Татьяна Гутиеррес: Первый поцелуй Анны

Глава первая

Так, так…Главное успокоиться и не паниковать. Сейчас зайдем, мило улыбнемся, поздороваемся, и быстро за парту, как ни в чем не бывало. Ведь не обязательно оправдываться. Или обязательно?

Вы не подумайте, у меня нет воображаемого друга, просто, когда я разговариваю сама с собой, всегда говорю о себе во множественном числе. Как будто мое внутреннее «я» пытается вразумить внешнее. К тому же, так веселее.

И что я сейчас наплету? С каждым шагом все больше и больше меня охватывает паника, а внутри нарастает тревога. Все было бы не так страшно, если бы это не был мой второй день в новой школе. И не просто в новой школе, а в новой частной школе. А это означает, что там учатся дети богатых родителей. Такие не прощают оплошностей. Хотя, конечно, всех под одну гребенку не стоит…Но все же, вы меня понимаете. В голове одни дурацкие варианты:

а) Самолет упал рядом с нашим домом – я себе это не раз представляла. Я, вытирая пот со лба, перемазанная грязью, тащу на себе жертву катастрофы на фоне взрывающегося двигателя. Спасаю перепуганных окровавленных людей, чтобы они потом по телевизору рассказывали: «Если бы не эта девочка, нас бы здесь уже не было…» А я такая: «На моем месте каждый поступил бы так же…»

б) В дом забрались воры – более реальная ситуация, и ее я тоже много раз проигрывала в голове: я успеваю схватить на кухне нож, изображаю Джеки Чана, хотя, если честно, терпеть его не могу. Запираю их в кладовке и вызываю полицию. Там, кстати, тоже присутствуют репортеры.

в) Должно быть что-то плаксивое, но никак не подберу вариант…Все не то.

А мама еще говорит, что я большая выдумщица. Ха, да я врать-то не умею.

Надо же было так опростоволоситься. Увлечься собственной записью в дневнике и в итоге опоздать на занятия на десять минут! Никогда в жизни я не признаюсь, что писала в дневнике. Под дулом пистолета даже не признаюсь в том, что он вообще у меня есть. Это все равно, что объявить, что ты все еще играешь в куклу Барби. Что, кстати, неправда. Моя Барби не ходит в гости к другим Барби и не пьет с ними чай: это занятие для пятилеток. Она мерит наряды и шьет себе новые (вернее, я шью). У нее есть миниатюрные копии почти всех платьев из маминого последнего Космо. Я, надо сказать, этим очень горжусь. Создать копию дизайнерского платья может не каждый! Подождите еще несколько лет, и того и гляди, мои собственные платья будут красоваться на обложках глянцевых журналов.

Ну вот, вдыхаю глубоко и открываю дверь. Придется импровизировать.

– Здравствуйте, я немного заблудилась в школе, я тут новенькая, – тараторю я с опущенным взглядом и слышу гогот всего класса. И тут происходит самое ужасное – я шаркаю каблуком по полу, и выходит крайне неприличный звук. Ну, знаете, такой, что не поймешь, откуда он исходит…

Вы когда-нибудь проваливались сквозь землю? Нет? Жаль. Мне бы научиться этому у кого-нибудь. Сейчас бы это точно не помешало. Я стою у двери перед двадцатью ошалевшими подростками, которые все еще сидят не за партами, а на них, сплетничают и передают тетради-опросники. Вроде тех, в которых есть вопросы: «Тебе нравится хозяйка анкеты?» или еще лучше: «Кто из мальчиков тебе нравится?» – Ну как будто кто-то станет писать правду! Стою и не могу сдвинуться с места. Слышали они или не слышали? Мне хочется закричать: «Я не портила воздух, это просто пол скрипучий». Но тем самым, думается мне, привлеку еще больше внимания. Может, никто и не заметил. А так точно помнить всю жизнь будут.

Так опростофилиться на второй же день. Может, снова школу поменять? Ладно, все не так плохо. Главное, что учительницы еще нет. Я прохожу на последний ряд и шлепаю рюкзак на стул. На лице – полное отсутствие эмоций, что не скажешь про голову.

