Правда, отвечал он далеко не всем, да и в гости ходить вежливо отказывался. Однако мадам Жадэ он явно выделял – то ли за ее восхитительную выпечку, то ли за искрометный юмор и исключительную доброту, с которой она встретила нас еще в первые дни пребывания в Дайкаре.

Хозяйка кондитерской, в свою очередь, отвечала ему нежной привязанностью. По крайней мере, никогда не забывала передать «Дэйчику» свежие круассаны, булочки с кремом или восхитительные пирожные, которые в ее лавке и правда были просто невероятно вкусными.

«Дэйчик, Дэечка»…

Сколько себя помню, капитан никому не позволял так себя называть – но когда это говорила мадам Жадэ, он только улыбался.

– Дэйчик, смурной вы сегодня! – щебетала мадам Жадэ, завидев его еще с порога. – Так и напрашиваетесь, чтобы я вас нежными эклерами накормила! Посмотрите-ка на себя – щеки впали, глаза потухли… ай-ай-ай! Сейчас я вам заливного пирога с индейкой положу и трубочек с кремом – мм, как раз подоспели!

Дэй ни разу не отказывался от ее предложений: булочки ел, и чаем с травами запивал, а иногда – молоком, взбитым с мороженым.

Да и как ей отказать, когда она слова вставить не давала!

– Вот-вот… вижу, начали улыбаться! Сейчас и яблочки печеные будут. Сядьте-ка, съешьте пирожок. И компотом запейте! Я сама ягоды для него собирала – будто знала, что сегодня Дэйчик ко мне заглянет!

И ресницами своими – хлоп-хлоп, огромными, черными… А пирожок уже тает во рту капитана. Он даже не сопротивлялся – улыбался, жевал и явно наслаждался выпечкой и дружелюбной компанией Жадэ.

Лично мне казалось, что мадам Жадэ все-таки что-то нашему Дэйчику подсыпала. Слишком уж довольный он был после посещения ее лавки.

– Спасибо, обязательно передадим, – улыбнулась хозяйке Эйла, прижимая к себе кулек с выпечкой.

Вышли мы довольные и сытые. На площадке уже топтались наши грифоны – нетерпеливо переступали лапами и косились на кулек.

Следом за нами выскочила мадам Жадэ, замахала на них платком:

– Чего, носатые? Не суйте клювы – не ваше! Отнесете, тогда возвращайтесь – я вам булочек с яблоками дам. А чужое не троньте! Это Дэйчику!

Грифоны сверкнули глазами, но возражать не стали – видимо, знали, что спорить с хозяйкой кондитерской лавки бесполезно. Чуть присели, принимая нас на широкие спины, и поднялись в небо.

В большой зал замка мы вошли в розово-алых лучах заката, щедро разливавшихся по комнате через огромные окна.

Дэй уже был в кругу ребят – прямо на полу, на шкурах и пледах, расстеленных служанками. Капитан, как всегда, проводил вечерний опрос. Ребята отвечали. Увидев нас, Дэй коротко кивнул, давая понять, чтобы мы не шумели и садились, принимая участие.

Эйла, осторожно обойдя всех, подошла к капитану и сунула ему кулек в руки.

– Мадам Жадэ… – понимающе протянул капитан, и на губах его скользнула легкая, едва различимая улыбка.

– Мне кажется, она в вас тайно влюблена, – подмигнула Эйла, и ребята тихо засмеялись.

Дэй вздохнул и бросил укоризненный взгляд на имперцев.

– Эх, – протянул Пайт, – жаль, не в меня… выпечка у мадам – просто язык проглотить можно!

– То-то я и вижу, – подметил капитан. – Что кого-то скоро ни один дракон на спину не возьмет – не потянет вес.

Ребята уже вслух расхохотались.

– Не… а чего? – надулся Пайт. – Не такой уж я и тяжелый!

– Но на твоем месте я бы поменьше заглядывал к мадам Жадэ, – рассмеялся один из ведьмаков.

– Успокоились, – перебил всех Дэй. Хотя в глазах на секунду появились веселые искорки, но они тут же затухли. – Пайт, с сегодняшнего дня – к мадам Жадэ только в моем сопровождении. Продолжаем вспоминать сегодняшние лекции.

Он прижал кулек к себе – да так и просидел с ним в руках до завершения опроса.

