Какая же я дура! Пришла за сексом, он сразу это понял. Ответила на поцелуй – подтвердила. А потом “извращенец и я не за этим”. Снова накрылась одеялом. Боже мой, как же стыдно!

Вот только за что? За то, что пришла? За то, что сбежала? За то, что целовала до одурения? За то, что вспомнила шутку из старшей школы про “возбудим и не дадим”? За что тебе стыдно, Лара?

– Эй, героиня ночи!

В комнату ввалилась Лиза в своем феноменальном шелковом темно-синем халатике, который прикрывал разве что плоский живот с сережкой-пирсингом. Впервые пожалела о том, что отдала подругам запасные ключи от номера. Лиза развалилась на кровати рядом со мной.

– Рассказывай, как он?

– Не знаю, как он, и знать не хочу, – спрятала голову под подушкой. – Дай сдохнуть от похмелья с чистой совестью!

– Ничего не было? Он что, гей? Детка, от тебя может отказаться только гей, – безапелляционно заявила подруга.

Высунула лицо из-под подушки, чтобы глотнуть воздуха и выпалила:

– Он не отказывался, – тут же спряталась обратно.

Голос подруги долетал уже глухо.

– А что не так? Полюбились и разбежались? Ты ждала цветы и конфеты, что ли? – рассмеялась Лиза. – Мужик явно знает, чего хочет. Ну и кого. Вылезай, скромница моя. Пошли хоть позагораем, зря приехали, что ли?

Встала, схватила меня за торчащую из-под одеяла ногу и потянула с кровати. Вот она, младшая сестра-проклятье, которой у меня никогда не было. Ближе к тридцатнику судьба решила исправить эту роковую несправедливость.

– Нееееет! Не хочу, я выйду из номера только сразу в такси до аэропорта. Если встречусь с ним, под землю провалюсь от стыда. Не пойду.

Битву за любовь к подушке с одеялом прервал стук в дверь. Сначала тихий, а потом более настойчивый. Это точно не соня-Асия, у нее тоже есть ключ.

– Не открывай. Вдруг там он!

Спасла ногу из цепкой хватки подруги и спряталась под одеялом целиком. Враг не пройдет и не доберется до священных пяток.

– Он? Уже лечу! – Лиза рванула к двери со скоростью взбесившегося локомотива.– О, нет, не я. Я ей передам. Да. Хорошо. Спасибо.

Хлопнула дверь и на пару секунд в номере повисла тишина, нарушаемая лишь тихим шуршанием. Что там? Я и представить не могла. Платье мое обратно прислал?

Любопытство сгубило кошку, а меня вытащило из-под одеяла примерно наполовину.

– Лара, я не знаю, что ты сделала вчера с этим мачо. Но точно что-то экстраординарное. Тихоня.

Лиза, смеясь, обернулась. В руках она держала здоровенный букет роз, на столике около двери примостилась корзина с фруктами и шампанским.

– Это что такое?

Я выскочила из кровати и подошла. Рядом со всем великолепием еще пухлый конверт. Разумеется, Лизка уже сунула туда свой любопытный нос.

– А там, милочка, три сертификата на спа в этом отеле. All inclusive, детка! Это стоит бешеных денег, так что не вздумай отказываться, – аккуратно положила цветы на пол, на столике им места не осталось. – О, еще конвертик! – вылетел из букета.

Едва успела раньше любопытной подруги схватить записку.

– Это, вообще-то, личное, – показала язык и улыбнулась.

У меня тайн от любимых девочек не было, как и у них от меня. Так что в данном случае вскрыть чужое письмо – это скорее норма, чем крах этических норм.

– Ой-ой, как мы заговорили, – рассмеялась Лиза. – Пойду воды в вазу налью, читай свое письмо, Джульетта.

Ага, Джульетта. Дайте мне нож, пойду выколю себе сердце, чтобы оно не трепыхалось сейчас, как контуженный воробей. Ножа не было, пришлось аккуратно разорвать шершавую бумагу конверта руками.

“Вы слишком напряжены. Вам нужно расслабиться. Отдохните с подругами и ни в чем себе не отказывайте. Простите за всё. Подобного больше не повторится.

М.”

Черт! Черт! Черт! Спрятала конверт с запиской под подушку. Это подругам читать точно не следует.

