Остановившись возле гаража, я сделала глубокий вдох. Запала хватило ненадолго, теперь же накрывающие чувства так и рвались наружу. Но я понимала – нельзя. Стоит им охватить меня, этим всё и закончится. Отгородиться, спрятаться… В ладонь мне ткнулось что-то холодное и влажное. Не глядя, я провела по голове добермана и, не отдавая себе отчёт в том, что делаю, потрепала его по холке. Опустила взгляд. Здоровенный пёс смотрел на меня с каким-то укором, с ожиданием чего-то большего, но я качнула головой.

– Место, – скомандовала я и поняла, насколько глухо звучит мой голос. Доберман не двинулся. – Место, – повторила я более твёрдо. – Иди в вольер.

Послушаться меня пёс и не подумал. То ли понимал – я ему не указ, то ли вовсе был приучен выполнять команды определённых людей, в число которых я, несомненно, не входила.

– Ладно, – глядя на добермана, проговорила я. Погладила снова, уже с большей осознанностью. – Просто не мешай мне, хорошо? Твой хозяин, он…

Я качнула головой, прекрасно понимая, насколько глупо выгляжу. Разговаривать с собакой о том, какой Алекс, в сущности, мерзавец… И этот мерзавец сумел пробраться в меня, в мою душу. Этому мерзавцу я позволила… Позволила, чёрт его возьми!

Открыв дверь гаража, я вошла внутрь. Собаки… вот об этом я совсем не подумала. Плотно закрыла дверь и только после облегчённо выдохнула. А может быть, лучше бы было если бы они всё-таки меня сожрали? Хотя нет… Этот сукин сын говорил, что убивать его псы не научены. Прямо как хозяин – зачем убивать, если можно вывернуть наизнанку? Ни с чем не сравнимое, должно быть, удовольствие – сидеть рядом и наблюдать за тем, как жертва корчится в агонии…

Не включая свет, я прошла мимо машин к байку. Коснулась пальцами руля, корпуса. Не знаю, чувствовала ли я себя так, словно моя жизнь разрушилась, и я оказалась погребённой под руинами. Не знаю, чувствовала ли я ярость, опустошение… Предательство. Вот что я чувствовала точно – горечь предательства, и это было, наверное, самым отвратительным из всего возможного.

Сжав руку в кулак, я отвернулась. Положила рюкзак с вещами возле стены и снова вышла на улицу. Во что бы то ни стало, я должна дойти до конца. Не думать… Не думать об Алексе. Не думать об ужине на палубе, о его пальцах, касающихся моей ладони, о серебристых искорках в глазах. Не думать о тёплом ветре, обдувающем лицо и руках, касающихся талии. О прикосновениях к бёдрам и сиплом шёпоте. Не думать о собственных, вновь затеплившихся и беспощадно смятых мечтах. Ведь я знала, что так оно и будет. Знала…

Дойдя до находящегося у главных ворот поста охраны, я постучала и сразу же приоткрыла дверь. Увидела поднявшегося мне навстречу сотрудника службы безопасности и внутренне напряглась. Не думать, не вспоминать, не чувствовать…

– Всё в порядке? – спросила я, осматривая небольшую, хорошо обставленную комнату.

Алекс заботился о своих работниках: добротный кожаный диван, вместительный холодильник, квадратный стол с двумя стульями. Бросив взгляд на мониторы видеонаблюдения, я мгновенно отметила застывшие на них картинки. Крыльцо дома, дорожка, пятачок возле ворот… Сердце подпрыгнуло к горлу, ладони стали влажными. Это ведь не просто дом… Логово зверя. И если этот зверь прикажет…

– В полном, – отозвался охранник, бегло осмотрев меня.

Вне сомнений, он знал, кто я. Один из новеньких, нанятых Алексом вместе с новым начальником службы безопасности. Я неопределённо махнула рукой в сторону улицы.

– Просто там собака… Подумала, может быть, на вольере с замком что-то…

– Нет, – охранник не сводил с меня пристального взгляда. Чёрт! Сделав несколько шагов к столу, я будто невзначай ещё раз глянула на мониторы. – Александр Викторович приказал выпустить их погулять. Надеюсь, Вам они неудобств не причинили?

