– Чтобы ты знала, что именно тебя ждет. – Безжалостно отозвался мужчина. – Он урод, понимаешь? Зловский – убийца. Ему нравится мучить своих жертв, измываться над ними. Именно это его возбуждает, их беспомощность и собственная безнаказанность!

Видя, как я сжалась от его слов и мои слезы, сами собой навернувшиеся на глаза, Илья остановился и виновато поднял руки.

– Прости, прости. Ты же не виновата, я знаю. Мне тяжело держать себя в руках, просто пойми. Девушка на фотографии, – горько продолжил бывший следователь, – моя сестра Кристина. Она работала секретаршей в одной из множества подставных конторок Зловского. С виду ничего такого, просто офис, торгующий какими-то там строительными материалами… но на деле никто никому ничего не продавал. Все для отвода глаз, все для отмывания денег. На тот момент помимо иных совпадений я нашел трех девушек, также работавших на Зловского, но в других местах, в другое время. Все, как ты, как Кристина – стройные, глазастые, с длинными волосами и такой, знаешь, располагающей улыбкой. Типаж, подумал я и попросил Кристину мне помочь. Не официально разумеется, мое начальство не могло о таком узнать, я просто отрабатывал версию… но не мог же я знать, что она влюбится в него и скажет ему об этом в лоб!

Илья замолчал. Смог продолжить, только перебрав фото и вернув их обратно в конверт. Было без слов ясно, что ему невыносимо больно вспоминать прошлое, делиться им вот так, с незнакомым человеком. Буквально вырывать каждый фрагмент воспоминаний из сердца.

– Я помню, как она пришла ко мне и долго кричала. Говорила, что я ничего не знаю о нем, что не понимаю и не смогу понять своим скудным рациональным умишком. Просила оставить Зловского в покое… а потом ее нашли. Такой. На заброшенной стоянке, недалеко от нашего дома. – Илья недобро усмехнулся. – Знаешь, в день ее похорон Зловский позвонил мне, чтобы выразить соболезнования. А ведь если бы он этого не сделал, я бы не поехал к нему тем вечером… я бы… в общем, тогда я в очередной раз все испортил, но уже окончательно. Он подал на меня в суд за угрозы и преследование, а мне пришлось написать заявление по собственному. Но знаешь, что? После этого девушки не перестали пропадать! Последняя исчезла вчера. Я видел, как из его дома среди ночи вывозили ее вещи. Он так делает, живет с ними в своем загородном доме, усыпляет их бдительность, а потом избавляется, как от старых игрушек, ломая и обезображивая. Потому что нашел новую жертву.

Это было странно. Я смотрела на Илью, не находя в душе никакого отклика. Нет, мне было бесконечно жалко Кристину и его самого… но так бывает, когда слышишь о чем-то и заведомо знаешь, что сказанное не может быть правдой. Зловский убийца? Насильник – может быть… наглый, самовлюбленный подонок, заигравшийся в властного босса? Определенно! Но представить его душащим девушку, убивающим кого-то столь изощренно, я просто не могла. Но почему? Ведь всего сутки назад я готова была бежать от него из города!

– И чего ты хочешь от меня? – Сказала я с неожиданным для себя раздражением. – Чтобы я собрала шмотки и свалила подальше отсюда прямо сейчас, среди ночи?

Илья нахмурился и нервно дернул замок на толстовке вверх.

– Что же он такого с вами делает, что вы ластитесь к нему, как кошки? Вот, хочешь? – Он вновь протянул мне желтый конверт. – Тут есть страницы из ее дневника, где она пишет о том, как он трахал ее и как это было для нее прекрасно. Скажи, неужели он так хорош в постели? Настолько хорош, что, вытрахал твое чувство самосохранения в купе с логическим мышлением?

Это было просто ни в какие границы! Я отступила в сторону и с пинка открыла дверь ванной.

– Пошел вон отсюда. – Прорычала я сквозь зубы, едва сдерживаясь от того, чтобы не накинуться на Илью с кулаками. И ведь откуда это во мне внезапно взялось?

