Анна Роквелл: Маска честности

Серия «Young Adult. Шкафчики для поцелуев 2»

Иллюстрации на обложке и портреты персонажей VIKKIVI (Дубровина Виктория)

Во внутреннем оформлении использованы иллюстрации:

© ArnaPhoto: somen / Shutterstock.com / FOTODOM

Используется по лицензии от Shutterstock.com / FOTODOM

© Роквелл А., 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Плейлист

Billie Eilish feat. Khalid – «lovely»

Billie Eilish – «What Was I Made For?»

Sam Smith – «Writing's On The Wall»

Benson Boone – «Ghost Town»

Timbaland, OneRepublic – «Apologize»

Billie Eilish – «i love you»

Alec Benjamin – «Let Me Down Slowly»

Bruno Mars – «When I Was Your Man»

Alabama Shakes – «This Feeling»

Пролог

Девушка с синим каре у окна – та самая!

Да, она выглядит немного старше. Да, на ее шее – цветная татуировка. Но это точно она. Она!

Его первая любовь. Саманта Баркер.

Райан Кросс не мог поверить, что в первый день в Нью-Йорке он встретил девушку, которую считал потерянной навсегда. Найти ее в первом встречном кафе! Что за подарок судьбы!

Ладони парня мгновенно стали влажными, а сердце бешено забилось. Он сделал пару шагов вперед и позвал:

– Саманта?

Девушка резко подняла голову.

Их глаза встретились.

– Саманта! – повторил Райан значительно громче.

Девушка охнула и уронила ложечку.

Парень уже готов был рвануться к ее столику, как в кафе ввалились друзья.

Чертовы друзья! Что им стоило прийти позже хотя бы на пять минут?!

Ребята окружили его шумной толпой, гомоня, как круто, что они успели пересечься здесь перед началом стажировки. Райан кивал, соглашался, но все время смотрел на место, где сидела синеволосая девушка.

Но вот в чем дело: она уже не сидела. Теперь ее столик был пуст. Пирожное так и осталось нетронутым.

– Черт, – выругался парень.

Нет-нет, эта случайная встреча не случайна. Это шанс!

Шанс связаться с ней и наконец выяснить, что случилось прошлой осенью и почему она не ответила ни на одно его сообщение.

17 ноября. Вторник

Белые стены – будто в больнице.

Золото в декоре – довольно безвкусное.

Диван – жесткий, велюровый и раздражающе красный.

Как легко догадаться, кабинет психотерапевта мне не понравился. Разве место, где лечат души, должно выглядеть так? А где же расслабляющая атмосфера?

Недовольно фыркнув, я сложила руки на груди, откинулась на спинку уродливого дивана и уставилась в потолок.

Через минуту пискнул электронный дверной замок и ручка щелкнула. Я лениво приподняла голову.

– Ох, простите! – В комнату зашла пухленькая женщина средних лет, одетая в теплый коричневый кардиган и белое платье с нелепыми цветочками. – Я задержалась всего на пару минут, а вы уже здесь. Но если бы вы попробовали те чудесные морковные кексики, вы бы тоже опоздали куда угодно. А как вы вошли?

– Администратор проводила нас и разрешила подождать в кабинете, – сухо ответила я.

– Вас? – Женщина немного растерялась, обводя взглядом пустую комнату.

– Билл Портер усадил меня на этот диван, а потом ушел. – Я еще раз фыркнула. – Он решил, что я сбегу, если оставить меня в коридоре.

– Ах, вы от мистера Портера! Точно, точно! – Женщина оживилась, будто вспомнила что-то важное. – Я Берта Вайсман. Но все зовут меня просто Бетти. А вы – Саманта Коул, верно?

Я непроизвольно поморщилась.

– Просто Саманта.

– Простите! – Берта смутилась и поспешно закивала. – Я не всегда успеваю следить за изменениями в именах агентов. – Она опустилась в такое же раздражающе красное кресло напротив. – Чем я могу помочь?

Я следила за тем, как она берет с журнального столика блокнот, достает из кармана ручку, снимает колпачок и приставляет золотое перо к бумаге. Я хмурилась и с ответом не торопилась.

