Эйдана спустилась во двор, где её ждал экипаж. А когда наконец прибыла ко дворцу, зал приёмов утопал в свете сотен фонарей, отражавшемся в отполированном до блеска полу и сверкавшем в драгоценных камнях на нарядах гостей. Воздух был тяжёлым и сладким от ароматов духов, вина и изысканных яств. Тихая, мелодичная музыка лилась из-под пальцев музыкантов, сидевших на небольшом возвышении. Гости неспешно собирались в группы, обмениваясь сплетнями и любезностями.

Стоило церемониймейстеру зычным голосом объявить: «Генерал Эйдана Кайо!», как на мгновение воцарилась тишина. Головы присутствующих повернулись к входу. И сотня глаз расширилась от изумления.

Она стояла в арке, высокая и стройная, словно клинок из чёрной стали. На фоне мужчин в расшитых драгоценными нитями одеждах и женщин, похожих на экзотических птиц в своих ярких платьях, Эйдана выглядела чужеродно и ошеломляюще. Алые волосы горели в свете фонарей, а золотые глаза холодно и оценивающе скользили по толпе.

Генерал вошла неспешно, с высоко поднятой головой. Её шаги отдавались тихим, уверенным стуком по полу. По залу пронёсся шёпот. Сначала тихий, как шелест листвы, а затем всё громче и громче. Мужчины хмурились, дамы прикрывали рты веерами, но никто не сводил с неё глаз. Смесь шока, смущения, осуждения и тайного, испуганного восхищения. Удивительно… но Эйдана не выглядела неуместно. Она выглядела так, словно весь этот зал, со всей его мишурой, был неуместен рядом с ней.

Не обращая внимания на перешёптывания, Эйдана медленно пошла вперёд. Она двигалась с уверенной, хищной грацией, и толпа невольно расступалась перед ней, как вода перед носом боевого корабля.

Её целью был помост в дальнем конце зала, где на высоком кресле, похожем на трон, восседал принц Во Иллай. Он тоже смотрел на неё, и на его лице застыла тень ярости и невольного восхищения, что разозлило ещё больше. Проклятая женщина… Ведьма… Он хотел видеть её униженной, вынужденной нарядиться в неудобное платье, чувствующей себя не в своей тарелке. А вместо этого она пришла в своей «броне», и бросила ему вызов на его же территории…

Эйдана подошла к принцу и коротко поклонилась.

– Ваше высочество. Как вы и приказывали, я здесь.

– Генерал, – процедил он сквозь зубы, его улыбка стала натянутой. – Вы… как всегда, верны себе.

– Благодарю, ваше высочество.

Она не стала задерживаться у трона. Взяв у проходящего слуги чашу с вином, Эйдана отошла в сторону, к одной из колонн, и когда музыка возобновилась, стала наблюдать.

Именно в этот момент она увидела его.

В противоположном конце зала, в тени резной ширмы, стоял Арилл Виттар. Он был одет в тёмные, почти чёрные одежды из лёгкого, матового шёлка, которые делали его похожим на элегантного ночного зверя. Надо признать, прекрасного зверя… В руках он держал чашу с вином, но, казалось, не пил, а лишь разглядывал её содержимое. Он выглядел так, словно ему было смертельно скучно.

Их взгляды встретились над головами гостей. На мгновение мир вокруг них исчез. Исчезли музыка, шёпот, запахи. Остались только они двое. Проклятый генерал и Ленивый демон. Две аномалии в этом блестящем, фальшивом мире.

Он не улыбнулся. Но в его серых глазах Эйдана увидела что-то новое. Не скуку, не безразличие. А едва уловимое, почти незаметное… одобрение. Виттар медленно, почти незаметно, приподнял свою чашу в тосте. Тосте в её честь. И Эйдана, к своему собственному удивлению, ответила ему едва заметным кивком.

Глава 12

Этот безмолвный обмен мнениями, длившийся не более удара сердца, изменил расстановку сил в зале. До этого момента Эйдана была просто диковинкой, нарушительницей спокойствия. Теперь же, получив знак одобрения от самого Виттара, она превратилась в загадку. В глазах придворных она и советник стали не просто героями сплетен, а заговорщиками, разыгрывающими какой-то непонятный, а потому пугающий спектакль.