Эйла в повторении прошедших лекций не участвовала. Да и к чему ей – она и так дракон. Девушка просто сидела на ступеньке у камина. Огонь в нем горел неторопливо, выбрасывая вверх острые язычки пламени.

В Дайкаре вообще-то было тепло – и ночи стояли иногда даже душные, почти летние. Но этот камин все равно зажигали по вечерам. Мне казалось, что это делают для того, чтобы в большом зале было уютнее. Да и жара от его огня я не ощущала – словно он был миражным.

Принцесса изредка вмешивалась в ответы: объясняла, где ребята не совсем правы, как лучше выстроить взаимодействие в связке, где возможны ошибки и как поддерживать друг друга во время полета с драконом.

Пока что у нас не было ни одного по-настоящему слаженного вылета – не получалось. Ребята старались, но без связи с драконом это было почти невозможно. А именно с ней у них были проблемы. А я старалась не показывать, что умею летать на драконах даже без всякой связи. Все-таки не один раз бывала на спине Райша – и навыки не растеряла.

Когда опрос завершился, Дэй отпустил ребят. Мы с Зейном уходить не торопились. Капитан посмотрел на нас, потом оглянулся на Эйлу у камина и произнес:

– Я вас слушаю.

Принцесса подошла и присела рядом со мной.

Капитан проследил за ней взглядом.

– Вы никогда не участвуете в наших вечерних беседах, принцесса. И если вы сегодня здесь, значит, хотите мне что-то рассказать.

Мы с ребятами переглянулись, и Эйла кивнула:

– Капитан, мы сегодня, как обычно, заходили к Нику…

– Слышал, – тут же отозвался Дэй, – он начал что-то вспоминать… но пока далеко не все. – О Мэй и Кае он по-прежнему ничего не помнит. Хотел сам к нему заглянуть, но семейные дела отвлекли. Так что там у вас?

– То, что может вас заинтересовать, – Эйла прищурилась. – И мы хотели обсудить это с вами.

Дэй приподнял бровь. В отблесках камина тень легла на его лицо, делая черты резче.

– Слушаю, – коротко произнес он.

И мы рассказали. Вернее, рассказывала Эйла. Капитан слушал внимательно, не перебивая. Лишь когда она замолчала, чуть нахмурился и задумчиво произнес:

– Может, он ошибся? Все-таки проблематично разглядеть с башни, что именно происходило внизу…

– Драконью сталь трудно не заметить, – покачала я головой. – Этот отсвет в глазах ни с чем не спутаешь. Тем более вы сами передавали ее Каю – и прекрасно видели, как она выглядит. И Ник, и Зейн тоже тогда были. Нет, если в глазах ведьмы была драконья сталь, Ник не мог ее ни с чем перепутать.

Дэй задумчиво почесал висок.

– В этом вы правы. В моменты взаимодействия ее отсвет можно заметить издалека… Но как она могла попасть к ведьме храма Темной Луны?

Мы с Зейном переглянулись. Когда мы гуляли в парке после того, как посетили Ника, мы уже все обсудили.

– Знаете, что мы думаем, капитан, – сказал Зейн. – Все это очень странно. Вряд ли ведьмы использовали сталь Сель. Без нее эта паршивка не смогла бы повелевать драконьей стаей. Значит, у жрицы – своя сталь.

Дэй нахмурился.

– Предположим…

Зейн придвинулся чуть ближе к капитану:

– Вспомните, первые зараженные пришли к нам из Деймара – как раз из их Института артефактов. И все, что они успели передать, – это то, что «искра якобы затухла». А что, если это уже тогда было ложью? Если сказали ровно то, что мы должны были услышать?..

Дэй мрачно смотрел на нас.

– Это очень плохо, – тихо произнес он. – Если ты прав, выходит, нас обманули. И искра все это время была у ведьм. Тогда возникают совсем неприятные вопросы… Кто им ее передал? Искра ведь была артефактом особой секретности, и знали о ней лишь немногие. И зачем ведьмам искра?

– Значит, кто-то из этих «немногих» и передал, – уверенно заявила Эйла. – И зачем – становится понятно. Как мы знаем, искаженную можно уничтожить драконьим пламенем. Искра – часть этого пламени, магия самой драконьей сути. И я очень подозреваю, что ведьмы использовали ее, чтобы подчинить искаженную магию.