Берта подняла взгляд от блокнота.

Прошла еще одна бесконечно долгая минута.

– Саманта, зачем вы пришли? Чем я могу вам помочь? – спросила она тепло, почти по-матерински.

– Помочь? Ничем! У меня все в порядке.

– Милая, но мы ведь обе знаем, что это не так. – Ее голос был мягким, обволакивающим, но раздражал невероятно, равно как и все в этом кабинете. – Билл Портер не приводит агентов за руку, если у них все замечательно. Так что случилось?

– Ничего! – резко ответила я. Даже слишком резко. – У меня все в порядке.

Бетти пропустила мой тон мимо ушей. Спокойно закрыла ручку, убрала ее в карман и грустно вздохнула.

– Саманта, я читала ваше дело. Сложное задание. Проблемы со здоровьем. Потеря работы. Я знаю, что с вами случилось. Но мы не сможем сдвинуться с места, если вы не захотите говорить. Вы понимаете это?

Я проигнорировала ее вопрос.

– Хорошо, – еще более грустно выдохнула женщина. – Возвращайтесь, когда будете готовы.

18 ноября. Среда

Противный треск звонка я слушала уже пару минут. Искренне надеялась, что незваному гостю надоест и он уйдет.

Треск и правда прекратился, но вместо этого с той стороны двери раздалось довольно громкое ругательство.

Это была Лидия Бин, моя прекрасная рыжеволосая подруга. Она пришла проверить, как я.

Звук открывающейся двери. Звук каблуков по паркету.

– Саманта, я знаю, что ты дома! Какого черта ты мне не открываешь?

Снова каблуки по паркету. Мерзкий скрип. Вероятно, огромная винтажная сумка-тоут Лидии задела углом мою видавшую виды дверь в спальню.

– Ты опять в кровати? – недовольно поинтересовалась подруга. – Ты вообще шевелишься? У тебя тут темно, как в пещере.

Я перестала пялиться в потолок и повернула голову к гостье. В проеме был виден только силуэт, подсвеченный тусклой лампой в гостиной.

– Кажется, шевелишься, – удовлетворенно кивнула она. – Ела сегодня?

– А сколько сейчас времени? – Мой голос прозвучал глухо и тихо. Кажется, это были первые слова, которые я произнесла за целую вечность.

– Около трех часов дня.

– Тогда нет.

– А если бы было два, это что-то изменило? – недоуменно спросила Лидия.

– Все еще было бы «нет».

– Саманта, ты же обещала, что будешь есть!

Все это время подруга стояла в дверях и шарила по стене рукой в поисках выключателя. Наконец щелкнула клавиша и зажглась люстра. Я недовольно поморщилась и закрыла глаза руками.

– Боже, что здесь произошло?! – ахнула Лидия, оглядывая спальню.

Ее реакция понятна – весь пол был усыпан осколками зеркала, лежавшего на полу, и кусками кружки.

– Сэм, ты в порядке? Не поранилась? – В голосе звучала тревога.

Я молча продемонстрировала ей ногу в кроссовке.

– А руки?

– Я не била в зеркало кулаком. Я бросила в него кружку. Оно упало и… – Я лениво показала ногой в сторону беспорядка.

– Саманта, я знаю, что тебе не нравится смотреть на свое нынешнее лицо. Ты сломала и выкинула все отражающие предметы еще в первую неделю после возвращения. Но большое зеркало оставили специально, чтобы ты могла хоть как-то собираться перед выходом. Я ведь даже накидку для него соорудила! Чем оно провинилось?

– Вчера Билл отвел меня к штатному психотерапевту.

– К Бетти? Она чудесная! – тут же оживилась Лидия.

– Нет! – жестко ответила я. – У нее нет вкуса. Она опаздывает. И после мерзкого красного дивана у меня задница болит.

– Допустим, – протянула подруга. – А при чем тут зеркало?

– Она назвала меня Коул.

