Ну, почему он решил, что корона должна достаться именно мне?

В общем, на этом нынешний этап Игры для нас и закончился. Переместившись в свою комнату в общежитии, я тут же услышал в голове всё тот же безликий голос: «Поздравляю, вы прошли отборочный тур». А ведь получается, что нас отбирали не только по уровню магии, выносливости и навыкам ориентирования на местности, но и по умению договариваться и искать компромиссы.

Хорошее испытание. Жаль, что следующее состоится почти через месяц, когда отбор пройдут остальные претенденты. По новым правилам, начиная с него и до самого полуфинала испытания будут парными или групповыми, то есть действовать придётся с теми, кто выпадет по жребию. Причём каждый раз с разным.

Но я не сомневался, что справлюсь, с кем бы ни прошлось сотрудничать. Иначе просто не может быть.

Глава 13

Арфелия

– Можешь начинать меня поздравлять! – с восторгом в глазах заявила влетевшая в комнату радостная Нира.

– С чем? – я подняла взгляд от учебника по огненным структурам в артефактах и посмотрела на подругу.

– Мне предложили работу. Сложную, объёмную, требующую много сил, но с очень большим гонораром.

Я устало вздохнула, захлопнула книгу и развернулась к Данире. У меня уже не было сил пытаться её угомонить. С тех пор, как в жизни Ниры появился герцогский отпрыск, она вбила себе в голову, что должна обязательно ему соответствовать. Старательно изучала книги по этикету, пыталась вести себя как леди, правильно ходить, говорить. А недавно перед очередным свиданием просто вывалила из шкафа все свои вещи и, едва не плача, заявила, что выглядит рядом со своим ненаглядным Эвером, как простушка.

С тех пор она задалась целью найти деньги на новые наряды и обувь. Сделала несколько докладов на заказ, но быстро поняла, что так много не заработаешь. Потом начала изучать городские объявления о найме, пару раз ходила на собеседования, но ничего подходящего найти не могла.

Но теперь, видимо, нашла.

Мне было сложно понять, зачем так себя мучить? Увы, как Ниру ни одень, она всё равно останется простушкой. Тут дело не в гардеробе или знаниях этикета. Моя бабушка часто повторяла, что настоящей леди нельзя стать, ей можно только родиться. И я пыталась объяснить это Данире, но она обижалась и отмахивалась. После встречи с Тазирским моя подруга вообще стала сама на себя не похожа.

– Слушай, – начала я очередную попытку её вразумить, – мне кажется, если Эверли с тобой, то ему важна ты, а не твоя одежда. У тебя прекрасный вкус и очень стильные наряды, а что они не из самой дорогой ткани – так это и не важно. Ты же с ним не из-за костюма, который он носит?

– Нет, конечно, – бросила Данира, опустившись на свою кровать. – Уверена, он и без костюма просто идеален.

И вздохнула так блаженно, будто была сильно больна на голову. Ну и как с ней вообще разговаривать?

– Нира, глупо менять себя из-за парня, с которым у тебя по определению не может быть ничего серьёзного, – проговорила я, глядя ей в глаза. – Он – будущий герцог, а ты – дочка прачки и пьяницы-мага, сдавших тебя в приют для одарённых детей. И не смотри на меня, как на врага. Я же не запрещаю тебе с ним видеться. Это только твой выбор и твоё дело. Но хочу, чтобы ты адекватно понимала, что ваши отношения не продлятся долго.

– Да как ты можешь такое говорить?! – выкрикнула она с горькой обидой в глазах. – Фел, ты же мне как сестра! Ты должна быть рада, что я нашла своего мужчину, что полюбила его!

– Полюбила?! Да?! А он тебя тоже полюбил? – выпалила, тоже повышая голос. – Ответь, Нира! Или, может, хотя бы говорил, что ты для него особенная, самая-самая? Обещал замуж позвать?

– Да что ты понимаешь? – обижено проговорила Нира. – Нет, он не говорил ничего. Не обещал, не звал, не признавался в чувствах. Да только это уже не важно, Фел! Я его люблю! Слышишь?!