Вообще-то я планировала сесть с какой-нибудь девочкой, всю ночь думала об этом. Мы обязательно должны были стать лучшими подругами, и доверять друг другу секреты, кататься на роликах, держась за руки, и вместе делать домашнее задание. Но сейчас, выставив себя полной дурой перед всем классом, мне только хочется уподобиться страусу и спрятать свою растрепавшуюся голову поглубже в паркет, чтобы обо мне поскорее забыли. Да и кто захочет сидеть рядом с пердуньей? Черт возьми, не лучшее начало.

Проходит минут двадцать. Анастасия Юрьевна уже зашла и начала урок. Но я ничего не слышу. Слишком уж много всего нового. К тому же отвлекают сторонние звуки, доносящиеся из открытого окна. Мне так и охота высунутся в него, и оказаться по другую сторону. Увидеть жизнь за пределами сонного класса, вдохнуть глоток свободы.

–Пс…Пс!!! – Я кручу головой и понять не могу, кто это произносит. – Эй, держи портфель! – К своему ужасу, я замечаю чью-то лохматую голову в окне. Он уже перекидывает портфель и мне ничего другого не остается, как этот портфель поймать и водрузить на скамейку рядом.

– Следи, чтобы училка не смотрела!

– А? – я морщу нос, хотя прекрасно сознаю, как это выглядит.

Он подтягивается и в мгновение ока перемахивает через окно.

Я двигаюсь, освобождая место новому знакомому, который с грацией медведя и грохотом самосвала усаживается рядом.

– Опять? Максим, снова за свое? Опоздал почти на целый урок и решил незаметненько зайти? – учительница щурится на моего соседа.

– Эээ, – говорю я и сама не верю тому, что отрыла свой рот. Но меня уже не остановить. – Да он тут с самого начала сидел, Анастасия Юрьевна. Портфель просто упал. Простите. – Невинно хлопаю глазами – в фильмах это помогает.

Теперь на меня таращится весь класс, включая Анастасию Юрьевну и нового лохматого знакомого. Какого черта я вообще взялась его выгораживать? Мало с меня позора на сегодня?

– Ладно, извини Максим. Я тебя не заметила.

– Ух ты! – говорит благодарный сосед. – Спасибо. Я Максим.

– Я уже поняла. – Я закатываю глаза, при этом мои щеки краснеют, выдавая волнение. – Анна.

До самого звонка я так и не поняла, о чем говорила Анастасия Юрьевна. В голове так и крутились посторонние мысли. Дело в том, что, хоть я и не хотела этого говорить, но все же признаюсь: в старой школе я была забитым гадким утенком. Лишний раз старалась не высовываться, и вообще не открывать рот. По натуре я тихоня и от собственной забитости меня уже порядком подташнивает. У меня длинная густая челка, которая с одной стороны чуть поднимается вверх – из-за второй макушки. Мой слегка вздернутый нос и неказистый подбородок совсем не делают меня музой художников. Хотя все остальное весьма сносно: точеная фигурка и длинные ноги дают мне повод для мечтаний о светлом будущем повелительницы подиума, на котором я буду демонстрировать наряды собственного сочинения. Я вообще особа мечтательная, своему будущему завидую очень сильно. И думаю, оно у меня будет гораздо интереснее, чем у тех выскочек из старого класса.

Подводит только одежда. Ее мне покупает мама. С расчетом на то, чтобы было удобно, не марко и тепло. А это означает, что мой шкаф отродясь не видел модной и красивой одежды. Но и сама она одевается точно также: джинсы да рубашки.

Но главный плюс перехода в другую школу – это то, что тебя никто не знает. И у меня есть шанс стать другим человеком. Таким, каким я хочу быть. Придумать себе новый образ, примерить новый характер, и начать совсем другую, гораздо более интересную жизнь. Главное поверить самой в это, тогда все получится. Вот мой план.