Он чувствует себя виноватым? Класс. Вот только виноват шикарный мужчина лишь в одном, что случайно вошел в бар тем вечером. Дальше только моя вина. Сама спровоцировала, сама пришла и знала зачем. А потом сдрейфила, еще и обругала его ни за что. Вот идиотка. Стыдно, аж жуть. И ведь обо всех позаботился.

Я внимательно рассмотрела сертификаты в спа, напечатанные на черной матовой бумаге с золотым тиснением. Перевела взгляд на свой будущий опохмел и цветы. Лиза притащила вазу.

– Ну, совратительница, признавайся. Что ты такое сотворила, раз он утром подарки шлет?

– Ничего. Сбежала. Обозвала извращенцем и сделала ноги, – лицо подруги так забавно вытянулось, что я едва сдержала улыбку. – Я не могу, Лиз. Просто не могу вот так с незнакомым мужчиной, даже в люксе с видом на море. Не могу.

Да что со мной творится? То смеюсь, то рыдаю, как кисейная барышня. Если бы не год целибата, подумала бы, что скоро в нашей с котом семье случится прибавление. Вот только в данном случае мне грозит разве что непорочное зачатие. Ну или придется начать верить, как в детском саду, что дети рождаются от поцелуев. Очень страстных, крышесносных поцелуев.

Может, он и прав. Мне нужно расслабиться, но для начала поговорить с ним и все объяснить.

Я слишком старомодна для того, чтобы переспать с мужчиной без обязательств и слишком честна, чтобы заставить его мучиться угрызениями совести. Я слишком. Может, поэтому мне предпочли кого попроще.

***

Мы не самые ранние пташки, поэтому пришли на завтрак в тот самый момент, когда приступ чревоугодия в ресторане достиг своего апогея. Проснулись “совы” и все, кто гуляла вчера до утра.

В эту толпу отлично вписывалась зевающая Асия, которую пришлось насильно вытащить из постели. В обычное время наша балерина начинает свой день на репетиции в семь утра и заканчивает в девять вечера с последней группой кружка для будущих прим. На отдыхе же хрупкая и тонкая принцесса превращается в бурого мишку, может сутками не вылезать из кровати. Видимо, восполняет запасы энергии.

Потолкавшись среди шумных туристов, я все-таки урвала себе глазунью, несколько тостов с сыром и какой-то освежающий лимонад. Кофе или чай с похмелья казались мне худшими напитками в мире, да и обилие еды не прельщало. А вот Лиза не скромничала и не считала калории, как мы с Асей: блинчики с джемом, круассан и огромная чашка кофе с тремя ложками сахара.

– Что? – уселась вместе с нами за освободившийся столик и поправила бретельки купальника. – У меня все уходит в главное! За это мужики и любят, а вы жуйте свою траву и яйца сколько угодно.

Одарила убийственной улыбкой какого-то студента, тот чуть не вписался вместе с подносом в идущего навстречу пузатого мужчину с красным лицом.

– Я нормально питаюсь, – фыркнула и заставила себя проглотить кусок яичницы.

– А я люблю траву, – пожала плечами Ася, с аппетитом наворачивая какой-то хитрый салат, состоящий, кажется из одних зеленых листьев и мелких кусочков апельсина.

По коже пробежал озноб, на меня кто-то смотрит. Я всегда это чувствую. Обернулась в поисках пожирающего меня взглядом нахала и закашлялась, подавившись тостом. Мужчина усмехнулся и взял в руки свой бокал с мятный коктейлем, таким же, как у меня. Поднес к губам, мол, запейте.

А то я не догадаюсь!

Снова сидит за неприметным столиком в углу, опять перед ним раскрытый ноутбук. Трудоголик. Трудоголик, который очень хорошо целуется. Губы защипало то ли от льда, то ли от воспоминаний о вчерашнем вечере.

Надо поговорить. Это шанс.

Встать сейчас из-за стола, подойти и все объяснить. Вот только ноги ватные, сердце решило убиться о ребра окончательно и превратиться в кровавую отбивную. Нервы. Надо было выпить.

– Простите, будьте добры шампанского, – поймала проходящего мимо бармена.

