– Селезнёва! Ты что, ночью таз с бургерами съела? Посмотри на свой зад, это же корыто! – проорал он одной и тут же, переключив своё внимание уже на другую конкурсантку, обратился к ней: – Лебедева, ну куда ты в это декольте сиськи свои пихаешь? Поменяйся с Пархоменко, посмотри, она тонет в платье. Я точно лишусь репутации своей! И зачем я подписался только, – сказал, театрально закатывая глаза и обмахиваясь гламурным веером.

Как бы мне так пройти, чтобы он меня не заметил, этот, как его там, Георгий. Аккуратно пробираюсь в удобный угол, а сама думаю: «Угу… как же, лишится он репутации… Видать, не мало ему отец заплатил, раз из столицы приехал».

– Щеглова! Куда это ты крадёшься? – гаркнул стилист, увидев меня.

«Чёрт, чёрт, заметил всё-таки… до чего ж противный у него голос».

Остановилась, но не сразу повернулась к нему – провела по голове ладонью, терпеливо вздохнула и только после обернулась. Улыбнувшись, произнесла:

– Добрый день, Георгий.

– Ты мне зубы не заговаривай, быстро подошла ко мне, – рыкнул он. «Раскомандовался», – шепнула мысленно, но приблизилась к нему. – Будь любезна, сотри это с себя, – сказал и бросил взгляд на мои платья.

– Что стереть? – недоумевала я.

– Улыбку, которую ты приклеила к своему лицу, – буркнул стилист, а я только закатила глаза. – Так, идём со мной, я сам приготовил для тебя платья. Ты же понимаешь, что тебе я делаю исключение, потому что ставки ставлю на тебя.

Какое же он брехло. Значит, папа всё-таки купил этот конкурс. Если у меня ранее и были какие-либо сомнения, то после этих слов они улетучились. «Интересно, если я упаду на сцене, корону всё равно мне отдадут?» – пулей пронеслась мысль.

– Щеглова! – громкий окрик стилиста вывел меня из раздумий. – Снимай с себя эти тряпки, будем из тебя королеву делать… Хотя нет, пожалуй, всё же принцессу, может, твой принц тебя уже в зале дожидается, – от слов Георгия я мечтательно улыбнулась и прижала стильное платье, выданное стилистом, к себе. – Живо переодевайся, через полчаса начало, смотри, замечталась она раньше времени! – командовал между тем он, манерно помахивая веером.

*****

– Меня мандраж бьёт, – произнесла кто-то из девочек позади меня.

Мы все, одна за другой, встали перед выходом на сцену, пока ведущий произносил вступительную речь. А Георгий выхаживал вдоль нас на шпильках и в тунике, накинутой поверх узких брюк, и говорил:

– Соберитесь, сейчас ваш час. Дерзайте, карьера модели и начинается после вот таких маленьких неприметных конкурсов, как “Мисс универ”…

Я его не слушала, ушла в свои мысли. «А может, случится чудо, и папа всё-таки придёт? Мне было бы приятно».

– Пошли-пошли! – раздался вновь писклявый голос Георгия.

Я встрепенулась, взяла себя в руки и сделала шаг на сцену.

ИльХан

Весь путь, пока ехал до университета, сидя сзади на пассажирском сиденье, поправлял чёртов галстук – не люблю костюмы и тем более галстуки – кажется, что на меня накинули удавку. «Чёрт бы его побрал!» – тихо матерился про себя.

Мы подъехали к универу к самому началу. Взяв с сиденья продолговатую крафтовую коробку, вышел из машины. Своих людей я оставил на парковке, а сам отправился внутрь. Как почётного гостя, меня сопровождал в актовый зал ректор.

– Скажите, а что случилось, почему же сам Леонид Николаевич не пришёл, мы все так его ждали, – интересовался он, пока мы шли в зал.

– У него скопилось много дел, он не смог их перенести, – я не стал вдаваться в подробности.

– Как жаль, как жаль… ну что ж, присаживайтесь, – указал на моё кресло.

Сев, я удовлетворённо откинулся на спинку, мысленно подметив, что с этого места сцена как на ладони. Терпеливо ждал, пока ведущий закончит свою долгую речь и конкурсантки выйдут на сцену. Меня интересовала лишь одна, я следил за ней взглядом затаившегося зверя и держался в тени, она же кидала украдкой взгляд в зал. «Папашу ищешь, принцесса?» – вопрос повис в моих мыслях. Тут я услышал, как позади меня два прыщавых студента шёпотом обсуждали конкурсанток, и медленно повернулся вполоборота, чтобы не привлечь их внимание.