Глава вторая

02.09

Дорогой дневник! Я так волнуюсь! Сегодня я иду в новую школу, где, безусловно, меня ждет много чего интересного. До начала занятий осталось всего полчаса. И я решила поделиться с тобой своим волнением.

Теперь, перейдя в другую школу, где меня совсем никто не знает, я стану другой собой. Я это твердо решила и думала об этом весь август. И у меня есть план!

Во-первых, надо познакомиться и подружиться с интересной девочкой. Она должна быть красивой, чтобы мальчики всегда хотели с нами общаться. Мне всегда казалось, что это из-за Катьки ко мне не подходили мальчики знакомиться.

Во-вторых, надо наконец-то встряхнуться и всем показать, насколько я интересный человек. Надо почаще говорить! Говорить на уроках, говорить с одноклассниками. Не бояться!!!!

В третьих…

Утром я не дописала, потому что чуть не опоздала на урок. Но все обошлось. Дорогой дневник, ты никогда не поверишь, что со мной произошло сегодня! Я в буквальном смысле спасла одного мальчика. Жаль, что он не в моем вкусе. А то я бы точно начала мечтать о том, как у нас сложатся отношения. Не то, чтобы я уже не намечтала, как он вырастает и становится красавцем. Как мы дружим, и в итоге женимся.

После урока он подошел ко мне, поинтересоваться, не новенькая ли я, что само собой странно. Но это, видимо, из благодарности. Я только и смогла буркнуть, что да. Развернулась и ушла. Теперь сижу, и бью себя кулаком по лбу.

Как же мне хочется стать другой! Пойду, пожалуй, разложу пасьянс, как у нас сложится с Максимом. А потом за уроки. Всего второй день в школе, а уже заданий до самой ночи. И это называется частная школа. Моя смутная надежда на то, что за ежемесячные платежи за обучение нам не будут давать домашнее задание, растаяла словно пластилин в сорокоградусную жару.

Я закрываю дневник и любуюсь его обложкой. Она выполнена в виде коллажа вырезок из маминых старых журналов. И все фрагменты означают что-то для меня: вот девушка в ванной с журналом – ммм…обожаю наслаждаться пенной ванной и тайком читать мамин Космо; а тут деловая девушка в умопомрачительном костюме – я тоже такой когда-нибудь стану. Или вот эта, мне нравится больше всего: девушка, скрестив ноги, лежит на кровати и делает записи в дневнике.

Я прячу его под нижний ящик стола. Встаю и вприпрыжку бегу делать себе бутерброд с джемом и чай. Я еще не совсем привыкла к новому дому. Переехали мы четыре дня назад, и все, даже наш старый журнальный столик, усыпанный путеводителями по разным странам, и теперь стоящий в непривычном месте, кажется новым. А переехали мы с одной надеждой – видеть папу чуть чаще, чем обычно. Дело в том, что он работает в консалтинге, что-то связанное с бизнес-процессами на предприятиях, ну, я не совсем понимаю, о чем это. И то самое предприятие, на котором он меняет те самые бизнес-процессы, находится как раз минутах в двадцати отсюда. Раньше, когда мы жили почти в центре Москвы, у папы уходило около двух часов на дорогу. Это «туда». «Обратно» он мог ехать все четыре. Однажды, один из сотрудников того самого предприятия сказал ему, что живет в поселке с собственной частной школой, магазином свежей выпечки и всяческими другими благами человечества, и пригласил его в гости. Папа в гости съездил, ему понравилось, и спустя два месяца мы стали счастливыми обладателями первого в жизни нашей семьи собственного дома. Мама тут же начала сходить с ума, оптом закупая журналы по интерьеру и атакуя «Икею» раз в две недели. Но, отдам ей должное, ее старания возымели успех. Дома у нас уютно и очень красиво. Как в журналах, которые перекочевали с арендованной квартиры в наш самый настоящий дом, и теперь валяются по всем углам: на кухне, в туалете, во всех комнатах, и даже на лестнице, ведущей наверх. И да, папу мы стали теперь видеть по вечерам, а не ночам. И это здорово.