Улыбка Забдиеля выглядела грустной, но зато искренней. Он сразу понял, что Вики нужен такой парень, как Кристофер. Они созданы друг для друга, с этим даже судьба спорить не стала.

Вики начала работать у Забдиеля в качестве тренера по фитнесу года два назад. Тогда она переживала очень тяжёлое расставание с бывшим бойфрендом. Девушка любила его, а он трепал ей нервы. Забдиель решил помочь Вики справиться с депрессией, и с этого момента началась их крепкая дружба. Чтобы она побыстрее забыла своего бывшего, Забдиель пригласил её на дискотеку, куда взял с собой Кристофера. Забдиель дружил с ним с того момента, как приехал в Орландо. Кристофер – очень скромный парень и не умеет общаться с женской половиной. Он никогда не флиртовал, только краснел в присутствии дам. То же самое произошло и при встрече с Вики. Кристофер в основном молчал, прятал взгляд или смущался.

На следующий день Забдиель спросил Вики, понравился ли ей Кристофер, и девушка сказала, что он не в её вкусе. И если Забдиель с этим смирился, то судьба – нет. Прошло несколько месяцев прежде чем они вновь встретились.

Кристофер упал с велосипеда и вывихнул руку. Он пришёл в спортцентр Забдиеля как раз тогда, когда Вики собиралась его закрыть. Кристофер выл от боли и попросил срочно помочь ему. В тот вечер они разговорились. Вики обработала раны, затем перевязала руку. Через неделю они пошли в пиццерию, потом начались прогулки, кино… дошло до отношений. От Забдиеля они тщательно скрывали этот факт. А когда признались, Заб просто обнял их крепко и благословил.

Вспоминая всё это, они пили пиво и поедали вкусную пиццу.

– Мы собираемся жить вместе, – внезапно сообщил Кристофер.

Он снял кепку и распушил длинную челку. Он редко ходил без кепки. Очень любил надевать её так, чтобы чёлку было видно, и это делало его уникальным. Сам по себе Кристофер не представлял ничего сверхнеобычного. Красотой не блистал, хотя был хорошо сложен, мускулистый и подтянутый. Одного роста с Забдиелем, но старше него на три года. Интересы у них были разные, но при этом они всегда были на одной волне друг с другом.

Забдиель поднял вверх бутылку.

– Давно надо было это сделать. Уверен, Вики преобразит твою жизнь. Правда, крошка?

– Ну, готовить я не умею, а в остальном, пожалуй, приукрашу жизнь моего любимого холостяка, – хихикнула Вики.

– Готовить умею я, – смело заявил Кристофер. – Даже усилий особых не прилагаю: набираю номер ресторана и любое блюдо по желанию будет на столе.

Они рассмеялись.

– Лишь бы это касалось только кухни, – пошутил Забдиель, намекая на спальню, за что получил от Вики по спине.

Они начали дурачиться, бросаться листьями салата друг в друга. И в этот момент раздался звонок в дверь. Воцарилось молчание.

– К тебе гости? – удивилась Вики.

Кристофер выразительно взглянул на друга, и тот подумал то же самое. Только настырный брат Эрик мог заявиться под вечер к нему домой. В отеле не сидится.

– Я сейчас, ребята, – сказал Забдиель, раздраконенный собственными мыслями, и пошёл открывать. А по дороге обдумывал, что скажет Эрику, чтобы побыстрее спровадить его.

