– Если вкратце, когда-то давным-давно существовала только одна организация, пока не произошел скандал между ее главами. Потом они разделились. Наш босс создал новую организацию и продолжил генетические опыты. – Алессио перегибается через стол и вполголоса говорит: – У него сейчас огромная база и отличный штат профессоров. Однако одна маленькая деталь мешает нам осуществить некоторые планы.

– Какая же?

– Габриэль, – отвечает он, откидываясь на спинку стула. – У него коды.

– Какие еще коды?

– Те самые, Анна, – Алессио обводит меня, потом себя рукой. – Те самые, – повторяет он.

– Значит, вот оно в чем дело!

Кажется, у меня в голове вырисовывается картина: Габриэль по каким-то причинам крадет генетические коды – те, благодаря которым и появляются на свет новые сверхлюди. Возможно, из мести, но, вероятнее всего, ради собственной выгоды. И теперь его разыскивает не только босс, но и сама организация. А параллельно они воюют между собой. Это похоже на немую войну, которую не видят и не слышат нормальные люди. Но ведь это до поры до времени…

– Постой, постой. – Теперь я судорожно отхлебываю вино и, облизав губы, спрашиваю: – Почему я? И вообще, почему мы пятеро не в теме?

– Они держат вас про запас. Одно то, что они потребовали у ваших родителей выполнять условия – тебе ни о чем не говорит? Или ты думаешь, встреча в одном городе, в одном университете и на одной специальности – случайность?

– А вы с самого начала знали, кто мы такие?

– Знали. И не тронули бы. Босс потребовал тебя, Анна. Дакота выбрала неправильную тактику, но ей простительно, она же… не важно. – Алессио берет мою руку, наши пальцы переплетаются, он смотрит в мои глаза, заставляя мое сердце трепетать в груди от новых ощущений. – Если бы я тебя не спас в ту ночь, мы бы не сидели сейчас здесь. И ты не поверишь, я был вознагражден за это.

Я молчу. Мысли спутались в тугой узел. Кажется, начинается тот самый страшный период, когда появляются сомнения. Кто враг? Кто друг? Пока я знаю лишь одно: наша пятерка – пешки в опасной игре, где победитель становится королем, а проигравший погибает.

– Какая у Габриэля сверхспособность? – решаюсь на заключительный вопрос.

– Лучше тебе этого не знать, Анна. – Алессио возвращается к своей рыбе. – Но успокою тебя: твоя способность имеет привилегии над его. Именно поэтому ты нужна не только нам…

– … Но и организации, – высказываю догадку. И Алессио кивает.

Больше мы не затрагиваем тему организаций и сверхспособностей. Алессио меняет тему, и чтобы поближе узнать меня задает разные вопросы. К примеру, какую музыку я слушаю, почему люблю розовый цвет и кем на самом деле мечтала стать. Да и я не отстаю от своего собеседника. Только вот Алессио оказывается скрытным и все его ответы уклончивые.

Выпитое вино ударяет в голову, и я соглашаюсь поехать к Алессио домой, чтобы посмотреть какой-нибудь незаурядный фильм. Хотя понимаю, что это дешевый предлог, а на самом деле меня ждет романтический вечер, поцелуи и объятия Алессио. И мне страшно. Мой последний любовный опыт еще болью отдается в душе. Боюсь вновь ошибиться.

До сих пор Алессио был внимателен ко мне и проявлял особую заботу. А это добавляло ему лишь плюсы.

Он действительно отыскал в закромах фильм – что-то связанное с научной фантастикой. Первые десять минут мы смотрим внимательно, но потом его рука оказывается у меня на плече, а пальцы начинают поглаживать кожу. Это безумно приятно и я, словно поддаваясь некому импульсу, поворачиваю лицо и встречаю его губы.

Поцелуй нежный и очень волнительный. Мне нравится всё, что он делает. Мы лежим на мягком белом диване в темной комнате, освещенной трепетным мерцанием. Я каким-то немыслимым образом оказываюсь на спине под ним, чувствуя жар, исходящий от его тела через тонкую ткань футболки, которую одним движением срываю и приникаю к его груди всем своим станом, потому что хочу ощущать его. Он исследует губами мою шею, добирается до ключицы, затем проделывает путь до выреза моего платья. Мне хорошо. Мои ладони касаются гладкой кожи его спины. Наши губы вновь встречаются. Алессио задевает локтем вазу с печеньем, что стояла на кофейном столике, она падает и, по-моему, разбивается, но нам не до нее. Целуемся, как будто в последний раз.