Музыка снова полилась, гости возобновили разговоры, но атмосфера изменилась. Теперь в каждом взгляде, брошенном на Эйдану, сквозила не только насмешка, но и опаска. Она продолжала стоять у колонны, высокая и неподвижная, как статуя богини войны, случайно попавшая в павильон для чаепитий.

Эйдана знала, что долго так продолжаться не может. Кто-то должен был попытаться поставить её на место. И этот кто-то не заставил себя ждать. К ней приблизилась фигура, элегантная и хищная, как охотящийся горный монгут. Это был лорд Найвар из рода Туан, молодой аристократ, прославившийся не ратными подвигами или умом, а своей страстью к азартным играм и болтливым языком. Он был известен тем, что мог словом ранить глубже, чем мечом, и находил в этом особое удовольствие. За ним, хихикая, следовала свита из нескольких щёголей, одетых по последней моде.

– Генерал Кайо, – голос Найвара был мелодичным и вкрадчивым. – Какое смелое решение. Я всегда ценил хороший блеф. Скажите, какова ставка в вашей сегодняшней игре? Вы ставите на кон свою репутацию?

– Лорд Найвар, – Эйдана одарила его холодным взглядом, который заставил бы замолчать менее уверенного в себе человека. – Я не играю в игры.

Найвар картинно рассмеялся лёгким, переливчатым смехом.

– Неужели? А мне кажется, вы разыгрываете самую интересную партию в столице. И ваш партнёр, – он бросил многозначительный взгляд в ту сторону, где только что стоял Виттар, – известен тем, что никогда не проигрывает. Но знаете, в каждой игре есть карта, способная всё испортить. И сегодня вы выглядите именно так. Дико и неуместно.

Его свита тихо загоготала. Это была попытка удара, нанесённая с улыбкой.

– Неуместно, лорд Найвар? – переспросила Эйдана. – Я бы сказала, что неуместно проигрывать родовые поместья за карточным столом, оставляя свою семью без крыши над головой. Но у каждого свои представления о приличиях.

Улыбка застыла на лице Найвара. Упоминание о его недавнем крупном проигрыше, который он тщательно пытался скрыть, было ударом ниже пояса. Его лицо на мгновение исказилось от злобы.

– Вы… дерзкая мужланка! Вы не знаете своего места!

– Моё место – на стене, защищающей таких, как вы, от настоящих врагов, – отрезала Эйдана. – Но сегодня, по воле принца, я вынуждена находиться здесь. Так что либо привыкайте к моему виду, либо отойдите. Вы загораживаете мне обзор.

Найвар задохнулся от возмущения. Он был готов разразиться потоком оскорблений, но в этот момент рядом с ними, бесшумно, как тень, возникла третья фигура.

– А мне кажется, – произнёс тихий, бархатный голос, – что генерал права. Иногда полезно сменить перспективу. Взглянуть на привычные вещи под другим углом.

Арилл Виттар… Он подошёл так тихо, что никто не заметил. Он стоял рядом с Эйданой, небрежно держа в руке свою чашу, и его появление мгновенно остудило пыл Найвара. Взгляд советника лениво скользнул по бледному лицу аристократа.

– Какая встреча. Как поживает ваш отец? Я слышал, у него опять разболелось сердце. Наверное, переживает из-за… неудачных инвестиций сына.

Найвар вздрогнул. Упоминание о здоровье отца, которого он искренне любил, было последней каплей. Он побледнел, пробормотал невнятные извинения и, поклонившись, поспешно ретировался, увлекая за собой растерянную свиту. Эйдана и Арилл остались одни в небольшом круге пустоты, который остальные гости предпочитали обходить стороной.

– У вас замечательный талант, генерал, – сказал Арилл, его взгляд был устремлён в зал, но Эйдана чувствовала, что всё его внимание сосредоточено на ней. – Привлекать к себе каждый взгляд в комнате и создавать много шума. Почти как на поле боя. Даже из моего тихого угла невозможно было не заметить.

В его голосе не было колкости, лишь констатация факта, окрашенная лёгкой иронией.

– Если вам не нравится шум, советник, вам следовало остаться дома, – парировала она.

