Влетаю в квартиру, бросаю недоеденный бутерброд на кофейный столик и мчусь в прихожую. Трясущимися руками выуживаю свой телефон. Он падает на коврик, поднимаю, разблокирую и набираю сестру.

Длинные гудки и только.

– Бери трубку, блин, – бубню и запрыгиваю в резиновые сапоги. Дождем даже не пахнет, но это единственная обувь без шнуровки. Накидываю куртку и раз за разом набираю сестру. – Злата, черт подери!

– Даш, все нормально? – наконец раздается ее голос.

– Злат, твоя квартира горит! – ору в трубку.

– Что? Ты не ошиблась?

– Я, по-твоему, не знаю, как выглядит твоя квартира с моего балкона?

– Я уже еду! – восклицает она и бросает трубку.

Остаток ночи мы с сестрой и ее студентом проводим у дома Златы. Все указывает на то, что этот ушлепок Славик – ее бывший муж, – начал ее преследовать. Несколько дней назад мы узнали, что его освободили по УДО, и теперь эта сволочь корчит из себя сталкера.

К утру после долгих споров, Злата решает ехать к Максу. Я бы на ее месте тоже поехала к своему мужчине, а не к сестре. Наверное. Почему-то в голове опять этот Гордей, зараза такая. К такому бы я ни за какие коврижки не поехала. Он же сожрет меня целиком и не подавится.

Заваливаюсь в квартиру, уже еле стоя на ногах. Адреналин, конечно, сделал свое дело, и еще двадцать минут назад я могла бы составить конкуренцию зайчику из рекламы. Но теперь, когда все позади, я просто валюсь с ног.

Отправляюсь сразу в кровать, мне даже лениво чистить зубы. Только шторы задергиваю, потому что я планирую проспать вечность. Или, по крайней мере, до завтрашнего утра, когда надо будет вставать на работу.

Уснуть удается не сразу, потому что тот самый адреналин еще проносится короткими, но яркими вспышками по моему телу, заставляя вздрагивать.

А снится мне… Совсем не то, что я бы хотела видеть.

В своем сне я согласилась на предложение Гордея. Позволила ему прикоснуться ко мне. И так прикоснуться, что всю ночь потела и изнемогала от желания кончить. Надо сказать, в моей фантазии у него никаких проблем со стояком не было. Истязал меня, зараза, долго и… по-всякому. Так мощно, что проснулась я вся мокрая. Везде. Буквально. И разбудил меня чертов оргазм!

– Ох, ты ж… – бормочу хрипло, чувствуя пульсацию между ног.

Зажмуриваюсь, а потом медленно моргаю. Сердце выпрыгивает из груди после пережитого. Клянусь, после такого секса можно и покурить, хотя я в принципе не курю. Надеюсь, я хоть не стонала во сне. Хотя какая разница? Меня услышал бы только мой кактус Валера, который по форме очень напоминает то, что демонстрировал мне Гордей во сне.

Сажусь и опускаю ноги на пол. Пижама насквозь. Как и постель. Надо менять.

– Вот это взяло, – бормочу и, стянув постельное, тащусь в ванную.

Закинув все в стиралку, опять принимаю душ, чищу зубы и, завернувшись в полотенце, иду на кухню, чтобы сварить себе кофе. Жалюзи так и остались поднятыми после ночи. Выглядываю на улицу. Дождь пошел, ветер поднялся, листья летят. Настоящая осень, от одного вида которой пробирает до костей.

Я лето люблю. Солнце, музыку из каждого окна. Когда жизнь кипит и взрывается красками, а не унылые дни, как этот. Надо заказать себе какие-то вкусности, заварить горячий шоколад, забраться под плед и включить фэнтези-фильм. Вот тогда настроение поправится.

Надеваю домашнее то ли платье, то ли… даже не знаю, как это назвать. Златка подарила в прошлом году. Знает, что я вечно мерзну, вот и презентовала такое платье ниже колена. Огроменного размера, в котором можно спрятаться целиком. С большим капюшоном и карманом-кенгуру. Единственный минус этой шмотки – окрас как у коровы. А на кармане имитация вымени. Ну вот такое у нас с сестрой странненькое чувство юмора.

Натянув платье, довершаю свой люксовый лук вязаными носками “made by mama”. Устроившись на диване с кофе, прячу колени под платье. Включаю рандомный фильм и заказываю себе пиццу. Устрою себе сегодня день вредной еды. Раз уж целебный секс у меня только во сне, надо как-то компенсировать мои разгулявшиеся гормоны.

