Средневековье, да не дай боже. Я поморщилась, когда холодные пальцы нырнули в светлую копну волос, вытягивая шпильки. Пряди водопадом легли на спину, и стало так хорошо, что словами не описать. Бедные женщины этого времени, лишённые удобной одежды и с вычурными причёсками. И бедная я, привыкшая к современности и теперь вернувшаяся к «древности».

– Можешь быть свободной, – махнула я рукой, намереваясь прямо сейчас залезть в постель.

– А как же ванна? – пробормотала служанка, наконец поднимая своё лицо и глядя на меня.

Невинная мордашка, но глаза выдавали презрение. Верно, она поэтому и держала взгляд всегда прикованным к полу, лишь бы ненароком не посмотреть на меня. Ей явно не нравилось моё общество, но работа есть работа. Не думаю, что прислуживать ненужной жене принца – почётная должность, скорее наоборот, повод для насмешек.

– Она разве готова? – равнодушно обронила я, проходя мимо девушки. – Не желаю терять время, и так ночь в самом разгаре. Ступай.

– Как прикажете, – ответила девушка, и мне послышалось раздражение в её голосе. – Доброй ночи, Ваше Высочество.

Оставшись в одиночестве, я быстро побежала к кровати. У меня не осталось сил смотреть по сторонам, поэтому я с разбегу плюхнулась на мягкий матрас. Холодный шелк прильнул к телу, отчего я расплылась в блаженной улыбке. Камин в спальне не горел, но мне давно стал по душе холод. В больницах, где я проводила почти всё своё время, всегда не хватало нормального отопления.

Так что даже лёгкая прохлада, которая стояла в спальне, не помешала мне растянуться на огромной постели. Укрывшись тонким покрывалом, я потянулась, разминая мышцы и спину.

– Хорошо-о-о, – протянула я, обнимая подушку и прикрывая глаза. – Спать, все мысли подождут. Как говорила Скарлетт, подумаю об этом завтра…

Глава 3

Утро пришло нежданно, обрушаясь на меня солнечными лучами. Застонав, я перевернулась на другой бок, пряча лицо от надоедливых лучей. Шумела уборщица, как обычно, убирающая палаты рано утром, перед пересменкой. Я привыкла к лёгкому шуму, что сопровождал пожилую женщину, и уже почти уснула по новой. Однако осознание наотмашь ударило, заставляя открыть глаза.

Я умерла. Попала в новый мир и тут никак не может быть уборщицы. Резко сев, я подтянула покрывало к груди, пряча отвратительную сорочку. Напротив кровати стояла уже знакомая служанка, с тряпкой в руках и ведром воды. На её молоденьком лице проступило злорадство, будто она специально шумела с утра пораньше.

– Ваше Высочество, вы уже проснулись? – вежливо спросила девушка, словно не понимая абсурдности вопроса.

– Да, – хмуро ответила я, с трудом сдерживая раздражение.

– Прошу прощения, – виновато потупилась служанка, деланно опуская взгляд вниз и глядя себе под ноги. – Мне продолжить уборку позже?

– Можешь продолжать, раз начала, – цокнула языком, отбрасывая покрывало.

Опустив ноги на пол, почувствовала тёплый ворс ковра. Служанка, убедившись, что я встаю, вернулась к своему занятию. Тяжесть в теле не стала неожиданностью, как и лёгкая мигрень. Окинув взглядом спальню, удивилась её размерам. Поистине королевские апартаменты, хоть и в запущенном состоянии.

Мебель из тёмного дерева, с резьбой и явно сделанная под заказ. Жаль только делали это лет тридцать назад, судя по потёртостям и потускневшему дереву. Светлые стены, нежно лимонного оттенка, сильно выбивались, и казалось, что сюда просто принесли ненужную мебель со всего дворца. Огромное окно, арочной формы, занимало большую часть стены по праву сторону от кровати. От вида зелёных штор я поморщилась, подавив тяжёлый вздох.