Не спросив «кто», Забдиель распахнул дверь и уже набрал воздуха, чтобы спросить брата, что ему нужно, но весь воздух тут же выбило из груди. Он открыл рот и не мог выдавить и слова. Словно мираж, наваждение перед ним стояла девушка, о которой он не переставал думать ни на минуту. На пороге его дома стояла Элора.

~~~

Один день сменился другим, таким же унылым, пасмурным днём. И хотя за окном светило солнце, в душе Читтапона поселился вечный мрак. Любовь не приходит по приглашению. Она не зовёт к себе в гости, чтобы можно было подготовиться. Нет, любовь застаёт врасплох, поражает, как удар молнии, и последствия могут быть очень плачевными.

Читтапон всегда стремился построить успешную карьеру. Он много танцевал, занимался вокалом, учил языки и развивался. Он дружил с хорошими людьми, но о любви никогда не думал. Имея миллион поклонниц, он мог просто поманить любую пальчиком, и «любовь» в его руках. Только такая любовь ему была не нужна.

Одно мгновение изменило всё. Мгновение. Именно так он мог назвать время, проведённое с Элорой. Несмотря на то, что девушка не азиатка, Читт не смог устоять и влюбился. Его никогда не привлекали белокожие девушки с большими глазами, да ещё и блондинки. Элора стала исключением. Сначала появилась симпатия, внутри словно дёрнули за ниточку и притянули её к нему. Он захотел держать её рядом и добился своего. Брачная ночь стала пунктом отправления, когда он понял, что испытывает к ней чувства более серьёзные, чем симпатия и влюблённость. Наивность красавицы и её невинность подкупили. И чем больше они проводили вместе время, тем сильнее он влюблялся в неё.

И вот её не стало.

По щеке скатилась слеза. Читт смахнул её пальцем, затем полез за салфеткой, но не успел достать её. Чья-то рука уже позаботилась об этом…

Читт любил кататься по парку. Центр, куда его привезли, был действительно хорошим и природное место очень впечатляло. Пациентам здесь жилось хорошо. Он катил своё механическое кресло по дорожке, пока не доехал до террасы, откуда открывался вид на далёкий Сеул. Здесь в одиночестве он позволял себе плакать.

Парень, который подал ему салфетку, стоял. Он был невысоким, худым, с русыми волосами, подстриженными шапочкой. Скулы чётко выделялись, овальное лицо и мраморная кожа выдавали его возраст. Читт дал ему не больше двадцати двух.

– Меня зовут Ян, – сказал он. – Месяц назад попал сюда.

Читт кивнул. В таком центре простых людей лечить не будут, поэтому осмелился спросить:

– Актёр?

– Рэппер. Я из Тайвани. Полгода назад в Корею приехал и по конкурсу попал к «ЭсЭм». Неудачное падение во время съёмки клипа, и я здесь.

– О, нелепо. А я…

– Знаю я тебя. Читтапон Ли. Видел по телеку. Ты очень талантлив.

– Спасибо. Только теперь мне сцена не скоро светит.

– Почему плачешь?

– В аварии жена погибла. – Читт обрадовался возможности хоть с кем-нибудь поделиться своим горем. Ян – чужой человек. Такому проще довериться. – Я её очень сильно любил.

– О… печально. Не думал, что звезда такой величины может быть женатым. Обычно контракт это запрещает.

– Не всю же жизнь это будет продолжаться. Рано или поздно у всех нас будут семьи… Впрочем, неважно. – Они помолчали, затем Читтапон обратился к Яну: – Прочитай что-нибудь из своего репертуара.

Ян взял самую известную песню. Читт даже подпел, отмечая своеобразную низкую тональность Яна. В голову вдруг пришла пара строк – зародыш новой песни, и Читт подумал, что творчество может помочь ему забыть печальные события, а Ян будет хорошим ассистентом.

Вернувшись в свою комнату, Читт достал лист бумаги и принялся за работу. Он собирался не просто написать красивую, ритмичную песню, но посвятить её памяти своей жены. Жизнь продолжалась, и ему придётся двигаться дальше. Он это понимал.

Ким застала его в самом процессе работы. Он так увлечённо вычёркивал непонравившиеся строки и вписывал новые, что не услышал шагов позади себя. И только когда она склонилась к его уху, шепнув «привет», а в нос ударил сладкий аромат духов, Читт понял, что всё это время был не один.

– Смотрю, ты нашёл себе занятие. Это радует, – улыбчиво сказала Ким, поглядывая на писанину Читта.

– Просто было скучно.

– Мне нравится, что ты стараешься найти занятие. Как проходит твоё лечение? – резко перевела тему Ким, присаживаясь в кресло неподалёку от его стола. На ней была коротенькая красная юбочка, демонстрирующая тощие бёдра. Закинув ногу на ногу, Ким пыталась привлечь внимание Читтапона, но он смотрел в свои тексты. Ким была ему так же неинтересна, как и все девушки мира. Если бы она сидела здесь голая, ему всё равно было бы плевать.

– Лечение идёт своим ходом. Ким, тебе не нужно сюда приезжать каждый день. Я не болен настолько, чтобы сидеть подле меня.

Слова Читта расстроили девушку, но она постаралась «проглотить» обиду.

– Я всего лишь хочу поддержать тебя…

– Однажды ты уже поддержала, – уколол её Читт, убирая листы с очень сырым текстом в стол. – Вот если ты привезёшь Тхэ Мина, я буду рад намного больше.

– Он уехал на гастроли, – буркнула Ким. Глаза покраснели, плакать она не хотела, но выдавить слезу было просто необходимостью. Поэтому усиленно жалея себя, она смогла расплакаться. – Я очень сожалею о том случае, Читт. Неужели ты никогда не простишь меня?

Смысла не было прощать, как и держать на неё обиду. Элоры больше нет, а значит тот случай не имеет больше значения.

– Я простил тебя. А сейчас иди умойся и больше не плачь.

– Читт, – шепнула Ким, опускаясь перед ним на колени и хватая руку, – твоя дружба очень важна для меня. Ты… дорог мне, Читт, понимаешь?

Он не понимал.

– Раз так, то оставь меня одного.

Ким вылетела из центра злая как собака. С Читтапоном будет очень сложно. Ей понадобится недюжинное терпение. Сдался ему этот Тхэ Мин! Ким не верила бывшему бойфренду. Если Тхэ Мин узнает сейчас, что Читтапон жив, он расскажет, что Элора не погибла. Но хуже, если мистер Нелюбитель Лжи сообщит Элоре, что Читт не погиб. Тхэ Мин на это способен. И ей придётся подумать, как избавиться от него на предстоящий год.