Пока допиваю кофе, привозят пиццу. Быстренько завариваю себе горячий шоколад с корицей и анисом. Забираю все это и, стоит мне только устроиться на диване с куском пиццы во рту, как в дверь звонят.

– Ну кого там, блин, принесло? – стону я. Ненавижу, когда мне мешают смотреть кино.

На всякий случай проверяю сообщения от сестры. Она не написала, что придет.

Нахмурившись, шлепаю в прихожую. Выглядываю в глазок, и сердце, подскочив к горлу, застревает там. Буквально давлюсь собственным органом, клянусь. Даже прокашляться хочется.

За дверью стоит тот, кто всю предыдущую ночь жестко врывался в меня и говорил такое… В общем, моя мама покраснела бы. Да что там? Даже я горела, будто в огне!

Гордей, да…

Звонок повторяется, и я отшатываюсь. Сделаю вид, что меня нет дома. Ошибся адресом. Откуда он вообще знает мой адрес? Может, пора звонить в полицию?

– Дарья, открывай, я знаю, что ты дома, – басит он. – Меня к тебе отправила Злата.

– Злата? Ты врешь! – не выдерживаю. – Моя сестра меня так не подставит! – выкрикиваю, а сама смотрю в глазок. Он тоже смотрит. Подмигивает, а я опять отшатываюсь.

– Набери ее и спроси.

– Сейчас наберу, – бубню и выуживаю из “вымени” телефон. Звоню сестре. Как только она отвечает, выпаливаю: – Это ты отправила ко мне Гордея?

– Он обеспечит твою безопасность, пока со Славиком не разберемся.

– Он обеспечил мне чертов оргазм! – выкрикиваю.

– Кто? – раздается из-за двери, и сейчас его голос совсем не звучит игриво. – Дарья, немедленно открой дверь, иначе я ее вынесу вместе с тем, кто там обеспечивает тебе оргазмы!

– Не ори! Соседи услышат!

– Кто обеспечил тебе оргазм? – спрашивает Злата. – Когда ты успела переспать с Гордеем?! Дашка!

– Да не спала я! Приснилось мне.

– Дурочка, – смеется сестра. – Открывай дверь. Если захочешь, он и в реальности повторит.

– Окстись, женщина, у тебя расплавились мозги. Я с таким никогда не буду. Я люблю интеллигентных хипстеров, забыла?

– Тогда тебе точно нечего бояться. Открывай.

Сглотнув, щелкаю замком, и в мою квартиру вваливается разъяренная глыба, которая сразу сокращает размеры жилища примерно вдвое.

Глава 3

– Где он?! – ревет глыба, я только успеваю отскочить в сторону, чтобы не снес своими габаритами.

– Кто? – спрашиваю, все еще прижимая телефон к уху.

– Впустила, да? – звучит из трубки.

– Ага, – отвечаю.

– Что “ага”? Где мужик, Дарья? – напирает на меня этот бык. Захлопывает дверь в квартиру, и замок щелкает, отрезая нас от потенциальных свидетелей.

– Ка… какой мужик? – офигеваю.

– Который тебе оргазм подарил, – подсказывает сестра в трубку. – Он слышал наш разговор, да?

– Ага.

– Что ты “агакаешь”? – прижимает меня к стене громила. Я с перепугу даже имя его забыла.

– Злат, а можно как-то отказаться от опции защиты, потому что меня сейчас по стене размажут, кажется.

– Макс, Гордей может обидеть Дашу? Даш, Макс ручается за своего друга.

– Кажется, друг сам за себя не ручается. Видела бы ты его глазищи сейчас.

– С кем ты разговариваешь? – рычит мрачный Гордей.

– С сестрой. Ладно, Злат, – выдыхаю. – Кажется, мне пора отстаивать сантиметры собственного жилья. И личного пространства, – впиваюсь взглядом в Гордея.

– Давай, малышка, покажи ему, что не на ту нарвался! – восклицает Злата. – Хотя могу вернуть тебе твой совет. Развлекись.

– Меня такой раздавит, если я соглашусь.

Гордей прищуривается, а я прощаюсь с сестрой и кладу трубку.

– А теперь, кроха, по-порядку, – громыхает надо мной владелец клуба. – Где мужик?

– Ой, да нет никакого мужика, – вздыхаю. – Что ты на меня напираешь?

– Кто оргазмы тебе дарил?

Называю имя американского актера.

– За идиота меня принимаешь?