– Влюбилась всего за две недели общения? – бросила я со скепсисом. – Вот уж не думаю, что это глубокие чувства. Симпатия или влюблённость на худой конец. Да ты уже половину месяца ведёшь себя, как больная.

– А я и есть больная! – ответила она тихим и будто безжизненным голосом. – Больная, Фел. Болезнь поразила мою душу, моё сердце и всё моё существо. Она проникла в кровь и потекла вместе с ней по венам. И эта болезнь называется любовь. Но такому чёрствому, бесчувственному сухарю, как ты, никогда этого не понять. Ты на подобное просто не способна.

Схватив свою куртку, Нира выбежала из комнаты. Дверью хлопнула так, что та снова распахнулась и едва не слетела с петель. А со стены упала картина, висевшая на криво прибитом гвозде.

После ухода Ниры окружающая тишина стала казаться неимоверно тяжёлой, липкой и словно бы давящей. Я снова вернулась за стол, открыла книгу… но так и не смогла прочитать ни единой строчки.

Глупая, несдержанная Фел. Ну зачем я ей всё это сказала? Почему не смогла промолчать? В конце концов, это ведь только её дело. Хочет человек сходить с ума, так пусть сходит.

Но я не могла оставаться в стороне. Ведь это Данира – моя подруга. Названная сестра. Единственный по-настоящему родной человек во всём мире. Мне больно видеть, как она со счастливой улыбкой и горящим взглядом всё больше приближается к самому краю пропасти, за которым её точно не ждёт ничего хорошего.

Не может быть никакого будущего между такими разными людьми. И я сильно сомневаюсь, что после расставания лорд Тазирский станет страдать. А вот Нира этого может не выдержать.

Я знала много примеров неравных отношений, и все они в итоге заканчивались болезненными расставаниями. А одни и вовсе обернулись настоящей трагедией. Трагедией… которая коснулась всей моей семьи.

Очень жаль, что мы повздорили с Нирой, но я просто не могла допустить, чтобы с ней произошло что-то подобное. Надеюсь, она всё-таки сможет понять, что я желаю ей лишь добра. Главное, чтобы это не произошло слишком поздно.

***

Через пару часов я сумела успокоиться настолько, что снова вернулась к учёбе. И пусть сегодня пятница, а завтра выходной, но мне хотелось поскорее закончить со всеми заданиями, чтобы два дня спокойно от всего отдыхать.

Мы с Нирой собирались в воскресенье днём сходить в Королевский Музей Магии, а после прогуляться по лавкам и купить тёплые вещи к грядущим холодам. Завтра же я планировала банально выспаться, а потом просто валяться на кровати с каким-нибудь приключенческим романом. У меня как раз имелись две новые книги. Купила их ещё месяц назад, да всё руки не доходили прочитать.

Может, и Данира составит мне компанию? Я буду читать одну книгу, она – другую. Всё как в старые добрые времена. Нам ведь всегда нравились одни и те же истории про отважных магов и хитрых злодеев, с закрученным сюжетом и множеством приключений. Правда, даже в них я ценила самих героев, их характеры и поступки, а Нира зачитывалась романтическими моментами. Умилялась силе великой любви. Вот и сама умудрилась вляпаться в это гиблое чувство.

До вечера я успела спокойно доделать задания, прибраться в комнате, сходить с девочками на ужин. Ниры всё ещё не было, но она и раньше частенько пропускала походы в столовую. Может, опять ушла куда-то со своим Тазирским?

Вот только не появилась она ни с наступлением темноты, ни даже после официального закрытия ворот. И тогда я сама отправилась её искать. Решила, что найду и обязательно извинюсь, мне не сложно. Главное, чтобы с ней всё было хорошо. А то на душе как-то неспокойно.

Я прошлась по всем аллеям академии, заглянула в зимний сад, даже поспрашивала у знакомых, не встречали ли они Даниру. Но те, как один, отвечали отрицательно.

Тревога в душе нарастала, возвращаться в таком состоянии обратно в наш дом не имело смысла.