– Уф-ф-ф, – поморщилась Лидия. Она помнила мои прошлые срывы, когда в офисе кто-то случайно упоминал мою настоящую фамилию. – Ты правда не можешь оставить все как есть?

– Портер говорит, что нет. Либо Баркер, либо новые документы. У меня другое лицо, вернут ли старое – неизвестно, а жить мне нужно уже сейчас.

Лидия рискнула пройти внутрь комнаты, осторожно ступая по осколкам. Хрустели они занятно.

Подруга села рядом со мной.

– Да, шеф прав. Жить нужно сейчас. И с этим тебе явно нужна помощь, – вкрадчиво произнесла она. – Бетти отличный профессионал. Она вмиг приведет тебя в порядок.

– Мне. Не. Нужна. Помощь! – четко и отделяя каждое слово, произнесла я. – Я говорила это раньше и повторю снова. Я со всем справлюсь сама. Мне просто нужно немного времени.

– Сэм, кого ты пытаешься обмануть? Думаешь, я не видела, что у тебя запястья исполосованы?

Я спрятала руки под себя.

– Лидия, я не резала вены. Просто… Царапала…

– «Просто»?! Ты вообще слышишь себя? Это, по-твоему, нормально?

Отвечать ей никто не собирался. Подруга тяжело вздохнула.

– Я пришла по делу. Портер передал кое-какие документы, тебе нужно их изучить.

– Хорошо. Разложи их в гостиной. Я выйду через пару минут. И да, закажи что-нибудь поесть.

21 ноября. Суббота

Суббота – день стирки.

В прачечной недалеко от дома всегда играла дурацкая прилипчивая музыка. Сегодня было еще и людно.

Я сидела на полу около стиралки и слушала, как в соседнем ряду ругаются две женщины. Видеть их я не могла, но была уверена: еще немного – и они подерутся. В их ссору вмешался басовитый голос. Мужчина явно хотел успокоить шумных дам, но в итоге обе скандалистки накинулись на него, требуя, чтобы он не учил женщин, как жить эту жизнь.

Я подняла глаза на стиральную машину. Еще час.

«Ну нет, слушать эти крики я не намерена. Тогда чем бы заняться?» – размышляла я, бесцельно блуждая взглядом по помещению, пока не заметила на здании через дорогу яркую неоновую вывеску тату-салона.

Пожевала губы. Розовые царапины на запястьях зачесались. Ха, это знак – не иначе!

Я поднялась и направилась к выходу.

* * *

Звякнул колокольчик. В тату-салоне было пусто. Даже администратора не видно.

– Привет! Есть тут кто? – позвала я, проходя внутрь и оглядываясь.

Стены выкрашены в черный. Десятки фотографий разрисованных людей. Десятки эскизов в разных стилях и размерах. Черный кожаный диван. Журнальный столик из половинок бочек. Край кушетки был виден из-за ширмы. Да, как-то так я это себе и представляла.

– Иду! – раздалось откуда-то из недр помещения. А через минуту на свет вышел бородатый здоровяк в байкерской жилетке. Я непроизвольно улыбнулась – все как на картинках в интернете.

– Чем могу помочь? – весело поинтересовался он.

– Эм… мне бы… эм… татуировку, – неуверенно проговорила я.

– Замечательно! Это вы по адресу. Записаны?

– Нет. Я увидела вас с улицы и решила зайти.

– Понял. Могу записать. На завтра есть пара окон.

– А можно прямо сейчас?

– Сейчас? – Он искренне удивился. – Можно, конечно, но у меня только час свободен.

– Идеально! У меня ровно столько и есть.

Бородач кивнул.

– Что бьем?

Я задумалась.

– Если сложно выбрать, во-о-он там каталог. – Мужчина махнул в сторону журнального столика.

– А давайте маску. Ну такую… театральную или вроде того.

– Где?

– А где больнее всего?

23 ноября. Понедельник

– Когда ты успела сделать пирсинг? – удивленно воскликнула Лидия, когда я по привычке убрала мешающие волосы за ухо.

– Вчера, – буднично ответила я, не отрываясь от сортировки разноцветных конфеток в мисочке.