С костюмами дела обстояли ещё хуже. Скроенные на мужскую фигуру, они сидели на мне отвратительно, тут я даже согласилась с господином Паоло. Брюки топорщились, где не надо, а где надо было бы топорщиться, сбивались складками. Для рубашек и камзолов у меня явно не хватало ширины плеч, да и грудь выделялась. Всё это заставило портного крепко задуматься. Около получаса он что-то чертил в большом альбоме, а потом собрал весь ворох забракованной им одежды, спрятал за чехлами и ушёл, пообещав к утру решить этот вопрос.

Поле его ухода остались три комплекта красивого нижнего белья, две тонкие длинные ночные сорочки, тёплый розовый халат, который мне особенно понравился, и много-много вопросов.

Теперь намерение сделать из меня парня-секретаря стало казаться настоящим бредом, заранее обречённым на провал. Удивительно, как такая мысль вообще могла прийти в светлую голову Эльнару?

Мы с портным провели вместе не меньше трёх часов. Я дважды спасалась бегством под предлогом срочно сказать пару слов Элю. Так мне хоть на несколько минут удавалось отдохнуть от этого чрезмерно деятельного человека.

Сразу после появления господина Паоло Эльнару принесли какие-то бумаги, и он устроился с ними в кабинете. Но когда чудо-портной, наконец, оставил меня в покое, и я заявилась к Элю, новоявленный принц всё так же сидел за письменным столом и с усталым видом изучал лежащий перед ним документ.

– Закончили? – поднял он на меня взгляд.– Долго же вы возились.

Удивительно, но его глаза снова стали обычными, с радужкой красивого синего цвета. Сияние пропало.

– Просто у кого-то слишком предвзятое отношение к вещам, – проговорила я, присаживаясь в кресло с другой стороны стола. – Что изучаешь?

– Лучше не спрашивай, – бросил Эль, изобразив мученическую улыбку. – Честно говоря, раньше мне казалось, что управление страной – это не так уж и сложно. Что есть король, есть Королевский Совет, и есть министры, каждый из которых заведует своим направлением. И в целом я был прав, но…

Он развернул ко мне большую схему, которая больше напоминала по строению хитро сплетённую паутину. Ниточки-чёрточки соединяли в ней должности и подразделения. Я честно пыталась понять хоть что-то в этой каракатице, но в итоге сдалась.

– Жуть, – призналась, возвращая Эльнару бумагу.

– И это только схема взаимодействия подразделений, – сказал Эльнар, с грустью глядя на документ. – Схема движения денежных потоков ещё страшнее. Она на один лист не помещается, там листов пятнадцать. А про налоги, сборы, пошлины, порядок их сбора, распределения, перераспределения мне даже читать страшно. Люди этому годами учатся, а я не казначей. Я маг. Что они хотят от меня добиться?

Он улыбался, но эта улыбка была кислой и откровенно растерянной. А ещё я вдруг подумала, что он, скорее всего, просто боится не справиться. Ведь Эльнар Харпер всегда и во всём был лучшим. Но теперь перед ним стояла явно непосильная задача.

– Не думаю, что они ждут от тебя слишком много, – сказала я, глядя на него с сочувствием. – Уверена, Эль, постепенно ты начнёшь во всём этом разбираться. Не пугайся раньше времени.

– Ясное дело, что все эти документы мне дали, чтобы я хотя бы представление имел о системе управления страной, – он поднялся из кресла, отвернулся к окну и добавил: – Знаешь, что меня на самом деле пугает? Метка. Я боюсь, что наш незримый кукловод опять попытается на меня влиять. Он ведь внушил мне мысль отправиться к водопаду, и я принял её за своё желание. Сам пришёл в ловушку, да ещё и Эркрита с собой привёл. И никто не может дать гарантии, что такое не повторится. Я опасен, Мей.

– И я тоже, – кивнула, прекрасно понимая его чувства. – Но ты ведь смог сопротивляться.

– Открытому приказу – да, – согласился Эльнар. – Но со мной в тот момент вообще что-то странное происходило. Я знал, что ни в коем случае не должен подчиняться. Был в этом уверен. А во всём, что касается обязанностей принца и правил поведения во дворце, уверенности у меня не будет. А я теперь даже на интуицию положиться не могу. Вдруг мне снова попытаются что-то внушить?

