– А что именно перебор? – огрызнулся Воан. – Что в моих зубах застряла чья-то задница? На вкус как картон, доложу тебе.

– В том-то и беда, бешеный ты пес. Ты не знаешь, кого кусать. Потому что там никого не было, кроме нее.

– Не смей, слышишь? Не смей даже заикаться об этом, пока я не свихнулся прямо у тебя в кабинете. Ее хладнокровно убили. Растерзали у нас дома! Дома, сучий ты потрох! – Наверное, в тот момент Воан кричал. Да, он совершенно точно не держал себя в руках.

– Вань, я больше не позволю тратить на это ресурсы.

– Тогда я продолжу тратить людей, – прошипел Воан.

– И этого я не позволю. Отныне ты ждун, Ваня. Человек на подхвате. Я хочу тебя приструнить, но не хочу отпускать. Одумайся, пока есть шанс.

Они еще поговорили.

В том числе об одной сломанной лучевой кости и одном сломанном носе. Переломы достались разным людям. Парочке ребят из патрульно-постовой службы. Они не имели ничего общего с теми бездарями, которые опрашивали соседей, когда Лию убили. Зато эти посчитали его чудовищем.

– Вань, вот тебе без обиняков, ладно? – сказал Ледовских. – Ты уникален. Методы твои, конечно, вызывают опасения, но ты ни разу не ошибся. Ты как комбайн по переработке отходов. Всегда найдешь семечку. Я не знаю другого такого же следака.

– Тогда почему не веришь, что ее убили? – Воан ничего не понимал. – Ее рука, нож…

– Потому что это не так, Вань. Конкретно это убийство только у тебя в голове.

И вот опять.

Ледовских предложил Воану посидеть на заднице ровно – без дел и ресурсов. Так сказать, отдышаться. Воан воспринял это в штыки. Он выдернул из-под рук Ледовских какой-то цветной лист бумаги и размашисто изобразил на нем рапорт об увольнении. А в конце приписал: «Пошел-ка ты на хер, Димуля».

Стоило ли говорить, что это испортило меню к брачному юбилею четы Ледовских?

До сегодняшнего дня Воан сидел без дел. Ледовских ждал, когда Воан образумится. Сам Воан ждал, когда заживут травмы тех кретинов, чтобы снять их с шахматной доски.

Он мотнул головой, прощаясь с воспоминанием.

Показался дорожный указатель. Воан покорно свернул и поежился.

Здесь начиналась гравийная дорога. Она была ухоженной и ровной, но деревья вдоль нее безобразно тянули ветви, образуя над головой мрачный покров. Дальше «дефендер» пробирался в утреннем сумраке с включенными фарами. Вдобавок поднялся ветер, и машину буквально засыпало градом крупных капель.

Воан отшвырнул карту на сиденье:

– Никто не остановит эту машину, детки. Я найду тебя и переломаю тебе все кости. Ты даже взмолишься и отринешь дьявола, с которым заключил союз. Но и Бог тебя не выслушает, потому что я вобью тебе в глотку замок от Рая.

Это было чушью, надиктованной эмоциями. Но Воан верил в это. Верил, что разорвет порочную связь человека и дьявола. И одного отправит в ад, а второго… зашвырнет туда же.

В небе сверкнуло. От насыпи облаков понеслась вытянутая серебряная монета. Молния прошибла ветви и ударила правее гравийки. Метрах в пяти от обочины вспыхнуло. Влага и прошлогодняя листва испарились.

Ослепленный вспышкой, Воан отвернулся.

На дорогу падало дерево. Оно с треском пробивалось сквозь ветви, целясь прямо в «дефендер». Скорость машины и скорость падения этой здоровенной дубины совпадали. Воан понял, что они обязательно встретятся. И встреча эта будет до смешного забавной. В лучших традициях черного юмора.

Воан откинулся и утопил педаль акселератора в пол.

Мышцы окаменели от напряжения. Он видел, что снаряд летит точнехонько ему в лоб, и рассмеялся. Буквально ощутил недовольство того полицейского, которому придется торчать здесь, под дождем, и глазеть, как гравий поглощает кровь и воду, просеивая кусочки мозгов.

Позади раздался оглушительный треск.

