Я отвлеклась от созерцания своей тарелки и подняла глаза к Федору.

– Что, прости?

Мужчина едва заметно нахмурился, но затем нацепил на лицо улыбку и ответил.

– Бизнес-центр, – медленно проговорил он мне, будто несмышленому ребенку, – проект которого разрабатывал наш отдел. Думаю, твоей дочке понравится. На крыше открывается потрясающий вид.

Я улыбнулась и неопределенно кивнула.

– Может, все же налить тебе вина?

Спросил Федор, и я покачала головой. Алкоголь действует на меня просто ужасно. Я могу выпить иногда бокал-другой, но слишком быстро пьянею и становлюсь клоуном для окружающих.

Мы уже управились с десертом, когда Федор неожиданно накрыл мою ладонь своей и пристально посмотрел мне в глаза. Он был таким забавным в своих очках, что я едва сдержала неуместный смешок. Боже, и что со мной не так..?

– Катя, – сказал он тихо, и я приподняла вопросительно брови, – мы оба взрослые люди, так что я не хочу ходить вокруг да около и скажу прямо.

Его рука обжигала и мне хотелось сбросить ее, но я продолжала сидеть спокойно, внимательно слушая мужчину.

– Ты мне очень нравишься, и я бы очень хотел, чтобы после нашего ужина мы поехали ко мне.

Улыбка все так же оставалась приклеенной на моем лице, когда я нервно проговорила.

– Хочешь показать свои новые проекты?

Попыталась пошутить, понимая, как на самом деле это выглядит глупо и по-детски. Но ничего не могла с собой поделать. Я не хотела так сразу… понимала, что именно он предлагает, в конце концов, мы и правда не подростки. Да и свидание это было уже не первым. Вторым, если быть честной. Если можно принять во внимание тот случай, когда мы гуляли с ним и Тиной в парке.

– Ну, можно и проекты, – засмеялся Федор, погладив большим пальцем место, где у меня бился пульс. Кстати говоря, спокойно бился, будто и не мне только что было сделано предложение, которого у меня не было черт знает сколько времени.

– Федь, – я осторожно высвободила свою руку и натянуто улыбнулась, – мне нужно время… я понимаю, но надо привыкнуть. К тебе… к нам. Ты тоже мне нравишься, но я так не могу.

Мужчина кивнул, прогоняя напряжение, возникшее между нами.

– Конечно, – улыбнулся мне, – все нормально.

Мы посидели еще некоторое время в ресторане, но чем быстрее двигалась часовая стрелка, тем я больше начинала нервничать. Как там Тина? Филатов уехал или все еще у нас дома?

– Спасибо, за ужин, – сказала Федору, когда мы вышли на улицу, – я приятно провела время.

Подъехало такси, и я сказала водителю, чтобы подождал. Федор взял мои ладони в свои руки и прижал к своей груди. Я чувствовала биение его сердца, и этот звук дарил умиротворение.

– Не терпится увидеть тебя поскорее, Кать, – сказал он едва слышно, – ты свободна завтра?

– Скорее всего, нет, – я видела, что мой ответ его расстроил, и поспешила добавить, – но в субботу у меня выходной, так что…

Я не успела договорить, Федор притянул меня к себе и осторожно поцеловал. Его губы были мягкими, осторожными, будто спрашивали разрешения. И тогда я закрыла глаза и отдалась этому поцелую. Чувствовала, как ритм его сердцебиения изменился, но сама в этот момент оставалась спокойной.

Федор первым отодвинулся, и я открыла глаза. Натянуто улыбнулась и быстро попрощавшись, пошла к машине. Мы отъехали, и в окне я видела, как Федор все так же стоит на месте, задумчиво смотря нам вслед.

Мысли в моей голове тоже не давали покоя. Это нормально, что я не испытала ничего от поцелуя? Никаких чувств. Пусто. Просто оглушающее спокойствие. Слишком давно у меня не было мужчины, нужно привыкнуть. Я успокоила себя, хотя и понимала в глубине души, что это не имеет значения.