– Ладно-ладно, постой! Я погорячился, – мужчина сложил руки в молебном жесте. – Просто пойми меня, я на грани и мне не обойтись без твоей помощи. Он ведь уже пригласил тебя к себе?

Теперь я тоже была на грани. На грани того, чтобы на пинках выставить его за дверь прямо громиле Яну в лапы.

– Мне нужно попасть в его дом вместе с тобой. Я уверен, что найду все, что мне нужно, чтобы доказать причастность этого ублюдка к исчезновению девушек. Если ты поможешь мне, я смогу защитить тебя. Мы вместе защитим всех женщин, которых просто не станет, если оставить все, как есть!

– Илья, я сказала тебе уйти! И если ты не сделаешь этого прямо сейчас, то я придумаю как тебя заставить!

Мужчина нахмурился, но встал с места. Порывисто убрал желтый конверт обратно за пояс.

– Хорошо. Как скажешь. Только выключи свет на всякий случай. Я уйду, да, но ты же понимаешь, что угроза твоей жизни реальна? Алена, просто пообещай мне, что подумаешь над моими словами и позвонишь мне, если все же решишься помочь.

Закрыв за ним входную дверь, я долго стояла в коридоре не включая свет, сверля взглядом непроницаемую темень перед глазами. Примерно такая же теперь была и у меня внутри, ведь даже если Илья прав, то это все равно ничего не изменит. Я просто не смогу в это поверить, не смогу заставить себя в это поверить.

Зловский… умелый гипнотизер или прирожденный хищник? А может все в одном? Он удав, а я кролик, завороженный его пасами… еще пару фокусов, еще, и он съест меня, а я очнусь только уже находясь у него во рту?

Нет, слишком много вопросов к Илье, чтобы поверить ему безоговорочно.

Ведь его уволили, ему не поверили. Так неужели в полиции работают слепцы и идиоты? В нем может говорить горе брата, скорбящего по любимой сестре. Ведь мы по-человечески склонны искать виноватых… в конце-концов Кристина любила Зловского. И где тела остальных девушек? Если Егор такой изощренный убийца, то зачем ему было оставлять ее тело? Мало ли, вдруг на нем бы остались частички его ДНК, отпечатки, которые не удалось вывести. Слишком, слишком много нестыковок. Кроме того, где гарантия, что Илья был со мной до конца честен?

С другой стороны Сашка, моя милая Саша все еще не выходила на связь… Надо развеять все сомнения и просто поехать к ней завтра. Наверняка отсыпается, выключив телефон или и правда легла в больницу.

Из размышлений меня вывела звонкая трель – СМС с незнакомого номера с текстом: «Если поверишь мне, просто позвони.»

Глубокий стон, полный чувственного удовольствия – тела переплелись на черном атласе блестящих покрывал. Мужчина и женщина в лунном свете, льющемся из огромного, распахнутого настежь окна, движутся в ритмичном танце страсти. Ее волосы разметались по подушке, она кусает пухлые губы и запускает тонкие пальцы в его густые пряди, другой рукой с наслаждением проводит по его плечу, ощущая, как под ней перекатываются мощные мышцы.

Движения его так настойчивы, так сладки, что она замирает под ним, хватая ртом воздух. Она смеется, ей мало! Острые коготки девушки впиваются в плоть, требуя еще, требуя больше этих сумасшедших эмоций – и мужчина поддается порыву, отпуская внутреннего зверя…

Боль и секс – ярость неистового желания. В свете полной луны его черты заостряются, покатые мышцы спины темнеют, покрываясь короткой гладкой шерстью, такой же блестящей, как и черный атлас покрывал под их разгоряченными телами. Хищная улыбка мужчины становится звериным оскалом – клыки удлиняются, вырастают новые, опасные, словно целый ряд острозаточенных кинжалов. А девушка все смеется, с вожделением ловя взгляд зверя, пока тот входит в нее, вбивает себя в ее тело снова и снова. Яростно, сильно…

– Я хочу быть твоей, только твоей… – шепчет она хрипло, задыхаясь от подступающего оргазма, – и чтобы ты был только моим! – Кричит она, запрокидывает голову и вдруг давится собственным криком, захлебываясь густой антрацитовой, темной кровью.