И как только прежняя хозяйка этого тела терпела столь кричащую и негармоничную обстановку? Ужасно жаль её, ведь пробыв здесь меньше дня, мне хотелось всё изменить. Повезло, что развод избавит меня от жизни в этом месте, где даже не могут нормально подобрать интерьер для супруги принца. Плевать я хотела на их отношения, но это открытое неуважение со стороны слуг и управляющего.

Накинув подготовленный служанкой халат, я прошла в ванную комнату. Она напоминала наши, только века так девятнадцатого. Надеюсь, и горячая вода в наличии. Повезло, из серебряного краника потекла приятная водичка, которой я тут же умылась. Бросив взгляд на довольно большую ванну на львиных ножках, не смогла устоять и наспех ополоснулась. Всё же, вчера пришлось ложиться грязной спать. Я этого жуть как не любила, но сил не оставалось знакомиться с местным водопроводом.

Вернувшись в комнату, я застала уже двух девушек в форме горничных. Одетые в одинаковые платья и белоснежные передники, они казались двойняшками. Лишь лица выдавали отсутствие родства, у незнакомой служанки был нос с заметной горбинкой и россыпь веснушек.

– Как вас зовут? Обеих? – решила я уточнить, но от столь простого вопроса они вздрогнули и переглянулись.

– Обри, – представилась первая девушка, которую я уже видела. Указав на свою напарницу, она добавила: – А это Ливи. Мы ведь ваши личные служанки, как вы могли забыть наши имена?

В голосе горничной сквозило недовольство, но я лишь пожала плечами. Будь они более доброжелательны, я бы попыталась объясниться, однако видя их отношение, мне стало плевать. Пусть думают что хотят, не моя забота – их чувства. Подпишу бумаги и уберусь куда подальше из этого гадючника. Уверена, они с нетерпением ждут Лаурентию, которой благоволит принц.

Убрав с лица влажные волосы, я заметила скромный завтрак на серебряном подносе. На кофейном столике, возле узкого книжного шкафа и кресла, расположенных в затемнённом углу комнаты. Тарелка, накрытая крышкой, была всего одна. Рядом с ней чайник и чашка, от которой исходил едва заметный пар. Живот тихо заурчал, и я поспешила к завтраку.

Служанки провожали меня возмущёнными взглядами, будто не понимая, почему я так себя веду. Пока ела яичницу с помидорами, ненавязчиво следила за девушками. Они копошились у большого платяного шкафа рядом, похоже, выбирая платье. Внутри просыпалось любопытство, ведь особых надежд увидеть что-то нормальное я не питала. Скорее всего, нарядов у меня по пальцам пересчитать, ещё и старые, как и сорочка, надетая на меня под халатом.

Увидев платье, чуть не поперхнулась чаем. С трудом проглотив горячий комок, уставилась на тёмное нечто в руках Обри. Девушка торжественно разложила тёмно-лиловую ткань на застеленной постели и довольно потёрла руки.

– А посветлее ничего нет? – выдохнула я, глядя на этот траурный кошмар.

Да в таком только вдовы и ходили, насколько помню историю.

– Ваше Высочество, к сожалению, светлее ничего нет, – покачала головой Ливи, даже не раздумывая перед ответом. – Его Высочество распорядился пошить вам тёмные наряды, поскольку они удивительно подходят вашей внешности.

Вот козёл. Чтобы блондинке и подходили такие цвета? Сказочка, которую съели вместе с логикой и здравым смыслом. Подавив ругательство, рвущееся с языка, прикрыла глаза. Досчитала до десяти и в обратном порядке, старательно подавляя злость к муженьку. Получалось отвратительно, но я всё же справилась. Допив чай, с обречённым видом позволила себя облачить в тяжёлое платье.

Корсаж туго стянул и приподнял аккуратную грудь, и превратил талию в мечту многих девушек. Эх, раньше я бы многое отдала за такую фигуру. Глядя в большое напольное зеркало, в мой рост, критично осмотрела себя со всех сторон.

