояснить, – лаконично отвечает Гвендолен, не спеша снять камень с моих плеч. – У вас имеется небольшой опыт стажировки в университетской газете и награды за участие в литературных конкурсах, но, сами понимаете, что для того, чтобы я могла вам доверить ведение колонки в наших изданиях, этого недостаточно.

– Да, я готова обучаться, – торопливо бормочу я, сконфуженно теребя складку на мешковатой офисной юбке блеклого серого цвета. – Могу начать с самых азов. Я знаю, что у вас предусмотрен длительный испытательный срок для стажеров, не предусматривающий зачисление в штат на данный период, но…

– Я зачислю вас в штат до истечения испытательного срока, мисс Рэмси, – прерывает меня шеф-редактор, вновь повергнув в счастливо-шоковое состояние. – Сократив период адаптации… скажем до трех месяцев. Я назначу вам оклад пять тысяч долларов ежемесячно с дальнейшим повышением в два раза, если меня устроят результаты вашей работы. Также я готова выплатить аванс в размере пятидесяти процентов в ближайшие дни, если вы без промедления приступите к вашим обязанностям.

– Вы шутите? – ошарашено выдыхаю я, во все глаза пялясь на невозмутимую мисс Кейн. На поразительно красивом лице проскальзывает досадное выражение, вызванное неизвестными мне причинами. Гвендолен отрицательно качает головой.

– Средства понадобятся для срочного переезда, – поясняет она, постукивая наконечником ручки по моей анкете и неотрывно наблюдая за бурей эмоций на моем лице. – Вы готовы приступить к работе с понедельника?

– Но сегодня пятница…

– Ответ надо дать сегодня, мисс Рэмси, – настойчиво произносит мисс Кейн категоричным тоном. – Вас что-то смущает? Исходя из вашей анкеты, вы не замужем.

– Да, но у меня больная мама… – я продолжаю мямлить.

– Балтимор находится в нескольких часах езды от Нью-Йорка, – сухо произносит Гвендолен Кейн, в потемневших глазах тлеет раздражение. Проглотив возражение, я хаотично киваю. Такого шанса больше мне может никогда не представиться. Пять тысяч долларов… Я не могла даже мечтать о подобном богатстве. Две с половиной я получу сразу. Смогу оплатить сиделку для мамы, выкупить необходимые лекарства, и даже останется на парочку новых вещей для себя.

– Я согласна, мисс Кейн, – прочистив горло, оглашаю свое решение.

– Значит, подписываем трудовой договор? Я правильно поняла? – вскинув выразительные брови, уточняет Гвендолен.

– Да, – снова киваю, как послушный болванчик.

– Есть несколько условий, которые я должна вам сообщить, Шерил. Я могу вас так называть?

– Да, разумеется.

– Итак, Шерил, наше сотрудничество мы начнем с работы над рукописью одного неизвестного автора. В течение трех месяцев, по мере поступления глав, вы будете переносить текст с бумажного носителя на электронный, корректировать и вносить редакторские правки, если они понадобятся. Содержание рукописи и имя автора должны оставаться в секрете до официального релиза книги. Поэтому обязательным условием будет подписание дополнительного соглашения о неразглашении данной информации, нарушение и неисполнение оного повлечет за собой штраф в размере ста тысяч долларов.

– Ого… – вырывается у меня удивленный возглас. – И что это за рукопись? Биография президента Трампа?

– Нет, – с натянутой улыбкой опровергает главред. – Обсуждать содержание глав вы не имеете права ни с кем, включая меня. Ваше мнение относительно отработанного материала принадлежит только вам, и делиться впечатлениями строго запрещено. Вы передаете мне готовые файлы каждой главы, а дальше я занимаюсь окончательной редактурой.

– Хорошо, – недоуменно потираю переносицу двумя пальцами. На самом деле очень странно, а не хорошо. – Мне не с кем делиться впечатлениями, мисс Кейн.

– Гвен, я просила называть меня именно так. Здесь так принято, Шерил, – морщится главный редактор, поправляя выправившийся иссиня-черный локон, а я в очередной раз поражаюсь ее фарфоровой утонченной красоте.

– Я поняла, Гвен, – нетвердым голосом отвечаю я.

– Последнее условие, Шерил, – ее острый взгляд впивается в мое лицо. – Работать над рукописью ты будешь не в офисе, а в моем доме. Имеется в виду постоянное проживание. Так мне будет спокойнее, а у тебя не появится соблазна нарушить договор о неразглашении. К тому же ты сэкономишь на аренде жилья в Нью-Йорке.

– Это звучит…

– Странно? – подсказывает Гвен. – В творческой профессии очень мало нормального, не так ли? Я объяснила тебе свою мотивацию. Переживать абсолютно не о чем, Шерил. Дом огромный, находится недалеко от города, в красивом, уединенном, живописном месте. В доме есть приходящая прислуга, повар, шофер и садовник. У вас будет возможность обращаться к ним с любой просьбой на правах гостьи. Я предоставлю тебе отдельную комнату, обустроенное рабочее место. Как и у всех сотрудников «Пульс Холдинг», у тебя будут выходные дни и свободное время после шести вечера, которое ты сможешь проводить, как угодно. Должна предупредить, что пункты неразглашения распространяются также на место временного проживания и на все, что ты увидишь или услышишь внутри дома, – заметив тревожное недоумевающее выражение на моем лице, Гвен бесстрастно рассеивает мои неприятные предчувствия и подозрения. – Не стоит напрягаться, Шерил. Я всего лишь пытаюсь защитить от досужих сплетен свое личное пространство. Необходимые меры предосторожности, не более.

– Вы меня успокоили, – с облегчением выдыхаю я, хотя червячок сомнений и неуверенности все еще точит меня изнутри. – У вас есть семья? Кто-то еще живет в доме?

– Брат, но вы вряд ли встретитесь. Я поселю тебя в другом крыле, и к тому же Оливер, как и я, крайне занятой человек.

– Он тоже работает здесь?

– Да. Мой брат – владелец «Пульс Холдинг», – оглушает меня обескураживающей новостью будущий работодатель.

– Оу… – изумленно выдыхаю я. Теперь понятно, как Гвен досталась ее должность. Родственные связи – весомый козырь для продвижения по карьерной лестнице. – Он намного вас старше? – нетактичный вопрос вырывается сам по себе, но забирать его назад я не стану.

– Оливеру Кейну тридцать четыре года, – не выдав недовольства, невозмутимо отвечает Гвен. – Мне двадцать шесть. Должность главного редактора я занимаю два года. Еще есть вопросы?

– Нет, – вспыхнув, мотаю головой. В голове шумит от притока крови, виски сжимает надвигающаяся мигрень. Надо просто успокоиться и взять себя в руки. Все же складывается благополучно, да?

– Тогда я пишу секретарю, чтобы готовила документы? – вроде ожидаемый и логичный вопрос, но что-то в груди тревожно сжимается. Протестует, требуя сказать «нет». Да что, черт возьми, со мной происходит?