– Какой цветник… О… смотри, смотри, вон та блонди в голубом платье, она из какого потока?

– Кажется, с журфака.

– Я бы ей вдул… Вот это у неё попец… виляет-то как… – мечтательно произнес юнец.

– Ага… классная тёлка, – согласился с ним собеседник.

Поняв, что речь у парней зашла о Щегловой, я повернул голову в их сторону.

– Сейчас конкурс закончится, и я вдую каждому, а пока у вас есть время до окончания, чтобы решить, кто из вас хочет стать первым, – сказал в побледневшие лица парней и отвернулся обратно. Я умею быть убедительным.

К концу конкурса купленная корона ушла по назначению – Щегловой. Зря толстяк покупал судей, корона и без того была бы её. Улыбка озарила радостное лицо девушки, она смотрела прямо на меня, полагая, что в этом самом кресле её отец – в зале царила полутень, поэтому она не могла разглядеть, кто же конкретно в нем сидит. Снял крышку с коробки, достал из неё белую розу, подаюсь чуть вперёд, выходя из тени, и не без удовольствия наблюдаю, как меняется лицо принцессы.

Глава 5. Ева/ИльХан

Ева

Думала, что споткнусь, когда показывала свой танец, но всё обошлось. Не теряя надежды, пыталась разглядеть в зале ряд, где, как правило, сажают почётных гостей. Заметив лишь крупный силуэт, я подумала, что это, скорее всего, мой отец, во всяком случае, я так увидела или просто хотела в это верить. И весь конкурс выступала с этой мыслью, думая, что отец мной должен гордиться, несмотря на то что он знает итог сего мероприятия. В самом конце, когда уже объявляли, кто станет «Мисс универ», сердце всё равно заходилось от волнения. Когда же объявили меня победительницей, чувство чего-то прекрасного охватило меня настолько, что на глазах непроизвольно выступили слёзы. Как только почувствовала на голове приятную тяжесть от короны, не покидало ощущение, что с этого самого момента моя жизнь изменится. И плевать на шёпот, что доносился мне в спину от девочек: «Да я так и знала, папочка постарался», «Ага, кто бы сомневался». В эйфории с широкой улыбкой поворачиваю голову, ожидая, что увижу всё же отца из полутени. Но моя улыбка медленно сползла, когда из тени показался мужик, которого никак не ожидала вообще когда-либо увидеть в своей жизни. Его взгляд был полон злобы, и я больше ничего не слышала, лишь смотрела расширенными глазами на него и на то, как он медленным жестом поднёс к своему ужасному лицу белую розу и вдохнул её аромат. Меня передёрнуло.

– Щеглова… твою мать! – прошипел Георгий у моего уха. Я повернулась нему на автомате. – Ты оглохла? – хлопая в ладоши и выпучив на меня свои маленькие глазки, всё так же продолжая держать улыбку, сквозь зубы произнёс: – Улыбайся-я… Что с лицом?

– Что? – спросила я.

– С лицом, спрашиваю, что?

В этот момент мне кто-то вручил букет, я инстинктивно прижала его к себе и растеряно ответила:

– С лицом ничего, я… – повернула голову обратно в зрительный зал, но на том самом месте уже никого не было, в кресле осталась лишь одинокая роза как доказательство того, что мне вовсе не померещилось…

Мероприятие длилось почти до восьми вечера. Наконец меня отпустили, вручив какой-то сертификат. Я даже не посмотрела на него, в то время меня интересовало совершенно другое, и в голове билась лишь одна мысль: «Зачем этот мужик пришёл? Чтобы вновь напугать меня? Может, он вообще маньяк, которому в удовольствие пугать людей, в частности, девушек?»

Шла к парковке в вечернем платье и с короной в пакете – не стала переодеваться, хотела скорее добраться до дома. Ноги гудят от шпилек, как заберусь в салон, скину их. Подошла, но что-то ни водителя моего, ни машины не вижу. Стала оглядываться – да где же он? Наконец заметила, что ко мне бодрым шагом идёт улыбчивый мужчина в униформе водителя и в фуражке. «Маловат костюм в плечах, будто бы и не его форма», – присмотревшись, мимолетно подумала. Как-то напряг этот факт. Я нахмурилась и посмотрела в сторону входа в университет – студенты выходили, шумно обсуждая конкурс, кто-то мне махал рукой, кто-то выкрикивал поздравления. Меня успокоило, что я не одна – здесь достаточно людно.