~~~

Я улыбнулась и шагнула за порог.

– Надеюсь, не помешала? Пару дней назад приехала в Орландо, решила навестить.

Видя, в каком замешательстве Забдиель, мне вдруг стало не по себе. Я должна была позвонить, и позвонила бы, но не обнаружила номера Забдиеля в контактах телефона (как и всей нашей переписки). Только Вон мог заблокировать его и удалить все контакты с ним. Это всего лишь предположение, но больше это сделать было некому. До аварии всё было на месте, а Читт не имел привычки лазить в моём телефоне.

После визита Фаррен и стычки с Дэниелем я загрустила. Корбин на несколько дней укатил с друзьями отдыхать, а мне стало тоскливо. И хотя Зак звонил и уговаривал встретиться, я отказывалась. Его присутствие наводило скуку. Вспомнив о Забдиеле, я внезапно воспаряла духом. Мы ведь могли продолжить наше знакомство. Я подумала, что именно Забдиель поможет пережить боль утраты и вернуть меня к жизни. Поэтому я пришла.

Забдиель закрыл дверь и потоптался на месте.

Я услышала голоса, доносящиеся из гостиной. И женский смех.

Моя улыбка испарилась.

– Кажется, я не вовремя.

Откашлявшись, Забдиель сделал ко мне шаг.

– У меня друзья. Мы празднуем годовщину их знакомства. Э… пойдём, я познакомлю тебя с ними.

– Нет. Я лучше в другой раз приду. Не буду портить вам праздник.

– Портить? Ты его только приукрасишь, ведь я один.

Вдруг он раскрыл руки, приглашая в свои объятия.

– Рад твоему возвращению спустя… год?

– Чуть больше, – ответила я и обхватила его талию обеими руками.

Он был чужим, но в тот же момент родным и близким. На миг показалось, что не было жизни с Читтом, не было абсолютно ничего. Читт исчез так же быстро, как и появился, а наши встречи с Забдиелем участились и пророчили что-то большее, чем дружба. Однако с грустью поняла, что стереть Читта из сердца мне не удастся. А на Забдиеля я больше не смотрела с прежней симпатией.

Мы вошли в гостиную, и я увидела черноволосую девушку с маленькими глазами, но пухлыми губами, а рядом молодого человека с густой шевелюрой в широких джинсах и цепями на шее. Забдиель представил меня так, будто до этого они были со мной знакомы.

– А вот и Элора.

Девушка поднялась и протянула руку.

– Я – Вики. А это мой парень Кристофер.

И ему я пожала руку.

– Забдиель искал тебя, – нескромно призналась девушка.

Я резко перевела на Забдиеля вопросительный взгляд. Он поджал губы и кивнул.

– Просто ты резко исчезла, – пояснил Кристофер. – Он волновался.

– Я попала в аварию и пролежала три недели в коме. Прости, Забдиель.