14

Екатерина

Филатов восседал на диване в окружении детей и выглядел при этом донельзя довольным. Я совсем не ожидала застать его в своей квартире, была уверена, что он забрал мальчиков и уехал домой. Но нет, обложившись со всех сторон надкусанными кусочками пиццы, вся компания с увлечением смотрела Малышариков. Я замерла в дверях от неожиданности. И испытала что-то сродни благодарности. Подумать только, я была благодарна Олегу Николаевичу и даже начала сомневаться, так ли уж он и безнадежен, как кажется на первый взгляд. Ну и на второй тоже…

Когда я зашла на кухню, мне показалось, что здесь проходили боевые действия. На столе были свалены кучей тарелки с какой-то странной на вид мутью, пакеты из-под макарон. Те же самые макароны были разбросаны и по полу, и я тут же схватила веник, чертыхаясь. Заглянула в раковину, и там меня ждал сюрприз в виде все той же вязкой и липкой мути. Черте что…

И в этот момент я услышала, как на кухню кто-то вошел. Повернулась и встретилась глазами с ухмыляющимся взглядом Филатова.

– Вы что, пытались отравить детей?

Развела руками, показывая на все это безобразие, и кивнула в сторону раковины. А этот нахал лишь улыбнулся еще шире и, усевшись за стол, выпалил самодовольно.

– А затем дал им противоядие в виде пиццы.

– Кто бы сомневался, – я подошла к шкафчику и достала банку с кофе, – у меня только растворимый. Устроит?

Я посмотрела на мужчину через плечо, он поморщился и с видом мученика ответил.

– Не пил эту гадость со студенческих лет. Наливай.

На языке вертелся язвительный ответ, что он может валить на все четыре стороны, туда, где наливают настоящий кофе, но совесть не позволила. Я молча приготовила кофе, поставила кружку перед ним, достав из холодильника пирог, положила на стол. Себе налила воды из фильтра и облокотилась на раковину. Мне было неуютно. Филатов внимательно следил за каждым моим движением, и по его глазам невозможно было понять, о чем он думает.

Наконец, он взял кружку, отсалютовал мне и принюхался к напитку. Сделал осторожный глоток и поморщился еще больше, будто я решила напоить его какой-то отравой.

– Как там Федя?

Я едва не расплескала воду от неожиданности. Тина, маленький подпольный информатор! Все выболтает. Меньше всего мне хотелось обсуждать со своим работодателем свою личную жизнь.

Посмотрела на него предупреждающе и ответила.

– Отлично, хотя это и не ваше дело.

Филатов хмыкнул и хлебнул очередной глоток. На этот раз, зараза, даже не поморщился.

– Почему же не мое? – удивился он, – мне интересно, как живут мои работники.

Все чувства благодарности к этому мужчине испарились без следа. Я и сама не понимала, почему его вопросы так злят меня и выводят из себя. Сделала медленный вдох, поставила стакан в раковину и, заметив, что Олег отодвинул кружку, подошла и забрала ее.

– Как, уже уходите? – притворно расстроилась я и скрестила руки на груди, показывая всем своим видом, что только этого и жду.

Мужчина откинулся спиной на спинку стула, устроившись поудобнее и с наглой улыбочкой заявил.

– Я еще пирог не попробовал. А ты всегда такая гостеприимная?

– Могу с собой завернуть, как раз супругу угостите.

Выражение лица мужчины тут же поменялось, и мне моментально стало стыдно. Что я творю…

– Простите, Олег Николаевич, – попыталась улыбнуться, – просто я устала и сейчас, правда, не лучшая хозяйка…

Он демонстративно приподнял бровь и спросил равнодушным голосом.

– Федор утомил тебя?

Я резко повернулась к нему спиной, иначе не удержалась и высказала бы этому идиоту все, что о нем думаю.

– Я не собираюсь отвечать на этот вопрос. Моя личная жизнь вас не касается.

Стала с остервенением намыливать стакан, когда почувствовала, что Филатов подошел ко мне и прижался со спины. От неожиданности я вздрогнула и выронила стакан в раковину, расплескав хлопья пены прямо на платье. В шоке я не могла даже повернуться, замерла, слыша его дыхание рядом с собой.