Красивая мордашка, даже удивительно, что кобелёк не клюнул на неё. Может, он пострашнее любит? Пф, надеюсь, я покину столь дружелюбный дом раньше, чем познакомлюсь с беременной заменой. Служанки мялись за моей спиной, словно раньше девушка никогда не рассматривала себя в зеркале. Хотя судя по тем кадрам, что мне довелось увидеть, прежнюю «меня» не заботила собственная внешность.

– Ваше Высочество, вы и сегодня будете ждать супруга в чайной комнате? – стараясь скрыть издёвку, спросила Обри.

– Нет, я собираюсь в библиотеку, – холодно произнесла я, отдёргивая подол раздражающего платья. – Проведи меня, что-то я запамятовала дорогу.

– Само собой, – недоумённо пробормотала горничная, бросая на напарницу полный недоверия взгляд. – Вы ведь никогда там не были, поэтому я с радостью покажу дорогу. Ливи, ступай на кухню и распорядись подать чай в библиотеку для Её Высочества.

– Хорошо, – слабо кивнула вторая служанка и скрылась за дверью.

Судя по всему, Обри стояла на ступень выше Ливи. И они обе не считали нужным спрашивать у меня, хочу ли я чай. С каждой минутой, прожитой в этих стенах, я всё больше ненавидела его. Стойкость прошлой хозяйки тела поражала, ну или её глупость. Этого тоже не стоит отметать, считая её априори умной. Может статься, она сознательно игнорировала всё это безобразие, считая лучшим решением удерживать брак и верить, что в будущем всё измениться.

«Какой же ты была, бедняжка? – подумала я, выходя из спальни. – Умной? Глупой? Связанной по рукам обязательствами, о которых мне ничего не известно? Как же мне интересно узнать всё…».

Глава 4

Длинные коридоры, виденные ночью, представляли собой запутанный лабиринт. Однако горничная шла так, словно сама строила этот дворец. В отличие от прошлой ночи сейчас здесь слышались чужие шаги, перешёптывания слуг, звонкое эхо голосов, отскакивающее от каменных стен.

Мы нашли библиотеку не сразу, лишь пройдя многие коридоры и залы. Я видела, как на меня глазеют слуги. Их взгляды, колючие и враждебные, сверили спину. Идя за горничной, я словно проглотила палку, создающую идеальную осанку. Никогда прежде я не пыталась выглядеть величественнее, чем в этот день.

Когда перед нами показались двери в обитель знаний, я с трудом подавила вздох облегчения. Плечи чуть расслабились, а по спине прошла волна дрожи. Перед глазами возвышались две створки, каждая выше человеческого роста, украшенные узорами – драконьи силуэты, переплетённые с лозами. Я толкнула дверь, и она поддалась с протяжным скрипом.

И шагнула в иной мир.

Библиотека оказалась огромной. Не просто залом с захламлёнными полками, а целым лабиринтом. Высокие своды терялись где-то вверху, между витиеватыми арками висели люстры, украшенные хрустальными подвесками. Свет падал мягкий, золотистый, будто внутри сияла не лампа, а маленькое солнце.

Ряды полок уходили вглубь, словно бесконечные аллеи. На каждой – сотни книг, в переплётах из кожи и ткани, украшенные тиснением и драгоценными камнями. Некоторые книги были такими старыми, что их корешки облупились и потрескались, другие – сияли свежим блеском, словно их только что принесли из типографии.

Я прошла вдоль первого ряда и провела пальцами по корешкам. Толстые тома с замысловатыми названиями на древнем языке. Пахло пылью, пергаментом и каким-то терпким ароматом, похожим на смесь ладана и трав. Служанка осталась у входа, с явным интересом наблюдая за мной. Пусть смотрит, – хмыкнула я про себя, уходя всё дальше от её липкого взгляда.

– Как будто попала в музей, – прошептала сама себе под нос, с восторгом и трепетом рассматривая фолианты.

Мне не хотелось спешить, поэтому я медленно шла, крутя головой и останавливаясь у прозрачных витрин. Под тонкими стёклами лежали манускрипты в хрустальных футлярах, пергаменты с золотыми буквами, свитки, перевязанные лентами. Некоторые выглядели так древне, что, казалось, прикоснись – и они рассыплются в пыль.