Острые черные когти зверя в ее спине, насквозь прошили тело, точно длинными клинками. Мужчина-волк запрокидывает голову и выдыхает нечеловеческий рокот, широко раскрыв пронзительно-серые глаза с карими крапинками в радужках, которые теперь будто раскаленные капли магмы, загораются красным.

Это я раскрываю эти глаза… Я рычу, чувствуя, как сладкой судорогой сводит мое тело, как семя изливается в лоно еле живой девушки в моих лапах и испытываю предвкушение… еще одно сладкое желание, которое она позволит мне утолить, прежде чем испустит дух! Я порывисто опускаю звериную морду к горлу своей жертвы, чтобы впиться в него и вырвать кусок из еще бьющегося в агонии тела…

Я закричала! Мамочки, я никогда в жизни не видела ничего более страшного и гадкого! Этот стальной, солоноватый вкус все еще будто был на моих губах. Я живо ощущала запахи секса, крови, разгоряченных тел на атласных покрывалах, словно все еще была в той комнате вместе с ними. Будто все еще была тем жутким существом!

Я перегнулась через край дивана – меня едва не стошнило прямо на пол. В ванную пришлось ползти почти на четвереньках. Тело сотрясал озноб, но я чувствовала, что горю, будто у меня температура не меньше сорока.

В ванной я забралась в холодный душ и долго чистила зубы, пытаясь избавиться от этого ужасного вкуса. Я до красноты растирала мочалкой кожу, потому что мне казалось, что я все еще чувствую на пальцах липкую бурую кровь. Это было ужасно! Ужасно! Самый страшный сон из всех, что мне когда-либо снились!

Глава 4

Холодные струи воды немного отрезвили меня, заставили перевозбужденное сознание оставить в прошлом отголоски сна – принять, что все это было только плодом моего буйного воображения, а не реальностью. Ведь, если подумать, все предельно логично! Могли ли все обстоятельства минувшего дня подарить мне иное ночное видение? Нет, однозначно не стоит на сон грядущий слушать бывших следователей – вот тебе Алена и весь рецепт от диких, кровавых кошмаров.

И все же сны – это дети нашего подсознания. Но как тогда мне расшифровать этот ребус, в котором я была зверем, который живет в теле Зловского?

Я заварила себе крепкий чай и села на кухне, обхватив горячую кружку заледеневшими после душа руками.

Нужно просто разобраться в себе, вот что! Разложить мысли по полочкам и принять освободительное решение. Почему освободительное? Потому что оно избавит меня от груза сомнений, ведь нет ничего хуже, чем делать выбор, не будучи уверенной в нем до конца.

Зловский хочет отношений со мной? Уф… Еще вчера я готова была бросить все, чтобы не дать ему и шанса вновь увидеть меня, но тот поцелуй, он все изменил… тело ведь не может врать, правда?

По крайней мере одно я знала точно – если сейчас сбегу, то ни за что себе этого не прощу. «Это начало» – сказал он, и я действительно невыносимо хочу знать, каково продолжение. А что? Я свободная женщина, он холостой мужчина. Кроме того, красив, богат и не глуп. Да, я бегала от него, как мышка от голодного кота, но в сущности, даже если это и приключение на один уик-энд, то какое! Ммм… этот поцелуй просто сорвал паруса с моего корабля и теперь он лежит на мели, не имея сил сдвинуться хоть в каком-нибудь направлении.

Ах, Егор… настоящий злодей. И фамилия-то у этого подонка говорящая!

Но с другой стороны, какова цена его поцелуев? Что, если Илья Охотников прав и она слишком высока?

Мне вспомнились яркие серые глаза моего ночного кошмара и то, как алым вспыхнули в них карие крапинки, рассыпанные по радужке.

Может, я слишком глубоко копаю и подсознание пытается сказать мне именно это? Егор Зловский – настоящее животное. Кровожадный хищник, который запустит когти мне в брюхо, как только насытится играми в обольстителя и невинную деву.

Я отхлебнула горький чай, напрочь сжигая небо. Забыла, что он все еще горячий! Расстроилась больше прежнего и выплеснула остатки в раковину, попутно залив свой банный халат.