– Ну же, расскажи мне Катерина, – мужчина замолчал и я почувствовала перемену в нем, словно из одного режима он перешел в другой. Таким Олега Николаевича я еще не знала, – он касался тебя здесь?

Раздался его тихий голос, и бедро обожгло прикосновением его ладони. Словно тысячи иголок вонзились в это место, мой голос дрожал.

– Что вы себе позволяете?!

Я попыталась развернуться, но Филатов прижался ко мне еще теснее, буквально впечатываясь в мое тело. С ужасом я почувствовала прикосновение языка к своей шее, и с губ сорвался тихий возглас. Его руки держали меня за талию, не позволяя пошевелиться, я дрожала, чувствуя, как подкашиваются колени, и ненавидела себя за это. Эта пытка длилась вечность. Но затем я услышала его шепот прямо в ухо.

– На его месте я бы отлюбил каждый миллиметр твоей кожи.

Я даже не успела вникнуть в его слова, как почувствовала, что он медленно расстегнул молнию на платье. Это стало последней каплей. Вскрикнув, я резко вырвалась из его захвата, развернулась и оттолкнула его от себя. Мне хотелось его ударить. Злость, казалось, переполняет меня до самых кончиков пальцев. Но в большей степени я злилась на саму себя. Это невозможно, но именно на этого ублюдка мое тело откликнулось, и мне стало на самом деле противно от себя.

– Я хочу, чтобы вы ушли, – я старалась не смотреть на него, боясь увидеть самодовольную ухмылку на его лице, – уходите.

Филатов мягко прикоснулся к моему подбородку, заставляя посмотреть на него. В его глазах не было и капли веселья. В них горело пламя, которое напугало. Перед глазами вспыхнула сцена того самого поцелуя в его доме, и, зажмурив веки, я замотала головой.

– Сладких снов, Катерина.

Сказав это, он отпустил меня и исчез из кухни. Некоторое время я все еще продолжала стоять с закрытыми глазами, не веря в реальность происходящего. Слышала, как Филатов зовет мальчиков и прощается с Тиной. Мне хотелось выбежать и прокричать ему, чтобы больше не смел появляться в моем доме, чтобы хотя бы здесь оставил мне чувство защищенности. Но я понимала, насколько это глупо. Застегнув дрожащими руками молнию, я стала отмывать кастрюлю, даже не подумав переодеться.

15

Олег

Я проснулся от того, что мне дико хотелось пить. Было такое чувство, что пустыня Сахара засохла прямо посреди моего рта. Медленно перекатился на бок и мысленно застонал, потому что на то, чтобы воспроизвести вслух стон, не было никаких сил. Проведя внутренний монолог и, все же уговорив свое тело двигаться, встал с кровати и медленными, но уверенными шажками добрался до кухни. Никогда еще вода не казалась мне такой вкусной, как сейчас. Это один из этих моментов, во время которых можно разрыдаться от счастья и облегчения и тебе потом не будет стыдно.

Поставив стакан на столешницу, обнаружил на ней пачку сигарет и телефон. Боль начала противно пульсировать в висках, словно мой мозг пытался рассказать мне о том, что произошло вчера, азбукой Морзе, но я, мать вашу, не знаю ее!

Помню, как мы с Новицким подписали контракт. Я давно обхаживал его, мечтая заполучить в свои клиенты. И, естественно, когда это случилось, мы решили это дело отметить. Помню, как мы приехали к Денису, литры алкоголя и море закусок. Веселье шло полным разгаром, а потом все. Черная дыра.

Зажег сигарету и, взяв телефон со стола, сел на стул. Плюсы в том, что я находился у себя в квартире, которую недавно купил. Когда мы с Таней решили наладить отношения, я знал, что мне понадобится личное пространство в городе. А Костя наотрез отказался делить со мной свою квартиру и даже забрал у меня ключи, видите ли, я плохой сожитель. Вот я и купил эту однокомнатную квартирёнку. Это была квартира для экстренных случаев, если вдруг задержусь на работе. Я не собирался вести прежний образ жизни. Реально старался завязать, но вчерашнее празднование вышло из-под контроля. И что самое поганое, я плохо помню окончание вечера, точнее, совсем не помню.