– Да нет, – хмыкнула я и улыбнулась. Дотронулась до его руки. – Поначалу я их боялась, а теперь… Люблю собак.

Ещё раз смущённо улыбнувшись, я пошла к двери. На пороге остановилась и обернулась. Мужчина не сводил с меня внимательного взгляда, и мысленно я вновь чертыхнулась. Оставалось только надеяться, что опомнится он не сразу. Алекс не говорил, что ждёт сегодня гостей, однако мне всё равно стоило поторопиться.

– Извините, если отвлекла, – виновато проговорила я. – Просто подумала… подумала, что это может быть важно.

Вернувшись в гараж, я сунула руку в карман и достала два ключа – один от мотоцикла, с серебряным брелоком в виде усыпанной бриллиантами буквы «А» и кнопкой от раздвижных дверей гаража, второй от главных ворот. Вот и всё. Посмотрела в сторону ведущий в дом двери. Брелок лежал у меня в ладони, а я… Я едва сдерживала стоящий в горле комок слёз. Вот и всё.

– Я не игрушка, Алекс, – прошептала я и стиснула ключ так, что острые грани впились в кожу. Верила ли я себе? А какая разница?! Какая?! – Не игрушка… По крайней мере, не твоя.

Мне хотелось остаться. Хотелось забыть его слова, вернуться на час назад и… Разве могло что-то измениться? Девчонка из питомника… Подхватив с пола рюкзак, я набросила лямки на плечи и, придерживая мотоцикл, хорошенько ударила по подножке. Ключ, рёв мотора… Порыв ветра в лицо. Если он захочет догнать – догонит. Захочет найти – найдёт. Но на этот раз я сделаю всё возможное, чтобы не догнал и не нашёл. Сделаю, клянусь собственной грёбаной жизнью!

– Может быть, всё-таки остановить её? – спросил Денис – новый начальник службы безопасности, приступивший к своим обязанностям буквально несколько дней назад.

После произошедшего я сменил почти весь штат охраны, оставил лишь нескольких человек, всегда точно и добросовестно выполнявших мои распоряжения. Дениса же посоветовал начальник службы безопасности Вандора, и я очень надеялся, что на этот раз с выбором я не промахнулся. По крайней мере, Вандор доверял Артуру, как самому себе, так что сомневаться у меня причин не было.

– Нет, – твёрдо и спокойно ответил я, сквозь окно наблюдая за тем, как Стэлла, прильнув к байку, несётся к едва приоткрывшимся перед ней воротам.

Облачённая в чёрный свитер и джинсы, она практически сливалась с огромным мотоциклом. Я надеялся, что она хорошо понимает, что делает. И ещё… Ещё, что она сможет удержать тяжёлый мотоцикл, ибо воспоминания о её падении были всё ещё слишком живы.

Несколькими минутами ранее Денис зашёл ко мне в кабинет и, до предела сосредоточенный, сообщил, что Стэлла свистнула пульт дистанционного управления воротами. Сперва я даже не понял, о чём он. Пульт дистанционного управления… от главных ворот.

Отбросив бумаги, выскочил в холл и проверил ключи. От внедорожника, от кабриолета… Всё было на месте. Всё, кроме ключа от Харлея. Вот тут-то мне всё стало ясно. Внутри поднялась гремучая смесь из злости, досады, непонимания и желания свернуть девчонке шею. Схватить её и трясти до той поры, пока из неё не выйдет вся спесь. Но я ничего не сделал. Денис ждал распоряжений, я же, направившись к лестнице, махнул ему рукой, приказывая идти следом.

И вот теперь я смотрел, как байк, вынырнув за пределы территории, с рыком уносится в летние сумерки. Проклятая девчонка, занозой засевшая у меня в мыслях…

Первый раз – страх, второй… Второй – порыв. Третий – закономерность. Хочет свободы? Хорошо. Как бы я ни хотел её, удерживать не собирался. Желание вернуть её, с силой стиснуть подбородок и заставить посмотреть мне в глаза никуда не делось, но я знал – этого не будет. К чему мне женщина, мечтающая о грязи улиц и темноте подворотен? Свобода? Чёрт подери, пусть валит хоть на все четыре стороны. Только что эта самая свобода даст ей? Волю выбирать? Как бы не так. Выбирать может лишь тот, у кого есть имя, деньги, связи… А она…

– Зайди ко мне попозже, – попросил я Дениса, когда звук ревущего мотора растворился, и в воздухе вновь повисла тишина. – Завтра нужно будет отвести моей знакомой коллекцию украшений для предстоящего показа. Выбери пару человек из своих людей, чтобы они сопровождали груз. С ними поедет одна из моих сотрудниц.