– Лара, ты пьешь с утра? – Лиза не донесла до рта кусок блинчика. – Они утром не работают официантами.

С трудом я отвлеклась от горячего мужчины с ледяным взглядом и посмотрела на подругу. Она была права. Обычно на завтраке такие заказы никто не делал, сотрудники обслуживали здесь гостей только вечером, но ради меня почему-то сделали исключение.

Через несколько минут перед нами стояла холодная бутылка, а не очень симпатичный турок в белой рубашке уже разливал по фужерам игристое.

– Лара, с тобой все хорошо? – Асия чуть склонилась ко мне через стол.

– Да, все, нормально, – осушила до дна.

Налила себе еще и снова выпила. Холодный напиток пролетел внутрь, щекоча пузыриками гортань.

М, вкусное. Интересно, что за шампанское? Приподняла бутылку и присмотрелась к этикетке. Что? Дом Периньон 2005? Да она стоит больше, чем вся моя поездка! Откуда вообще такой алкоголь в Турции, раю для бюджетного отдыха в красивых отелях?

– Опять записочка!

Обрадовала внимательная Лиза и подцепила темно-синим ногтем со стразой кончик бумажной карточки. Послание снова пришлось спасать буквально в молниеносном броске.

“Ешьте осторожнее. Не буду вас смущать, уйду работать в другое место. Отель большой. Постараюсь с вами не пересекаться.

Это подарок. Не думайте о деньгах.

М.”

Посмотрела туда, где несколько минут назад сидел горе-шикарный мужчина, но его и след простыл. Ни ноутбука, ни очков, ни холодных голубых глаз.

– Это от него? От него? – буквально подпрыгивала на месте Лиза.

Асия же смотрела на нас удивленными глазами. Да-да, кто-то в очередной раз проспал все приключения. Пришлось быстро вводить подругу в курс дела.

Матвей

Пора валить. Документы почти готовы, собирать вещи и валить отсюда, куда подальше. Какого лешего я учудил? Шампанское? Утром? Один взгляд карих глаз, волна её смущения сбила с ног и меня тоже. Сам не понял, как подозвал к себе официанта, узнал, что она заказала и велел принести свое любимое. Оставил идиотскую записку, как дурак.

Перед глазами все еще утренняя фантазия и острое желание увидеть такое пробуждение в реальности. К счастью, инстинкт самосохранения работает лучше, и вот я уже драпаю с ноутбуком подмышкой в свой люкс, как нашкодивший мальчишка. Улыбка с губ не сходит. Успел заметить, как она опрокинула два бокала.

Надеюсь, они не пойдут сразу на пляж.

Глава 4

Лариса

Разумеется, после завтрака мы первым делом пошли на пляж. Нужно успеть позагорать, пока солнце не раскочегарилось на полную. В плюс сорок на песке делать нечего, разумеется, если ты не хочешь поджариться до румяной корочки.

Ух ты! А после трех фужеров шампанского жизнь начинает играть новыми красками. Трава зеленее, солнце ярче, море голубее… ой, что-то не то. Я рухнула на свободный шезлонг. Голова слегка кружилась, но было так весело, что хотелось танцевать и обнять весь мир.

– Я в тенек, – улыбнулась Асия, обладательница светлой кожи, которая имела прекрасное свойство сгорать за пару минут до состояния помидоры.

Девушка спряталась под зонтиком и принялась усиленно намазывать лицо кремом.

– Ох уж эта прима балерина. Лар, ты идешь плавать?

Лиза быстро рассталась с полупрозрачным пляжным платьем, которое больше открывало, чем прятало. Осталась в ультра-откровенном белом бикини, что с её аппетитными формами нереально смело и травмоопасно для неокрепших мужских умов.

– Само собой!

Высвободилась из короткого пляжного сарафана без бретелек. Мой открытый бордовый купальник был значительно скромнее, зато так приподнимал грудь, что мужчины на пляже никогда не запоминали мое лицо.

Ходить по песку после шампанского, как плавать по морю в шторм. С трудом, но держала себя в руках и пыталась не мотаться. Хи, как будто в школе с дискотеки иду. Сейчас мама ругаться будет! К счастью, мамы здесь нет, иначе точно достала бы ремень.

Ничего, сейчас окунусь в воду и приду в себя.