Мысли.

Где его мысли?

Я хочу слышать… Мне это необходимо.

Происходит что-то магическое и я, будто вернувшись в прошлое, слышу слова того, кто унизил меня, растоптал мое достоинство. Слышу его похабные мысли: «Давай, шлюха, ты на это способна! Вот о чем я мечтал – поиметь тебя! Класс! Давай, сучка! Я же у тебя первый!»

Горькая правда накрывает меня с головой. Меня не могут полюбить. И Алессио такой же. Все они такие! Они используют меня!

Отталкиваю Алессио, хватаю сумку и поспешно надеваю туфли. В моих глазах стоят слезы.

– Анна? Анна? Постой! – кричит вслед Алессио, пытаясь догнать меня, но тщетно. Я уже в лифте. – Да что я сделал?

Створки закрываются. Лифт несет меня вниз. Сердце бешено колотится, дыхание сбилось. Рыдания вырываются из груди.

«Всё это в прошлом, Анна. Научись доверять мужчинам», – внушаю себе, как и раньше, но это не помогает. Невысказанная обида засела слишком глубоко. Забуду ли я когда-нибудь те ужасные мысли человека, которого любила?

Крис

Утром просыпаюсь не только с головной болью, но и с мыслью вернуться в Техас. Что я вообще здесь забыл? Учусь на специальность, которую не выбирал. Играю абсолютно чуждую мне роль просто потому, что это кому-то надо. Так и порываюсь крикнуть: «Да пошли вы!».

В комнате тихо, шторы задернуты. Стрелки на настенных часах говорят, что уже полдень. Я пропустил лекции. Да и черт с ними! Добираюсь до графина с водой и выпиваю всё до последней капли, не удосужившись взять стакан. Неужели я так много выпил накануне? Голова разваливается на части, приходится выпить пару таблеток и снова лечь в постель. Виски – «не мой» напиток.

Теперь замечаю, что на мне вчерашняя одежда.

Что вчера было?

Закрываю глаза и пытаюсь напрячь память. Затуманенный мозг пытается отыскать обрывки воспоминаний в опустевших глубинах.

В баре я встретил Луизу, и она отвезла меня в парк «Холмы», где я узнал, что… Точно же! Лу! Луиза – девушка, которая помогала мне на тестировании – одна из нас. Бьется током, метает молнии. Я давно должен был догадаться, что эта девушка не просто так ко мне подкатывает. Она наблюдает за мной, словно «опекун» и наверняка такие «опекуны» есть у каждого из нас.

Почему-то мои воспоминания обрываются на том моменте, когда она кого-то позвала или… кто-то пришел. Кто? Почему я не помню лиц? Мне что-то долго объясняли. Да, это хорошо отпечаталось в мозгу.

Открываю глаза и смотрю в потолок, затем тру лицо руками. Ничего. Не помню ни слова.

Решив, что моё безнадежное состояние результатов не принесет, раздеваюсь и шагаю в душ. Теплая вода помогает расслабиться. Стараюсь не думать о Луизе, но из головы не выходит наш вчерашний разговор, а еще чувство странное, словно я должен сделать что-то очень важное.

После душа, обвязав полотенце вокруг бедер, возвращаюсь в спальню и долго стою перед зеркалом, причесываюсь и думаю. В отражении смотрю на свою грязную одежду, которую надо бы отнести в прачечную, но понимаю, что не это стоит на первом месте. Отбросив расческу, иду к кровати и начинаю выгребать из карманов всё их содержимое: ключи, мелочь и долларовые купюры, чеки за ремонт компьютера, шпаргалки. А в заднем кармане джинсов нащупываю гладкие бумажки. Достаю и с широкими глазами смотрю на… пригласительные! Те самые пригласительные, которые нам предстояло добыть.

«Откуда они у меня? Неужели я вчера… Да быть этого не может! Это явно дело рук Луизы!».

Четыре ярко-оформленные бумажки с нашими именами:

Крис Стивенсон.

Джейсон Макнайт.

Матиас Риос.

Криста Рей.