– Хорошо, – Александр Викторович, – кивнул он. – Что-то ещё?

– Да… – отвернувшись от окна, я задёрнул занавеску. – Позаботься о том, чтобы не случилось никаких заминок. В прошлый раз показ оказался под угрозой, и повторения мне бы не хотелось. Пожалуйста, договорись с Динарой Сергеевной обо всём заранее, чтобы я больше к этому не возвращался. – Денис кивнул, я же продолжил:

– Помимо этого у меня будут к тебе ещё кое-какие поручения, но чуть позже. Пока всё, можешь идти.

Едва за ним закрылась дверь, я стиснул руки в кулаки и с шумом выдохнул. Отпустить. Я должен отпустить её. Правильно говорят – сколько волка ни корми… Поймать и запереть на замок?! Да нахер мне нужна девка, которая меня не хочет! Если на улице ей лучше, что же… В бессильной ярости я пнул по ножке кровати и зарычал. Да чтоб её! Проклятая девчонка…

– Да! – рявкнул я, услышав стук в дверь.

Уставился на появившуюся на пороге с бельём в руках Мирославу. Взгляд из-под ресниц, собранные в пучок длинные волосы…

– Разрешите, я поменяю постельное бельё, – ровно проговорила она, подойдя ближе к кровати. Положила комплект и искоса глянула на меня.

Я горько усмехнулся. Интересно, она уже в курсе? Наверняка слышала рёв байка. Только вот помимо меня прикасаться к моему Харлею никто не смел, а раз я тут… Верхняя пуговица на её форменном платье была расстёгнута, в маленьком вырезе виднелись ключицы. Я внимательно осмотрел её. Задержался на ногах, на высокой груди, заметил, как Мира выдохнула.

– Оставь бельё, – приказал я, глядя на неё тяжёлым взглядом.

– Вы что-то хотели? – распрямившись, спросила она и сделала ко мне крохотный шаг.

– Да, – ответил я, не двигаясь с места. Снова проскользил взглядом по ногам, по коленкам, по бёдрам, скрытым подолом платья, и остановился на лице. Холодная, чопорная, выглаженная, она не вызывала во мне ничего, кроме раздражения. – Иди собирай вещи, Мирослава. У тебя есть десять минут.

– Вещи? – с непониманием переспросила она.

Блядь! Ненавижу тупые вопросы. Ненавижу, мать её, и ей это прекрасно известно!

– Ты уволена, – прочеканил я. – Чтобы через десять минут в этом доме тебя не было.

– Но…

– Время пошло, – я глянул на часы. – Десять минут.

Эпилог

Стэлла

Захлопнув обитую белым бархатом продолговатую коробочку, я отложила её на постель. Дешёвый придорожный отель с продавленным матрасом на кровати и текущим краном… Один из таких, где не нужно показывать документы при регистрации, а персоналу безразлично, что происходит за дверьми убогих номеров. Денег, что я вытащила из ящика тумбочки вместе с ключами, на долго не хватит, и я это понимала очень хорошо. Открыла другой футляр – квадратный, лежащий в руке обжигающей тяжестью. Белое золото, зелёные и чёрные камни… В который раз за эти три дня к глазам подступили слёзы, а в горле встал ком. Сердце сжалось, пальцы стали холодными. Первые часы я тряслась, вздрагивала от каждого шороха, ждала погони. Но погони не было, и я отлично понимала – дело не в том, что Алекс не смог меня догнать. Нет. Он просто не захотел. Если бы ему было нужно, он бы из-под земли меня достал. Нашёл бы хоть на краю света, хоть в преисподней. А эта дешёвая ночлежка… Ни на то, ни на другое она не тянула.