– Умно, – протянул Дэй, и нахмурился так, что у него между переносицей образовались складки. – Вот только одна искра не способна удерживать всю мощь искаженной. Она ведь не следует за верховной ведьмой по пятам. Искаженная магия растеклась почти по всей империи Виренаара. Если она подчиняется верховной, то как жрица управляет ею на таком отдалении?

Принцесса пожала плечами.

– Хотела бы я это понять. Но зато теперь мы точно знаем, что верховная ведьма и Сель связаны. Нападение на Нарлар шло с двух сторон – искаженные и драконы действовали вместе.

Она замолчала на мгновение и добавила уже тише:

– А теперь подумайте… кто руководит Сель?

– Нейт, – хрипло выдохнул Дэй, сжав кулаки.

Повисла тишина. Даже огонь в камине будто стал гореть тише.

Эйла смотрела прямо на капитана.

– Имел ли Нейт доступ к Институту артефактов? И мог ли он взять оттуда драконью сталь?

– Может, и мог… – тихо произнес Дэй. В глубине его глаз заиграли злые темные смерчи. – У Нейта, как оказалось, слишком много приверженцев. Но все же остается вопрос: как использована сталь? Ее слишком мало, чтобы удерживать всю искаженную магию…

– А может, она не одна? – вдруг выпалил Зейн. – Откуда вы знаете, сколько ее осталось? Из данных Института артефактов? Того самого, что потом передал искру Нейту? Насколько мы можем доверять руководству этого института?

Дэй резко изменился в лице.

– Ты хочешь сказать, что они причастны к появлению искаженной магии? И что они изначально были вместе с Нейтом?

Мы все переглянулись.

Дэй посуровел.

– Я уверен, что существовала только одна искра. По крайней мере, помимо той, что была в нашей академии. Еще во времена правления моего деда он возил меня туда и показывал ее… И… – он осекся.

Эйла вздохнула.

– Вам могли и солгать. Если в Академии артефактов действительно есть еще искры, это может быть крайне опасно для моего народа. Вы понимаете, что подчинить черного дракона почти невозможно… но воздействовать – вполне реально. Сколько на самом деле этих искр осталось в Деймаре?

Дэй побледнел.

– Если нам лгали изначально, то… я не знаю.

Принцесса покачала головой.

– Дэй, вы ведь понимаете, что драконья сталь – это, по сути, магия драконов. Сила, способная быть невероятно агрессивной, если ее использовать в чьих-то умелых руках. И если она там не одна…

Эйла замолчала, и они с капитаном молча посмотрели друг на друга.

– Нам необходимо узнать, что происходит в Деймаре, – твердо заявил Дэй. – Если искра и правда была не одна – это вызовет невероятные проблемы.

Эйла кивнула.

– И я считаю, что это стоит обсудить с правителем дайкари. Мы говорили об этом с ребятами, пока были в городе, – я уже отправила гонца к отцу.

Дэй мельком улыбнулся – скупо, одним уголком губ.

– Что ж, – произнес он, окинув нас взглядом, – а из вас, пожалуй, получатся отличные стратеги.

Я тоже не смогла сдержать легкую улыбку. Похвалу от капитана услышать – редкость.

Но радость тут же сменилась грустью.

Кай бы гордился мной…

Я отвела взгляд, чтобы никто не заметил предательской тоски в глазах.

Эйла поднялась.

– Уверена, правитель уже получил мое донесение и ждет нас.

Мы все встали следом за ней.

Принцесса оказалась права. Когда грифоны донесли нас к верхнему залу замка, правитель Аширашир уже был там. Вместе с ним – Дерлариан. Они о чем-то говорили, но смолкли, едва мы вошли.

Все, что мы рассказывали Дэю, Эйла пересказала и отцу.

Тот слушал внимательно, не перебив ни разу.

А потом долго молчал, в то время как Дерлариан что-то снова тихо говорил ему на ухо. Правитель покачивал головой, иногда хмурился. И когда начальник стражи наконец выпрямился и отступил немного, Аширашир произнес:

– Если все, что вы говорите, правда… – он сделал паузу, явно осмысливая сказанное, – выходит, Верховная ведьма использует драконью сталь, чтобы подчинять искаженную магию. Это вполне возможно… хотя и немыслимо. Я впервые с таким сталкиваюсь. По идее, это вероятно… Но чтобы попробовать использовать ее, нужно быть очень большим смельчаком. Удержать в подчинение искаженную, опираясь только на одну искру, практически невозможно…

Дэй шагнул вперед.