Я поднялась, подошла ближе и уже привычно взяла его за руку. Эль был прав… во всём прав. Мы с ним – словно смертельные плетения замедленного действия. А управлять нами имеет возможность человек, который явно королевской семье добра не желает. Он ведь специально сделал так, чтобы мы оказались во дворце. Уверена, у него на нас, точнее на Эльнара, большие планы. Хотя, меня ведь тоже можно использовать. И от этого только страшнее.

– Чтобы иметь возможность сопротивляться, наше с тобой эмоциональное состояние должно быть стабильным. Нам не стоит допускать негативных эмоций. Они  усиливают действие метки. Но… – он горько усмехнулся. – Впереди неизвестность, недоброжелатели, непонятные обязанности. Как тут уберечься от негатива? Как, Мей?

– Не знаю,  – сказала, опустив голову. – Наверное, никак.

Но, видимо, грусть в моём голосе умудрилась подействовать на Эльнара отрезвляюще. У него даже взгляд изменился – апатия исчезла, а ей на смену пришла решимость.

– Нет уж, – он коснулся моего подбородка, приподнимая лицо. – Мы справимся. Слышишь меня, просто будем держаться вместе. Что бы ни случилось – помни: у тебя есть я, и я никому не дам тебя обидеть.

Он смотрел мне в глаза. Наши лица разделяли какие-то пара десятков сантиметров. И это напрочь лишало меня возможности адекватно соображать.

– И ты не забывай, что у тебя есть я, – ответила, тая под его взглядом.

Эльнар мягко улыбнулся. Его пальцы  с моего подбородка скользнули на скулу, погладили шею… а у меня от этой милой и безумно приятной ласки перехватило дыхание. Сердце в груди стучало, как сумасшедшее. И в этот момент мне безумно захотелось податься чуть вперёд, просто качнуться навстречу Элю… и коснуться губами его губ.

Но вместе с этим желанием появился и страх. Я боялась того, что он мне не ответит. Или наоборот, ответит, да так, что мы зайдём слишком далеко, а потом я просто стану очередной его бывшей любовницей. Или того хуже – он будет со мной, пока ему так удобно. А потом найдёт себе очередную подружку здесь, во дворце. Уверена, среди фрейлин немало тех, кто с радостью согреет постель принцу.

Светлые Боги, сколько мыслей! Но благодаря им желание прямо сейчас поцеловать Эльнара притупилось, и я даже нашла в себе силы отстраниться. Эль же только едва заметно кивнул каким-то своим выводам и снова вернулся в кресло.

– Мей, а можно личный вопрос? – сказал Эльнар, глядя на пресловутую схему управления, словно на врага.

– Конечно, – кивнула я. Да у нас почти не было друг от друга секретов. Мне даже стало интересно, о чём же он хочет спросить.

– Я знаю, что ты девушка серьёзная, что с первыми встречными интрижки не заводишь, – начал Эль, поднимая на меня взгляд. – Но всё же, скажи, какие отношения связывают тебя с Семиром Амадеу?

– Мы друзья, – ответила без задней мысли.

– Да? – с иронией бросил Эль. – Мы с тобой тоже друзья. Но меня ты так ни разу не целовала.

Кажется, в одно мгновение я умудрилась покраснеть вся, до самых кончиков ногтей. Если честно, со всеми этими событиями я и думать забыла о каком-то там поцелуе, да и не придала ему особенного значения. Но Эльнара, кажется, это, действительно беспокоило.

– Если я тебя так поцелую, это плохо кончится, – честно призналась я, но смотреть при этом предпочла в окно, за которым стремительно сгущались сумерки.

– То есть поцелуй с ним закончился хорошо? – бросил Эль, подперев голову рукой.

Я чувствовала, что ему неприятна эта тема, и совсем не понимала, зачем он её завёл? Я же не обсуждала с ним подробности его тесного общения с Литти. Мне попросту было противно. Так чего теперь он хочет от меня? Подробностей?

– Поцелуй с ним закончился твоим появлением, – сказала я, всё же найдя в себе силы посмотреть Элю в глаза. – Но если бы ты нас не прервал, то мы бы просто распрощались и разошлись по домам.

– Тебе понравилось? – не унимался Эльнар.