И тогда я направилась прямиком к первому общежитию, где проживали воздушники и огневики, и в котором располагались апартаменты его светлости лорда Эверли…

Глава 14

Апартаменты Тазирского нашла быстро – комендант подсказал. Подходя к нужной комнате, мысленно прокручивала свою речь с извинениями, стараясь подобрать правильные слова. Но даже постучать не успела – дверь открылась, и мне навстречу вышел Мико Вайсес собственной персоной.

– Арфелия? – удивился он, увидев меня. – Что вы делаете здесь за десять минут до отбоя?

За его спиной показался будущий герцог. Один. Без Ниры. И от осознания того, что этот вечер она явно провела не с ним, мне стало ещё тревожнее.

– Лорд Тазирский, Данира разве не с вами? – проговорила я, чувствуя, как в душе всё холодеет, а предчувствие чего-то нехорошего становится ещё сильнее.

– Нет, – он нахмурился, а в его глазах отразилось неподдельное беспокойство. – Она сказала, что сегодня занята. Что у неё какое-то важное дело.

– Её нет в академии, – покачала я головой. – И я… боюсь, что она влезла в неприятности.

– Подождите, Арфелия. Давайте зайдём в комнату, и вы всё мне расскажете, – рассудительно предложил Эверли. – Вас же почти трясёт. У меня, конечно, нет успокоительного, но бокал коньяка вам точно не помешает.

Он открыл передо мной дверь и изобразил приглашающий жест рукой.

– Проходите. Не стоит стоять посреди коридора.

И я вошла, пусть и понимала, что уже завтра этот поступок поставит крест на моей репутации неприступной девушки. Но сейчас это меня мало волновало, куда сильнее беспокоило исчезновение подруги.

– Я тоже останусь, если вы не против, – сказал молчавший до этого Мико. – У меня неплохие связи в городе.

Удивительно, я так нервничала, что умудрилась забыть о его присутствии.

– Конечно, оставайся, – кивнул будущий герцог. А посмотрев на меня, признался: – Я тоже чувствую, что с ней что-то не так. У меня весь вечер сердце не на месте.

И, пропустив нас с Мико вперёд, тоже вошёл в комнату.

Его спальня оказалась гораздо больше нашей с Нирой. При том, что будущий герцог явно обитал тут один. Комната была разделена на две части стоящим посередине стеллажом во всю стену. По одну его сторону располагались широкая кровать и шкаф, а по другую – диван, два кресла, чайный столик, а на стене висел большой иллюзатор. У окна стоял массивный письменный стол, на котором аккуратными стопочками были сложены тетради и учебники. В общем, это место показалось мне довольно уютным и приятным.

Опустившись на край дивана, я начала понемногу успокаиваться. Всё же Эверли на самом деле искренне беспокоился за Даниру, и это вселяло определённый оптимизм.

– Так что случилось? – спросил Тазирский, протягивая мне пузатый бокал, в котором плескалась янтарная жидкость.

Я пригубила напиток, но вместо горечи ощутила растекающееся по горлу обжигающее тепло. Конечно, это же качественный дорогой алкоголь, а не то пойло, которое мы как-то купили с Нирой, чтобы отметить сдачу экзаменов. Тогда после первого же глотка полная бутылка отправилась в мусорное ведро. С тех пор коньяк я больше не пила ни разу.

Обхватив руками стеклянным сосуд, я посмотрела на будущего герцога и решила рассказать правду.

– Днём она пришла счастливая. Сообщила, что нашла какую-то очень выгодную подработку. У неё вообще в последнее время настоящая мания заработать побольше денег.

– Зачем?! – искренне удивился Тазирский. – Я и не подозревал, что она настолько нуждается в средствах. Вам же платят повышенную стипендию. А там немалая сумма.

Я зло усмехнулась и, отставив бокал, ответила:

– Из-за вас. Из-за желания вам соответствовать. Она втемяшила себе в голову, что должна выглядеть и вести себя соответственно мужчине, с которым встречается.

Эвер растерянно отвёл взгляд, будто мои слова оказались для него болезненными. А потом подошёл к шкафу, достал ещё один бокал и наполнил его коньяком. На этот раз уже для себя.

– Это она вам сказала? – спросил, так и сделав ни одного глотка.