Великая Матерь-Ведьма, о чём я вообще думаю? Первый котёл сказал, что я – перворождённая ведьма. Я родилась раньше Мари и получила всю силу рода. Но ведь это невозможно по определению! Я младше Марии-Фелиссы на три дня и едва ли могу колдовать. У меня нет силы рода, у меня вообще почти нет силы.

Пальцы нервно дрожали, поэтому я снова сжала юбку платья и зажмурилась. Дыши, Розэ, только дыши. Сейчас директриса закончит с распределением остальных первокурсников и разберётся с нашей проблемой. Мари отправится к ведьмам-первенцам, а я к неудачницам, и всё будет, как и должно было быть.

Нас проводили в кабинет директрисы и оставили наедине, наказав ждать главную ведьму академии. Я присела на краешек одного из стульев для посетителей и съёжилась в ожидании взрыва. И он не преминул случиться.

– Всё из-за тебя, Розэ! – завопила Мари, заметавшись по кабинету, – ты всегда всё портишь. Ты просто притягиваешь неприятности.

– Но я не виновата, Мари, – предприняла слабую попытку оправдаться, – это что-то с котлом…

– Это что-то с тобой! – оборвала мой лепет кузина, – котёл всегда прав. Быть такого не может. Ты – и ведьма-наследница. Да это даже звучит, как бред. Я вообще не уверена, что ты не подкидыш, которого дядя решил взять в семью.

– Перестань!.. – мои губы задрожали от обиды, а глаза начали жечь злые слёзы, – зачем ты так, Мари?

– Потому что не могла в нашей семьи родиться такая неудачница как ты, – злобно припечатала Мария-Фелисса, – поколения наших предков славились как сильнейшие ведьмы, мы ведём свой род от древних ведьм Фер де Клёр, а тут ты, натуральное недоразумение и ошибка природы. Да ты…

Перед глазами всё поплыло от еле сдерживаемого гнева и обиды, но я ничего не могла ей возразить. Она ведь права. Поколения славных предков, и я, ведьма с жалкими крохами силы. Но я же в этом не виновата! Не я выбирала, с каким количеством силы мне родиться. Не я выбирала, в чьей семье мне родиться.

– Довольно! – жёстко прервала излияния Марии-Фелиссы вошедшая директриса Франсуа, – не достойно ведьме Фардеклёр опускаться до оскорблений собственной сестры. Отвратительно.

Женщина поморщилась, а Мари залилась густой краской, хватая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. Она выглядела так, будто ей надавали пощёчин. Я часто заморгала, чтобы избавиться от кровавого тумана перед глазами.

– А теперь разберёмся в случившемся, – директриса прошла к собственному столу и грациозно опустилась в кресло, – Первый котёл никогда не ошибается. Это артефакт древних ведьм. Розэ, вы перворождённая ведьма рода Фардеклёр, это несомненно. Уж не знаю, кто и зачем скрывал это.

– Но это невозможно, – я медленно выдохнула, – я не смогу учиться в классе родовой силы. У меня нет никакой родовой магии. У меня и обычной-то мышкины слёзки.

– Это странно, – Милина Франсуа нахмурила тонкие брови, – скорее всего, они просто ещё не проснулись. В любом случае, ваша кузина не сможет учиться в классе родовой силы. У неё её точно нет. Но вы всё равно очень сильная ведьма, Мария-Фелисса.

– Директриса, – кузина взяла себя в руки, – нужно вызвать главу нашего рода и разобраться в этом недоразумении. Может, кто-то повлиял на магию котла?

– Вы правы, главе Фардеклёр нужно сообщить о произошедшем, но разбираться никто не будет, – жёстко осадила её главная ведьма академии, – вы не расслышали, но я повторю – Первый котёл никогда не ошибается. На него невозможно повлиять. Смиритесь, Мария-Фелисса, вы не перворождённая ведьма. Но это не такая уж и трагедия, ваши личные силы довольно велики.

– Это ошибка, ошибка… – как сумасшедшая забормотала себе под нос кузина.

– Директриса Франсуа, – подала я голос, – но как я буду учиться? У меня почти нет магии.

– Чушь, – отрезала эта невозмутимая ведьма, – возможно, ваша сила – поздняя ягода, и созреет в скором времени. В истории бывали случаи, когда ведьмы обретали свою магию в довольно взрослом возрасте. Поэтому вам всё равно придётся ходить на занятия, Розэ. Но мы избавим вас от части практических занятий на первое время. Больше вопросов и возражений нет?