– Здравствуйте, Ева, – учтиво поздоровался подошедший.

– Вы кто? – с подозрением поинтересовалась я.

– На сегодняшний вечер я Ваш водитель, меня отправил за Вами Ваш отец, Леонид Николаевич.

– Зачем? – я сразу же полезла в сумочку за телефоном и стала набирать папе.

– У Вас большая фотосессия, я Вас довезу до студии.

– Фотосессия? Но я хотела… А что, нельзя отложить до завтра? – в надежде спросила я.

– К сожалению, никак – водитель развел руками.

– У папы телефон выключен…– растеряно посмотрела на мужчину, услышав в трубке автоматический ответ.

– У него небольшие неприятности, и он сейчас отдыхает. Я водитель студии. Леонид Николаевич хотел Вам угодить, наши услуги довольно недешёвое удовольствие, не расстраивайте родителя. Ну если вы хотите отказаться, то вам надо…

– Нет-нет, что Вы, конечно, поехали…– поспешила ответить я.

Подойдя к чёрному тонированному внедорожнику устрашающего вида, остановилась. Сразу закралось неприятное предчувствие. Увидев мою реакцию, водитель поспешил успокоить:

– Выбор Леонида Николаевича пал именно на эту модель, хотя мы предлагали жемчужный мэрс.

– Да? Странно, он вообще не любит габаритные машины, – сомнение всё ещё не покидало мня.

– Нам так не показалось. Он твёрдо заявил о своём решении, – передо мной открылась задняя дверь. – Прошу Вас, Ева, – и водитель сделал приглашающий жест рукой. Подумала, что я уж чересчур придирчива к деталям, а всё из-за того мужика. Ну вот, снова вспомнила, да уже чёрт с ним. Выкинув из головы остатки сомнений и нерешительности, я сделала твёрдый шаг и поднялась по ступени, не без помощи водителя, конечно, в салон этого шикарного автомобиля. За мной тут же захлопнулась дверь. Как только водитель сел на своё место, сразу же завёл двигатель, поправил зеркало заднего вида и обратился ко мне:

– В баре шампанское с клубникой.

– Это тоже от папы? – удивлённо спросила, когда увидела в ведёрке со льдом запотевшую бутылку «Кристал».

– Нет… это от нашей компании.

«Ого, это даже для папы круто. Интересно, что за компания такая?» – задала себе вопрос. И всё же странноватый тип этот водитель. Я сочувственно посмотрела на натянутую материю его пиджака и снова перевела взгляд на бутылку «Кристал», по которой тонкой струйкой сбегала испарина. В горле сразу пересохло, захотелось пить, но точно не шампанского.

– А простой воды у Вас не найдётся? – обратилась к водителю.

– Нет, – сухо ответил он и завёл двигатель. Все кнопки на дверях разом сработали на блокировку, и этот звук меня напугал. – Не нервничайте, поездка будет лёгкой и быстрой, – поспешил успокоить меня мужчина. Я подумала, что с моей стороны будет неправильно, если стану пренебрегать угощением, и потянулась к бутылке шампанского. Пробка была приоткрыта, так что открыть её особого труда не составило. Наполнила рядом стоящий фужер и сделала глоток. М… вкусно. Я глотнула ещё и, окончательно расслабившись, откинулась на кожаное сиденье и вздохнула… Как же хорошо! Прикрыла глаза, а водитель мягко вырулил с территории универа, вливаясь в поток вечернего шоссе. От звука вдруг включившегося механизма я выпрямилась на своём месте – между нами стала подниматься разделительная ниша. Посмотрев в зеркала заднего вида, поймала ухмылку водителя, и, прежде чем окончательно меня скрыть от водителя, он ещё и подмигнул. Последнее мне крайне не понравилось. «И хорошо, что до конца поездки я его не увижу», – удовлетворённо вздохнула, допив вкусное шампанское. Как же я устала… Больше никогда… никогда-никогда не стану участвовать в такого рода мероприятиях, и пусть папа обижается, но это так выматывает. В какой-то момент я почувствовала, как мои веки тяжелеют, и я засыпаю… Сквозь дрёму до меня стали доноситься мужские голоса, я закряхтела, кажется, у меня правая сторона затекла. М…Через какое-то время открыв глаза, увидела, что дверь с моей стороны была открыта настежь. «Сколько же мы ехали?» – спрашиваю себя, вслушиваясь в голоса снаружи.