Кажется, эта подозрительная несхожесть давно мучила Похара. Но опять же, жалости к нему я не испытывал. Мне вообще было не до его кризиса среднего возраста. Пусть борется с ним, как дядьки в моём мире – купит себе золотой акраб-кабриолет, оденется в тунику помоднее и участвует в гонках, которые организуют молодые и богатые дивианцы. Может, подцепит там юную дивианку, годящуюся ему в дочери.

– Ты был нормальным отцом, – попытался утешить я. – И остаёшься им. Как там вообще дела рода Те-Танга?

– Лучше, чем раньше, – вздохнул Похар. – И всё без моего участия.

Папа рассказал интересную новость: его младший брат смог женить своего сына на Виви Карехи, заключив тот самый долгожданный союз родов Те-Танга и Карехи.

Внутренний Голос напомнил мне, что мужем Виви стал тот парень в круглой шапочке, который когда-то отказался платить дань Хаки.

– Я должен был стать тем, кто сделает союз возможным, – всхлипнул Похар. – Но я провалил поручение моего рода. Я не смог поженить тебя и Виви.

По словам папы, теперь его брат занял более высокое положение в роде Те-Танга и в сословии Поддерживающих Твердь. Он вообще стал одним из советников Карапу Карехи. У Те-Танга и Карехи появились какие-то тайные дела, в которые Похара никто не посвятил.

– Моя жизнь не оставит новых следов на Всеобщем Пути, – с надрывом признался Похар Те-Танга. – А те, что были, затираются следами других людей.

– Не отчаивайтесь… Ещё есть время наследить.

– Я упал и больше не могу идти наравне с моими сородичами.

– Ничего, подниметесь.

– Нет, сынок. Я могу только ползти в грязи, безо всякой надежды догнать тех Те-Танга, которые смело шагают вперёд.

– Всегда есть надежда, что… чтобы… – я не придумал, какая ещё надежда есть у этого несчастного человека и замолчал.

– Мой младший брат обошёл меня, наступив мне на спину, – снова всхлипнул папа.

Видимо, дороговизна алкоголя и сложность его покупки удерживали Похара Те-Тангу от того способа борьбы с депрессией, к которому обращались все провалившиеся по жизни пятидесятилетние мужчины России – забухать по-чёрному.

Но мне надоело искать слова поддержки для депрессивного папаши. Своих забот хватало. Сегодня мне предстояло узнать, кто я: выдумка безумного Самирана или же демон, занявший его тело?

При этом оказаться выдумкой было даже предпочтительнее. Ведь за подтверждённый демонизм меня могут отправить в Прямой Путь. А оттуда на казнь или в ссылку.

В зал вошла Мадхури Саран. Я даже и забыл, насколько она была прекрасна. Пусть эта красота была «натяжкой» озарения «Молодой Образ».

Папа Самирана встал и ушёл, не сказав мне на прощание ничего ласкового.

Мадхури спросила:

– Когда?

– Сегодня ночью. Ждите меня в доме на Восьмом Кольце.

Она кивнула.

Объяснив, как добраться до моего жилища, я покинул родительский дом.

7. Дворец для мужа и судьба для сына

Как положено богатому и славному роду, Ронгоа занимали своими домами, дворцами и парками целую улицу. Правильнее сказать не улицу, а сформировали что-то вроде родового посёлка, города в городе. Примерно в центре этого поселения раскинулась круглая и довольно большая площадь с единственной статуей в её центре, само собой – Первому Ронгоа.

Статуя выполнена из золота, серебра и крашеного небесного камня с той же дотошной гиперреалистичностью, как статуя первого Карехи, которую я когда-то я отмывал.

Высотою изваяние было метров десять, и изображало старца в многослойном халате с широким поясом. На поясе – висели настоящие шкатулки, покачивающиеся на ветру. На голове старца высилась цилиндрическая шапка с иероглифами рода Ронгоа.

Похожие шапки, я видел, надевали многие Ронгоа, один раз даже носила Реоа, но ей она совершенно не шла, и постоянно соскальзывала с головы. Впрочем, этой девушки не шли никакие шапки: всё-таки красивые волосы, особенно, когда уложены косичками по бокам головы, хоть как-то украшали её лицо, всё ещё отчаянно похожее на голый череп.