Заглядывая во все зеркала, Воан затормозил. Выбрался из машины с гулко бьющимся сердцем. Упавшее дерево еще пружинило, шелестя листвой, как трамплин, с которого только что соскочил прыгун.

Гравийку полностью перекрыло.

Насколько Воан знал, это была единственная дорога в «Дубовый Ист». Наверняка существовали и другие, какие-нибудь проселочные или тропинки, но поди отыщи их.

Воана потряхивало. В день, когда умерла Лия, тоже сверкали молнии. Одна из них ударила прямо в их дом – но не она убила Лию. Это сделал кто-то еще. Кто-то бестелесный. Необъяснимый. Тот, в кого не верили остальные. Возможно, по этой причине Воан и разлюбил дождь. Как и многое другое.

Он направился к дереву. Вынул из кармана пиджака фотографию Лии. Снимок покрывала защитная пленка. Предыдущие три изорвались без нее. У дерева Воан в задумчивости остановился. Чтобы перебраться на другую сторону, нужно как минимум ненавидеть свою одежду. О машине и говорить нечего. Сейчас дорога к «Дубовому Исту» – это путь в один конец.

Воан взглянул на наручные часы.

Секундная стрелка двигалась в обратном направлении.

Мгновением позже и минутная сделала шаг назад.

С фотографии смотрела молодая симпатичная женщина. Запустив пальцы в волосы, она смеялась. На щеках темнели ямочки, при виде которых у Воана защемило сердце.

– Я не свихнулся, это происходит опять, дорогая. – Воан зашагал к машине, держа фотографию как смартфон при видеозвонке. В горле першило. – Как ты там? Я задерживаюсь, прости. Только разгребу это дело… Только закончу с ним…

Спрятав фотографию, Воан открыл багажник «дефендера». Безучастным взглядом осмотрел его содержимое. Походные фонари. Аптечка, в которой среди таблеток, ножниц и жгутов прятался пузырек коньяка. Складная лопата. Рюкзак с туристским барахлом. Термос с кофе, который не мешало вылить еще в прошлом веке.

Воан прикрыл глаза.

Кое-что из этого они с Лией использовали, когда искали пропавших лошадей. Лия работала на коневодческой ферме «Марьин Табун», а теперь сама была там похоронена. Он открыл глаза. Всё не то. Он наклонился, раздвигая хлам, и наконец отыскал финку. Она лежала в коробке с автомобильным барахлом.

Если убрать чехол, можно увидеть на клинке беспорядочные кельтские символы. Этот нож подарила Лия. Как и запонки, которые были вдеты в двойные манжеты его рубашки. Лия вообще любила всё кельтское. Возможно, причина крылась в том, что само имя Воан имело кельтские корни. Но он не заплатил за финку, как того требовало идиотское суеверие о выкупе ножей. Просто с благодарностью принял подарок.

Не заплатил и убийца Лии, хоть и использовал нечто пострашнее ножа.

Разум Воана наполнил звук. Ему почудилось, что он слышит ржание насмерть перепуганного коня. Такое ржание он частенько слышал вместе с Лией в окрестностях коневодческой фермы, когда один из питомцев убегал. Воан захлопнул багажник. Посмотрел по обе стороны дороги. В кустарниках и за деревьями не перемещалось ничего крупнее капель.

Стоял конец апреля. Было уже довольно тепло, но из леса всё еще тянуло холодом.

Воан повесил нож на пояс, спрятав его у поясницы под пиджаком. Наверное, это чрезмерно – вот так шляться по пансиону с детишками, учитывая, что в кобуре дремал мощный «Кобальт». Но там же рыскал и убийца, а Воан не собирался давать ему никакого шанса, даже если это просто какой-нибудь сопляк.

Прежде чем сесть за руль, он завел часы. Вот уже второй раз за сегодня.

Секундная стрелка с неохотой погналась за временем.

3.

На въезде Воана остановили.

Он уже видел внушительную территорию «Дубового Иста», обнесенную черным кованым забором. Сам забор скрывался за декоративным кустарником – на вид очень плотным. Больше Воан разглядеть не успел, потому что из аккуратного домика КПП выскочил охранник, размахивая рукой.

Въезд был оборудован шлагбаумом и автоматическими откатными воротами. Шлагбаум был поднят, так что при желании Воан мог беспрепятственно въехать. Но он взял за привычку начинать с малого. Парень в хаки подошел к машине, явно намереваясь заглянуть в окно и спросить о цели визита. Возможно, правила обязывали его быть любезным. И назойливым.