Для Анны пригласительного нет. Потому что она обязательно появится на приеме. Но не с нами.

Не знаю, Луиза или тот, кто пришел в парк, но им нужно, чтобы мы все явились на это мероприятие.

Переворачиваю один из билетов и читаю:

ТОРЖЕСТВЕННЫЙ ПРИЕМ В ЧЕСТЬ ДНЯ РОЖДЕНИЯ ДОКТОРА КРИСТОФЕРА ФОСТЕРА.

Кровь ударяет в голову, и я сажусь.

А что, если это ловушка?

Джейсон

– Да ты не понимаешь! Всё очень серьёзно. Люди из организации намеренно собирают нас на этом приёме. И почему именно Фостер? – безостановочно тараторит Крис, а мне остается слушать. Возражения все равно не принимаются.

Мы идём по Бродвею в Куинсе, руки в карманах и, несмотря на эмоции, лица выглядят буднично, словно два закадычных друга или приятеля решили прогуляться по городу. Крис предполагает, что за нами следят. Он рассказал мне о том, что не раз в саду моего дома замечал неестественный отблеск, как от стекла. Еще пару месяцев назад я посмеялся бы над ним, сказав: «Что за чушь? Хочешь сказать, что кто-то забирается на наши деревья и следит за гаражом?». Тогда иронии в моем голосе было бы предостаточно. Но не теперь. В нашей жизни все больше загадок, всё больше риска… в таких случаях я люблю повторять: «Мы в огромной заднице!» Уверен, все со мной солидарны.

– Подозрительно, Джейсон. Фостер – это вроде подсказки: «Мы осведомлены о том, что вы ходили к этому доктору, он вам рассказал слишком много того, что вам знать нельзя». Не знаю, как тебе, но мне страшно.

– Чего конкретно ты боишься?

– Что нас схватят и будут где-нибудь держать.

Пропускаем несколько машин, переходим улицу, затем я говорю:

– Напомни еще раз, что сказала тебе Луиза.

Крис колеблется, чешет лохматый затылок, затем дает ответ:

– Э… Она сказала, что на всех нас лежит серьёзная миссия.

– Вот! – щёлкаю пальцами.

– Что —«вот»?

Устало закатываю глаза.

– Разве не догадываешься, что мы нужны организации? А раз на то пошло, значит, нас не схватят. Наоборот, вероятнее всего, этот приём задуман именно для того, чтобы ввести нас в курс дела. – Стоим на перекрестке, ожидая зелёный. Хлопаю Криса по плечу и улыбаюсь. – Пойдём-ка, присмотрим подходящий смокинг. Мы идём на приём.

После обеда отделываюсь от зануды Криса. В последнее время мне хочется «съездить» ему по физиономии, чтобы мозги на место встали. От любви к Анне у него «крышу» снесло.

Вечер провожу в компании Мэган. Опять кафе-мороженое. Но ради жаркого секса после этого стоит и потерпеть. Как оказалось, у Мэгги есть своя собственная квартира, где мы с ней можем вытворять все, что угодно. Так какого черта ее тянет кушать мороженое? Таких девушек, как она, мне не понять.

Ночь проходит бурно с криками и стонами – всё как я люблю. Утром наспех принимаю душ и лечу в университет. Анна на лекциях отсутствовала, что взволновало Криса.

– У него скоро нервный срыв будет, – шепчу, чуть наклонившись к Матиасу, тот ухмыляется. – Может, нам его психиатру показать?

– Оставь его, Джейсон. Перестрадает, – с кривой усмешкой отвечает он.

Лишь бы не вздумал звонить ей. Вот этого как раз стоит опасаться. Немного поразмыслив, решаю поговорить с Крисом на эту тему, но в аудитории его нет. Он мог пойти только в столовую.

Выхожу в коридор и встречаю поток несущихся по своим делам студентов. Шум голосов наваливается на меня волной. От пестрой одежды рябит в глазах. Поправив воротник на джинсовой куртке, иду в сторону лестницы, но не дохожу до нее.

У стендов с результатами тестов стоит Криста. Она разговаривает с девушкой. Лицо Кристы очень серьёзное, она периодически качает головой, будто с чем-то соглашается, но я не могу определить, в какой степени находится их беседа.

Чтобы выяснить это, иду к ним.