Я опустила взгляд на собственные колени и в очередной раз смяла ладонями ткань несчастной юбки. Мария-Фелисса злобно засопела, я почувствовала, как она прожигает на моём темени дыру размером с тот самый Первый котёл. Она не успокоится, не простит мне этого.

Я поёжилась. Кажется, моя жизнь станет намного сложнее, чем я предполагала. Вот не хотела я на это распределение! И правильно делала.

Глава 2. Я тебя прокляну

Розэ

Директриса Франсуа отправила нас восвояси. Её не интересовало, что сейчас для семьи Фардеклёр настали тёмные времена и грядёт огромный взрыв. Ей было без разницы, что в её академии сейчас две ведьмы, которые могут натворить кучу ошибок.

Мари была молчалива и бледна, я понимала, что ей очень плохо, она убита. Вся её жизнь изменилась в один миг, но и моя жизнь резко изменилась. Это она всего лишь потеряла звание наследницы и место среди родовых ведьм, а я…

А я потеряла свою жизнь. Потеряла свою тихую жизнь в тени Марии-Фелиссы. Мне не позволят отсидеться в стороне, меня не оставят в покое, пока моя душа не отойдёт к Матери-Ведьме. Да тётка наверняка уже думает, как извести меня так, чтобы никто её не поймал. И никто не заступится. Чёрт, чёрт, чёрт.

– Что мне делать? – пробормотала я себе под нос.

– Тебе? – кузина резко затормозила и обернулась ко мне, – что тебе делать?! Почивать на моих лаврах! Ты уничтожила мою жизнь.

– Замолчи! – меня заколотило от мгновенно взметнувшегося пламени злости, – для тебя почти ничего не изменилось, это моя жизнь уничтожена. Неужели ты не понимаешь, что мне не позволят жить, если я не докажу своё право на силу рода?

– Розэ! – зашипела Мари.

– Это ты любимица и гордость семьи Фардеклёр, это ты законный ребёнок своей матери, это ты могущественная ведьма, достойная нашего рода, – взорвалась я, из последних сил сдерживая внутри жаркую колючую волну, – не тебя растили из жалости, не тебя старались не замечать, не на тебя смотрели с брезгливостью и презрением. Мне позволили жить, потому что наследницей была ты!

Кузина молчала, глядя на меня совершенно по-новому. Да, мышка Розэ тоже может кричать и что-то чувствовать. Она тоже может злиться. У неё тоже есть своё мнение.

– Как только дома узнают обо всём… – у меня перехватило дыхание от страха, – да твоя мать первой предложит прибить меня и вернуть родовую силу нашего поколения к ведьмам-прародительницам.

– Ты совсем обезумела? – Мария-Фелисса встряхнула меня за плечи, – ты говоришь о моей матери!

– Я говорю об Ирэне Фардеклёр, которая в пять лет дала мне пирожное с белладонной, – пробормотала я.

– Это был несчастный случай, – зашипела Мари, – ты сама виновата.

– Это она мне его дала, – сказала я, – меня убьют. Мне хана, Мари. Что мне делать? Что делать?

– Розэ! – кузина разгневанно затрясла меня за плечи так, что моя голова моталась из стороны в сторону как болванчик, – заткнись, ради Матери-Ведьмы, просто заткнись!

– Меня убью-у-ут, – завыла я, выдавливая слёзы жалости к себе.

– И-и-и-и-и! – заверещала Мария-Фелисса, заставляя меня захлебнуться своими завываниями, – замолчи, пугливая курица! Иначе я сейчас сама прерву твою жалкую жизнь. Просто придушу тебя прямо в этом углу, Розэ!

– Ик! – всё, что ответила я, смаргивая слёзы.

– Что за мерзкая шутка ведьм-прародительниц? – злобно шипела мне в лицо кузина, – почему ты родилась раньше? Ты полное ничтожество, Розэ. Но я не дам тебе посрамить честь нашей семьи ещё больше. Если для этого мне придётся спасти твою никчёмную жизнь, я это сделаю. И, видит Матерь-Ведьма, я приложу к этому все силы.

– Вот спасибо, – оскорбления Мари неожиданно привели меня в чувство, – я всегда знала, что в глубине своей гнилой души ты меня любишь. Хоть и скрываешь это.

– Заткнись, Розэ, – огрызнулась кузина, – я тебя ненавижу и презираю сейчас как никогда прежде, но честь рода превыше моих чувств.