Воан безжалостно толкнул дверцу. Охранник отшатнулся, получив удар.

– Кто обнаружил тело, малой? – прохрипел Воан, вылезая из «дефендера». В горле еще стоял ком.

– Че… чего? – Охранник держался за голову.

Воан полностью распахнул дверцу. На сей раз она пнула охранника в колено.

– Так кто же нашел тело?

Он буквально видел себя глазами этого бедолаги, который, скорее всего, и знать-то ничего не знал. Воан был в меру рослым, хоть и не дотягивал до пожарной каланчи. Это позволяло ему не нависать над людьми. При этом он оставался физически свободным даже среди здоровяков. Коротко стригся.

Из одежды Воан предпочитал темно-синие шерстяные костюмы-двойки, безупречно сшитые по фигуре. Не мешок, но и не в обтяжку, как у модника. Как раз чтобы быть на коне. Во всех смыслах. Сегодня он надел тщательно выглаженную рубашку цвета слоновой кости. А поверх рубашки пустил тусклый винный галстук. Кровь и кости, дамы и господа.

В бело-голубых глазах Воана, почти как у кельтского друида, отражался внутренний огонь.

– А вы, собственно, кто? – Охранник облизал губы.

Воан сунул ему под нос раскрытое служебное удостоверение.

– Так что там, пес? Это ты разнюхал, где труп воняет? Мне несказанно повезло, ежели так. Потому что в таком случае я задам тебе пару вопросов и преспокойно въеду. Но ты, по ходу, нихрена не запомнил, да? И это состояние длится с момента твоих родов, угадал?

Охранник заморгал. Его мозг пытался отсортировать вопросы от оскорблений.

Воан не исключал, что охранника заклинило на информации из служебного удостоверения. Как правило, для замыкания хватало должности Воана. Но вот его фамилия вкупе с отчеством вгоняла людей в еще больший ступор.

– Начнем с чего попроще, малой. Ворота – они закрываются?

– Что? – Охранник попытался взять себя в руки. – Э, да, конечно. Достаточно нажать на кнопку пульта.

– Так запри их, осподи. И пошевеливайся. Нам ведь не нужны шныряющие туда-сюда мигранты с ножами?

Охранник скрылся в домике на въезде. Воан огляделся.

Территорию «Дубового Иста» отличал зверский аппетит. У леса было отожрано не меньше трех гектаров. Воан насчитал десять зданий. Без труда опознал центральное – широкое, с несколькими крыльями. С воздуха наверняка напоминает паука, наложившего лапы на эти земли.

Его внимание привлек какой-то технический домик, у которого стоял мужчина в комбинезоне, завязанном рукавами на поясе, и в кепке-шестиклинке. Кожа этого человека лоснилась особым подкопченным блеском. Он разговаривал с девушкой. Она показала пакет и что-то передала. Мужик принял подачку и только после этого взял пакет.

По лужайке прогуливались старшеклассники в школьных пиджачках. Все ждали своей очереди, чтобы подойти к мужчине и отдать ему какой-то сверток. Легкая морось скрадывала детали происходящего.

– Любопытно, черт возьми, – пробормотал Воан.

Он немного поглазел на водонапорную башню. Довольно старую, из красного кирпича. Остальное вполне отвечало духу современности. Одно из зданий украшал зелено-алый неоновый крест.

Воан перевел взгляд на административный корпус. Там стояли два полицейских и женщина с ярким зонтом. Воан посигналил им и помахал рукой.

Между тем шлагбаум опустился, а откатные ворота поползли на свое место. С них срывались гроздья капель. Вернулся запыхавшийся охранник. Слегка злой, но всё еще сбитый с толку. Он посчитал, что следователь посигналил именно ему.

– Тело. Кто его обнаружил? – упрямо повторил Воан.

На лицо охранника вернулась бледность. Он тут же позабыл, что злится.

– Ну, кто-то из ночной смены. Точно не знаю, но это не я.

– А ты из какой смены?

– Из ночной.

– Стало быть, тело мог обнаружить и ты?

Охранник отчаянно замотал головой:

– Но это не я, говорю же.

– Почему ты еще на работе, если уже день, а смена ночная? Во сколько она заканчивается?