Статую окружали высокие столбы с круглыми светильниками на расширяющейся верхней части. Такие же столбы расставлены по обочине площади, заливая её слегка мертвящим синеватым светом. Между столбами стояли сверкающие золотом иероглифы, каждый метра в три размером, которые складывались в надпись:

СИЯ ПЛОЩАДЬ ЗАДУМАНА И ПОСТРОЕНА МАСТЕРАМИ ИЗ СОСЛОВИЯ ПОДДЕРЖИВАЮЩИХ ТВЕРДЬ ДЛЯ СЛАВНОГО РОДА РОНГОА.

И НОСИТ НАЗВАНИЕ «ПЛОЩАДЬ ЦЕЛИТЕЛЕЙ».

Название было несколько необычным, ведь чаще всего такие площади нарекались в честь рода. Но Ронгоа решили выпендриться скромностью и назвали площадь так, будто кроме Ронга никаких других целителей на Дивии не было. Мол, иероглиф «целители» и «Ронгоа» – это одно и то же, просто разные начертания.

Подобные площади в центре родового поселения имелись у многих родов и являлись общественным местом, то есть открытыми для посещения. Изредка рода накладывали на посетителей ограничение, не пуская или людей из враждебного рода или семьи, или вообще всех, кто Моральным Правом не вышел. За соблюдением ограничений следили небесные стражники.

На площадь выходили фасады родовых дворцов семей Ронгоа. Все без ограды, с открытыми входными арками. Кое-где вместо фасадов чернели тёмные пустыри, а кое-где недостроенные дома.

В одной части Площади Целителей высилась стандартная башня, указывающая на место для приземления акрабов. Сейчас там покачивалось два небольших блестящих золотом акраба, их длинные кили упирались в каменные плиты площади, словно ноги балерин. Казалось, что дуновение ветра повалит акрабы набок.

Из открытых овальных ворот экипажей торчали сходни, но не просто деревянные, а оббитые плотной, блестевшей в свете синих фонарей тканью. На самих акрабах тоже сверкали мощные фонари, отбрасывая разноцветные тени.

В небе висел третий акраб и целился килем, выбирая место для посадки. Выше него – ещё несколько акрабов дожидались своей очереди на приземление.

Группа богато одетых целителей, в основном из рода Ронгоа, но с примесью других родов, расположилась на коврах у статуи Первого Ронгоа. Расставив вокруг себя коробочки с едой и питьём, слушали речь какого-то очень пожилого мужчины, носившего такую же шапку, что статуя Первого Ронгоа.

Именно на этой площади Реоа назначила мне встречу. И я слега недоумевал – почему? Раз мы собирались незаметно проникнуть в дом Ронгоа, то не будет ли глупостью торчать на площади, где явно происходило какое-то семейно-сословное сборище целителей?

✦ ✦ ✦

Реоа подкралась ко мне неслышно. Как она это частенько делала, провела ладонью по моему горлу и пропищала:

– А если бы у меня был кинжал?

Одобрительно оглядела мой «скрытный» костюм – длинную тёмную тунику и обмотки чёрной ткани на руках и ногах. Сама же она носила свой любимый кожаный набор разведчицы. Её тощие ноги тоже плотно обмотаны чёрной тканью. Окутывавший её шею кусок ткани служил маской, которую нужно натягивать на лицо и прикреплять к шапочке. После чего Реоа окончательно превращалась в слегка фривольно одетого ниндзя.

– Ты не забыл нужный кристалл?

В ответ я молча щёлкнул по шкатулке на поясе.

К этому времени все акрабы приземлились, из них вышло ещё два десятка целителей разных родов и семей. Но Саран не было. Род Ронгоа всё ещё считал себя «отвернувшимся» от них. Людей возле памятника стало так много, что сборище походило на некий очень тихий митинг.

– Что за собрание? – спросил я.

– Чествование целителей, которые достигли больших успехов в лечении болезней глаз. Сейчас лучшее время, чтобы проникнуть в дом дедушки Каро Ронгоа. Все здесь собрались.

– И дедушка тоже? Покажи его?

– Если мой дедушка не хочет, чтобы какой-то босяк из рода Саран знал его лицо, то я не вправе показывать его тебе.

– О, Создатели, как же я рад, что родился в роду попроще. Я могу любить того, кого хочу и могу не соблюдать дурацкие правила.

– Тебе смешно?