– Гордей, мне приснился сон. Оргазм был во сне, понял? Нет никакого мужика! И вообще, тебе какая разница, кто меня удовлетворяет? Пришел помочь – помогай. А в трусы ко мне не лезь!

В этот момент он усмехается и облизывает губы. Слишком близко к моим. Типа совсем рядом.

– Ой, – пищу и, нырнув под его лапищу, сбегаю в гостиную.

– А кто тебя раздавит? – слышу за спиной.

– У меня в доме снимают обувь! – рявкаю, останавливаясь в гостиной.

Ну вот, весь прекрасный день наедине с вредной едой пошел по…

– Классное у тебя платье, – раздается неподалеку.

Блин, я уже и забыла, во что одета!

Бросаю телефон на кофейный столик и, сложив руки на груди, разворачиваюсь лицом к Гордею. Опять своими габаритами полкомнаты занял. А у меня, между прочим, не такая и маленькая квартира!

– Так, Гордей, давай договоримся. Ты тут, чтобы обеспечивать мою безопасность. Условимся, как ты будешь это делать.

– Классный кактус, – усмехается он, глядя на подоконник.

Валера, кажется, даже встрепенулся от того, что похвалили его фаллическую форму. Эх, мужики…

– Ты меня не слышишь? – впиваюсь взглядом в мужественное и, надо сказать, красивое лицо Гордея.

В клубе мне его взгляд туповатым показался. А теперь вижу, что он острый и немного хмурый. Видно, что мужик привык думать. Это плохо. Очень плохо. Нет, для него, конечно, нормально. А для меня очень плохо. Потому что я люблю мужиков, у которых голова работает. Отсюда и моя страсть к хипстерам. Сами по себе они бы мне, может, и не нравились. Но они гики, у которых голова обычно хорошо работает.

– Я тебя слышу, крошка, – подмигивает мне. – Что у нас на ужин, дорогая? Может, заказать что-то из ресторана? – срашивает, глядя на раскрытую коробку с пиццей.

– Не нарушай мой день вредностей! – смотрю на него исподлобья.

– Это что за день такой? – приподнимает густую бровь.

– Это когда я ем вредную еду и смотрю фильмы.

– ПМС?

– У кого? – даже теряюсь на мгновение.

– У тебя.

– Откуда ты вообще знаешь про ПМС?

– У меня две сестры и мама. – Он садится на диван.

– Я не приглашала присесть!

– Слушай, а гетерохромия у тебя – это наследственное? Выглядит круто. Или ты линзы носишь?

Я тяжело вздыхаю, призывая всю свою выдержку, чтобы не убить Гордея прямо в своей гостиной.

– А ты всегда такой прямолинейный?

– Всегда, – кивает. – Я просто знаю, чего хочу.

– И чего ты хочешь?

– Тебя, – отвечает так, будто это же очевидно, и только я тут не понимаю, что происходит.

– Да ты видел меня всего раз в жизни!

– А сколько надо, чтобы захотеть?

– Человека надо знать! А для этого надо общаться.

– Для секса? – усмехается. – Я тебя удивлю.

– Не надо меня удивлять!

– Удивлю тем, что скажу, люди зачастую даже имен друг друга не спрашивают перед сексом.

– А у тебя, похоже, богатый опыт.

– Нормальный, – отвечает. – Короче, Даш, мужика нет? Макс сказал, что нет. Потому что сейчас на твоем диване сидел бы не я.

– Ну нет, и что?

– Ну, теперь есть.

– Ты, что ли? – офигеваю от такой наглости.

– Я, – кивает. – Что смотреть будем? – наглеет, стягивая с себя пиджак, под которым тонкий черный гольф, облепляющий мощное тело. Прямо каждую мышцу подчеркивает.

Сглатываю собравшуюся слюну. Качков у меня еще не было. Может, и правда…

Ой, нет! Не с ним точно! Он же прет как танк. И выглядит так же. Да и вообще. Он на меня ляжет, и потом меня будет проще закрасить. Я миниатюрная, в маму. Только грудь и попа выдающиеся. А все остальное… Бабушка в детстве меня Бухенвальд называла, потому что я гремела костями на весь дом. Так и осталась худой и ростом метр шестьдесят пять. Папа говорит, что у меня ноги как руки, а руки как пальцы. Так что такая огромина, как Гордей, вполне может превратить меня в лужицу. И не в сексуальном плане, а в самом прямом!

– А в чем заключается твоя работа? – спрашиваю.