– Да какая разница?! – возмутилась я, не понимая, к чему этот допрос. – Или ты хочешь узнать о моих ощущениях? Да? – и раздражённо выпалила: – Так вот, Эль, это бы приятный, нежный поцелуй с привкусом фруктового чая. Тебе рассказать, насколько мягкие у Сема губы, каков язык?

– Хватит. Спасибо. Не нужно.

Он отвернулся в сторону и так крепко сжал карандаш, что тот едва не хрустнул в его руке. Весь вид Эльнара говорил о том, что он напряжён и едва сдерживает эмоции.

– Чего ты взъелся? – спросила куда более спокойным тоном. – И тогда, и сейчас. Тебя так раздражает, что я провожу время с кем-то другим? Или тебе не даёт покоя именно поцелуй?

– Да! – сказал он, гладя мне в глаза. – Да, Мей. Я не хочу, чтобы он тебя целовал! Не хочу. И если увижу его рядом с тобой, боюсь сорваться и сделать глупость.

– И как это называется? – усмехнулась я.

– Называй, как хочешь.

К сожалению, а может, и к счастью, договорить, нам не дали. В кабинет постучалась черноволосая худощавая женщина лет сорока на вид, в форменном тёмно-синем платье и переднике. Она представилась Ханной, сказала, что её назначили нашей горничной, и сразу же сообщила, что в гостиной нас ожидает ужин.

Эль поблагодарил её и предложил мне руку, чтобы проводить к трапезе. Я не стала отказываться. Привычно зацепилась за его локоть и пошла рядом. Но когда мы усаживались за овальный стол, где легко бы поместилось не меньше десяти человек, Эль подарил мне взгляд, в котором так и читалось, что к обсуждаемой теме мы ещё вернёмся.

Вот чего он привязался с этим поцелуем? Возможно, это, и правда, дружеская ревность? Или не дружеская, а самая настоящая? Может ли оказаться так, что я на самом деле нравлюсь Эльнару?

Я снова посмотрела на сидящего напротив молодого, красивого мужчину, и мысленно отвесила себе подзатыльник. Нет, такие на девушек, подобных мне, даже не смотрят. А если и смотрят, то лишь от безысходности. И что вообще за мысли? У нас с Элем не может быть ни каких отношений, кроме дружеских!

И если раньше какие-то призрачные перспективы ещё существовали, то теперь они развеялись, словно утренняя дымка. Он – сын короля, а я – дочка горничной. Горничной, которая умерла от любви к лорду.

Светлые Боги, очень надеюсь, мне не придётся повторить её участь.

***

Может, это и глупо, но после ужина, кстати, поразительно вкусного, я предпочла скрыться от разговора с Элем в своей комнате.  Отговорилась тем, что хочу рассмотреть оставленные господином Паоло платья. Эль, конечно, не стал возражать, но по его взгляду я поняла, что меня раскусили.

Оказавшись в спальне, я присела на край шикарной кровати, застеленной плотной мягкой тканью нежно-персикового цвета, и попыталась навести в мыслях порядок. Увы, получалось у меня плохо. Я снова и снова возвращалась своими размышлениями к Эльнару, вспоминала словно случайно оброненные фразы. И чем больше думала о нём и его словах, тем сильнее становился мой страх. Ведь если отбросить эмоции и рассуждать логически, то получалось, что я на самом деле ему не безразлична. Более того, он видит во мне не только друга, но и девушку. Но если это на самом деле так, то наши отношения рано или поздно изменятся. Я-то со своей симпатией постараюсь справиться. Но вот Эль – вряд ли. И что делать?

«Предлагаю начать учиться понимать друг друга. Не убегать от проблем, а решать их», – прозвучала в моей голове фраза, когда-то сказанная Эльнаром. И я снова задумалась. Может, он прав? Может, нам на самом деле стоит поговорить начистоту?

Да, звучит, конечно, хорошо. Но я даже представить не могу, как это будет выглядеть на деле. Что я ему скажу? «Эль, знаешь, ты мне дико нравишься, но я безумно боюсь в тебя влюбиться, потому все твои призрачные намёки непонятно на что меня очень пугают. Давай ради моего душевного спокойствия держать дистанцию и не забывать, что мы с тобой прежде всего друзья?» А если он ответит, что и так видит во мне только подругу? Да я же сквозь землю провалюсь от стыда после собственных никому не нужных признаний!