– Увы, мой долг иногда требует от меня подобных жертв, – он сделал маленький глоток вина. – Как и от вас, я погляжу. Через императора принц запер вас в столице. Глупый ход. Он не понимает, что огонь в четырёх стенах опаснее, чем в открытом поле.

– Я не огонь, советник.

– Нет? – он наконец повернул к ней голову. Его серые глаза изучали её без тени насмешки, с серьёзным, аналитическим интересом. – Вы воин. Вы явились сюда в своих боевых цветах. Вы бросили вызов. Это язык силы. И вы говорите на нём в совершенстве.

Он помолчал, позволяя ей обдумать его слова.

– Слухи, – произнесла Эйдана прямо. – Это ваша работа или принца?

– Какой бы вариант вы предпочли в качестве ответа? – голос Арилла был тихим и ровным, но в нём слышалась тень теплоты, которую Эйдана не могла не заметить. Он не был враждебен. Он был… заинтригован.

Она смотрела в его глаза – серые, глубокие, похожие на омуты в тихой реке. Виттар не собирался отвечать прямо. Он играл.

И в этот момент советник чуть склонил голову, его длинные, иссиня-чёрные волосы скользнули по вороту его тёмных одежд, а на губах появилась тень улыбки.

– Или вы хотите сказать, что всё это… – Арилл сделал неопределённый жест рукой, – всего лишь слухи и не более? Генерал, вы разбиваете мне сердце.

Его голос стал ниже, приобретая почти театральный тон.

– Вы даже не представляете, как я страдал. Сколько слёз пролил в подушку холодными, одинокими ночами, вглядываясь в луну и мечтая о дне нашей встречи. И всё это было напрасно? Моя нежная, робкая любовь была лишь предметом для сплетен?

Эйдана смотрела на его представление, на эту изящную, саркастичную защиту, и на её губах против воли появилась ответная усмешка. Он издевался, но в его издевательстве не было злобы. Лишь желание посмотреть на её реакцию.

Так он хочет поиграть? Что ж. Она примет вызов. Но играть будет по своим правилам. Вместо того чтобы вступать в словесную дуэль, в которой советник всегда был непревзойдённым мастером, Эйдана решила посмотреть, что случится, если встретить его вербальный театр – физическим. Как поведёт себя мастер контроля, когда контроль отнимут у него?

Её взгляд скользнул от Арилла к помосту, где Во Иллай, окружённый льстецами, делал вид, что не замечает их. План созрел мгновенно. Дерзкий, безумный и единственно верный. На лице Эйданы, до этого холодном и ироничном, внезапно отразилась такая искренняя печаль и раскаяние, что даже Арилл на мгновение замер.

– Ах, советник… – её голос стал ниже, с хрипотцой, полной невысказанных чувств. Она шагнула чуть ближе, вторгаясь в его личное пространство. – Могу ли я надеяться получить прощение за то, что так жестоко испытывала ваше сердце?

Не дожидаясь ответа, Эйдана сделала то, чего не ожидал никто. Она протянула руку, и её пальцы, покрытые старыми шрамами и мозолями от меча, коснулись его волос. Тонкая прядь, выбившаяся из причёски, скользнула между её пальцев. Шёлк. Прохладный, живой шёлк. Она задержала движение, позволяя всем в зале увидеть эту интимную, немыслимую ласку.

Зал замер. Музыка оборвалась на полуноте. Разговоры стихли. Сотня глаз, полных шока, уставилась на них. Принц Во Иллай, который только что пил вино, поперхнулся.

Арилл Виттар, чьё личное пространство было священно, застыл, как изваяние. На его безупречном лице впервые за многие годы отразилось нечто, похожее на изумление. Серые глаза, обычно холодные и насмешливые, на долю секунды расширились.

Эйдана смотрела ему прямо в глаза, и в её собственном взгляде теперь не было ни капли негодования. Лишь мягкость, тепло и обещание чего-то большего. Она чуть склонила голову, и её алые волосы на мгновение коснулись его тёмных одежд.

– Простите меня, Арилл, – прошептала она так, чтобы слышал только он. Но каждый в зале видел это движение губ.

Хаос был посеян, и Эйдана ощутила желаемое удовлетворение. Он хотел посмотреть на её реакцию? Что ж, теперь её очередь смотреть на его.