– Забавно, что ты соблюдаешь право дедушки Каро быть неузнанным мною, но при этом готова провести меня в хранилище его личных скрижалей.

– А мне забавно, Самиран, что ты смеёшься надо мной, при этом требуешь, чтобы я тебе помогла. Раз так, то я не поведу тебя в хранилище.

– Прости, прости, я – глупец.

Но я знал, что угроза Реоа – пустая. Я заметил, что ей самой интересно, зачем мне нужны эти скрижали?

Вопреки ожиданиям, Реоа повела меня не к самому дворцу Каро Ронгоа, а свернула к огороженному низким заборчиком пустырю, на котором белели недостроенные стены будущего здания. Судя по размерам стен – намного большего, чем дворец дедушки Каро.

Реоа шла впереди меня. Кивнув на стройку, сказала:

– Знаешь, что это будет?

– Новый дворец рода Ронгоа?

– Этот дом предназначен мне и моему будущему мужу.

– Муж уже назначен?

Реоа нервно повела плечами:

– Двое. Но старшие ещё не решили, кто станет избранником: мужчина из рода Тахика, который почти старик, ему почти два поколения, или мой дальний брат, который пока что ещё слишком мал, чтобы ложиться с женщиной.

– А ты кого бы выбрала?

Реоа злобно на меня посмотрела:

– Я бы тебя выбрала. Но ты глуп, ты не целитель и вообще – какой-то там Саран.

– Кстати, насчёт этого… А как долго род Ронгоа будет дуться на Саран?

– Пока они не возместят потерю молодого целителя.

– То есть – меня?

– Да.

– Целителей же полным-полно. Вон, целая площадь собралась. Даже среди младших учеников Дома Опыта их едва ли не четверть от общего числа. И я не единственный из рода Саран. Неужели то, что я стал воином, нанесло невероятный ущерб роду Ронга?

– Роду не нанесло, а вот сословию – нанесло. Ведь ты должен был изучить целительские озарения, которые тебе указали бы старшие моего рода.

Я заинтересовался:

– Это какие-то скрытые озарения сословия Возвращающих Здоровье?

– Да. И я не должна тебе это рассказывать.

– Но ты же расскажешь?

– Ты должен был усвоить гроздья озарений, исцеляющих старость.

– А что в них особенного?

– Работа с дряхлыми жителями трудная и грязная. Ты должен был бы вспарывать тела старцев, приблизившихся к порогу смерти, и вынимать их внутренние органы. Очистив их от скверны, ты должен был вдыхать жизнь в истлевающие члены и тем продлять жизнь старцев. И чем старше хворый, тем чаще нужно это делать. Иногда даже два-три раза в день.

– Реоа, – усмехнулся я. – Что-то мне подсказывает, что выражение «вдыхать жизнь» – это в прямом смысле?

Нехотя Реоа подтвердила:

– Озарение «Дуновение Жизни» через дыхание или дуновение передаёт часть своего здоровья хворому. Это озарение целители не любят.

– Из-за того, что приходится жертвовать собой и своим долголетьем ради других?

– Да. Поэтому им орудуют только молодые целители возрастом не старше поколения. На них оно не так сильно сказывается.

Ясненько, старшие сословия Возвращающих Здоровье хотели сделать Самирана из рода Саран целителем узкого профиля и послать на работу, которую сами Ронга и их отпрыски делать не желали. Ибо кому охота следить за умирающими стариками, пересобирать их тела и откачивать их дерьмо, давая им протянуть ещё день-другой? При этом время от времени необходимо дуть старикам в гнилую печёнку или кишки, тратя на это озарение свои молодые годы.

Хорошую же судьбу Мадхури Саран уготовила своему сынку! Она вообще в курсе, на что род Ронгоа хотел подписать Самирана?

– За отмывание старичков и старушек от скверны хотя бы хорошо платят?

– Очень и очень хорошо. Поэтому роду Саран было важно удовлетворить желание старших сословия и отдать одного своего отпрыска на это предназначение. Это возвысило бы вас среди других целителей в сословии.

– Как я рад, что стал воином. А что теперь будет с…

– Тс-с-с, тихо, – приказала Реоа.

Натянув на лицо маску, она присела и крадучись пошла к узорчатому забору задней стороны дворца Каро Ронгоа. Я тоже надел маску, купленную для посещения храмов, и последовал за девушкой.

✦ ✦ ✦