– Как скажешь, – я шмыгнула и улыбнулась. Огонь внутри медленно погас. Отлично.

– За мной, – бросила Мари.

Она отпустила меня и быстрым шагом направилась вперёд. Я постояла, окончательно успокаиваясь после неожиданной истерики, а потом почти побежала вслед за кузиной. Понятия не имею, что она задумала, но она сможет помочь мне. У нас сложные отношения, но я точно знаю, что Мари не позволит мне умереть.

А если за дело бралась моя блистательная кузина, то успех предприятия неизбежен. Нет, ну почему Первый котёл выбрал меня? Почему отец скрыл время моего рождения? Вопросы-вопросы-вопросы, а спросить не у кого. Ведь блудный папаша опять отправился в дальние странствия, а мать я никогда не знала.

Мне говорили, что она была простым человеком, случайной любовницей Пирса Фардеклёра. А мой папаша был так благороден, что позволил ей выносить ребёнка и забрал в свою семью, когда она умерла.

За свои восемнадцать лет жизни я видела Пирса от силы раз двадцать, когда он приезжал в родовой особняк отсидеться после того, как набедокурил где-нибудь в мире. Безответственный, необязательный и ветреный человек. Но бабушка всё равно его любила, поэтому разрешила мне расти в семье. Жаль, что меня она не любила хотя бы на одну восьмушку так же, как его.

– Пришли, – Мари распахнула двери.

– Библиотека? – я зашла следом за ней.

– У меня есть план, – в её глазах полыхнул чёрный огонь предвкушения.

– Что ты задумала? – я нервно сглотнула.

– Я прокляну тебя, Розэ, – она зловеще улыбнулась, – я прокляну тебя так, что никто даже не заметит, что у тебя почти нет магии.

Я привалилась к стене и побледнела. Нет-нет-нет. Даже я не настолько отчаянная, чтобы стать проклятой.

– Слушай, умереть не так уж и страшно, да? – пропищала я, – Матерь-Ведьма примет меня в свои тёплые объятия, и я обрету вечный покой.

– Ну уж нет, – зарычала кузина, – если ты украла у меня моё место, то ты будешь жить и нести тяжесть этого бремени, а я буду смотреть со стороны и наслаждаться видом. И если для этого тебя нужно проклясть так, чтобы ты светилась как рождественская ёлка, я тебя прокляну. Поняла, Розэ Фардеклёр?

– Поняла, – вздохнула я, – какое проклятие ты хочешь использовать?

– Идём, – она махнула рукой и пошла вглубь царства знаний.

Я попыталась взвесить все плюсы и минусы. Существует же проклятийная терапия, когда людям помогают с помощью проклятий, так почему бы нам тоже не попробовать? Правда, существует огромная доля риска, потому что проклятия очень непредсказуемая и опасная штука. Ими проще навредить, чем помочь.

Но с другой стороны… Откинуть копыта я всегда успею, почему бы и не попробовать?

– Ну что, Розэ? – зловеще улыбнулась кузина, нависая надо мной, – начнём с лёгких проклятий. Постепенно будем наращивать их силу. Я буду так мила, что даже предоставлю тебе выбор.

– Какая щедрость, – кисло ответила я.

– Итак, прыщ на носу или запах изо рта? – она размяла руки.

Я задумалась. Оба варианта были так себе, и какое зло было меньшее, я не знала. По-моему, всё одинаково паршиво. Я посмотрела на Марию-Фелиссу, казалось, ей доставляли особое удовольствие мои муки выбора. У-у-у, ведьма! И тут смогла надо мной поиздеваться.

– Я жду, Розэ, – ещё более довольно засияла эта коза, – решай быстрее. Я не собираюсь просидеть тут весь день.

– Тебе говорили, что ты редкостная гадина? – спросила я, чтобы ещё немного потянуть время. Прыщ или вонь изо рта?

– Ладно, побуду лапочкой, – она вздохнула, – есть третий вариант.

– Какой? – спросила, чувствуя подвох.

– Наслать сразу оба проклятия, – оскалилась Мари.

– Ну уж нет! – я поёжилась, – прыщ.

– Эх, а я надеялась. Обломала всё удовольствие, – она потёрла ладони друг о друга и встряхнула, – сейчас я сделаю тебе просто роскошный прыщ! Королевский!

– Матерь-Ведьма, спаси и сохрани, – обречённо зашептала я, закрывая глаза руками.