Я прикрываю веки и на полчаса выключаюсь из реальности, растворяюсь в приятных и умелых ласках герцога, тону в обоюдном желании и падаю в бездну тягучего удовольствия. Мне хорошо с этим мужчиной, его крепкие объятия хотя бы ненадолго позволяют чувствовать себя слабой женщиной, а не гранитной скалой и нерушимым щитом.

– Ханни, – разомлевший и расслабленный Кристофер проводит широкой ладонью по моим волосам, убирает с моего лба влажную прядку, гладит везде. – Выходи за меня замуж.

Этот разговор он заводит с завидной регулярностью, последнее время все чаще. Но мой ответ остается неизменным.

– Нет, Кристофер. И ты знаешь причины.

– А что, если ты ошибаешься?

Этот вопрос он тоже задает всякий раз после моего отказа.

– Хотела бы я ошибаться, мой дорогой герцог. Но не забывай, с кем имеешь дело. Я чувствую абсолютно все.

– Кроме моего аромата, – мелькает грусть в синеве его глаз.

– Кроме твоего аромата, – киваю я, прижимаясь к мужской груди. Тяну носом, стараюсь уловить хоть что-то. Хоть что-то, что укажет на моего мужчину.

Но запахи остаются самыми обычными. Ни один не будоражит сердце. В отличие от моего, сердце Кристофера бьется часто и замирает на мгновенье от прикосновений моих пальцев к обнаженной коже герцога.

Глава заслона оглаживает мое смявшееся платье, поправляет сползшие с плеч рукава.

– Покормишь меня?

– Конечно, – подаю ему брошенную на пол белоснежную рубашку. – Мирабелль всегда держит в холодильнике запас твоих любимых блюд.

Я не ошибаюсь, моя кухарка выставляет перед Кристофером густой суп с лисичками и беконом, мясные котлетки с картофельным пюре в брусничном соусе.

Мы с ним привычно сидим на противоположных сторонах овального стола. Я на резном троне, он на стуле с высокой спинкой.

– Что ты планируешь делать в свой… хм-м… отпуск? – все еще не верит герцог, что я не пошутила.

– Уеду. Хочу побыть вдали от всего привычного.

– И от меня тоже?

– И от тебя тоже.

– Ты не говорила, что устала настолько.

– Кристофер, мне нужна эта пауза. Уверена, вернусь с новыми силами. Но сейчас мечтаю лишь о том, чтобы побыть в тишине, позабыть о прогнозе погоды и ничего не слышать о снежных тучах весной.

– Ты можешь просто отдохнуть в своем тереме. Не обязательно куда-то ехать.

– Мне требуется полная смена обстановки, – поясняю я. – Если останусь дома, обязательно кто-нибудь пожалует. И вовсе не для того, чтобы поддержать меня, а для того, чтоб вывалить на меня ворох своих проблем.

– Хорошо. Я понял, – мрачно сказал Кристофер. По тому, как резко очертились скулы на его лице, становится ясно, он недоволен моим решением и упрямством. – Скажи, куда собралась?

– Не скажу.

– Ханни…, – наградил он меня свирепым взглядом.

– И браслет включать не буду, – предупредила заранее.

– Мне это не нравится.

– Ничего…, переживешь.

– Какая ты жестокая.

– Бессердечная, – добавила я.

– И бессердечная, – согласился герцог.

Когда он ушел, жарко поцеловав на прощание, меня накрывают привычные горечь и обида. Ну почему я не люблю его? Почему сердце спокойно? Как было бы правильно, окажись именно Кристофер моей парой. Сильный, храбрый, умный. И любит меня.

Никого более не вижу я рядом с собой, только его. И прекрасно осознаю, так будет только до тех пор, пока не встречу мужчину с особенным для меня ароматом. В тот же день я позабуду о герцоге. Я знаю, как это бывает. Видела у своих родителей, наблюдаю теперь у девочек. И завидую им немножко.

Свою многолетнюю связь с Кристофером я тщательно скрываю ото всех. Герцог недоволен таким положением вещей, но пришлось пригрозить ему разрывом, если он кому-либо проговорится. И он молчит. И никто не догадывается, даже его сын.

Хорошо помню нашу первую встречу. Герцога назначили главой заслона, и Комиссия прислала его ко мне, познакомиться.

Я наблюдала в окошко за приближением чужака, рассчитывала повеселиться. Все без исключения незваные гости пугались Тима, свободно разгуливающего по саду вокруг терема. Ручной дракон, да еще внятно разговаривающий, ожидаемо вызывал опасения. Вдруг огнем плюнет?

Но Кристофер не только не испугался, он с первой минуты подружился с Тимофеем.

Меня же тогда поразила печаль в необычайно синих глазах герцога Омильяди. Как оказалось, в прорыве, после которого он и получил свою высокую должность, погибла его жена, мать Рикстона.

После нашей первой встречи, Кристофер пришел через неделю. А потом вновь навестил меня. И я стала замечать, как постепенно грусть и печаль исчезают из его взора.

В какой-то миг наши встречи переросли в нечто большее. Не в эпизодические свидания двух одиноких людей. Мы остаемся наедине весьма часто. Для того у нас полно возможностей. Мирабелль моя верная помощница и никому не расскажет, Тим тем более. А в доме Кристофера я появляюсь только тогда, когда он распускает всех слуг.

Мне приходится пить специальные таблетки. Чтобы не забеременеть. Я очень хочу ребенка. Мечтаю даже. Представляю, как держу младенца на своих руках. И очень хочу забеременеть. От Кристофера. Но именно от него не могу. Принцесса не может родить от того мужчины, на которого не откликается сердце. Вернее, родить-то можно, и такие прецеденты случались, но ребенок от неправильного союза уже в самом нежном возрасте злобен, вредит окружающим и по своему поведению более напоминает нечисть, нежели человека, представляет собою опасность и угрозу обществу. Таких детей в истории Метеосводки было немного, и все они сами убежали за разлом, к стихийным девам.

Я не хочу подобной участи своим детям.

Но дело не только в этом. Я не могу так поступить с Кристофером. Выйти замуж и бросить, если встречу того самого. Он не заслуживает такого унижения и чужих насмешек за своей спиной. А сейчас… все честно.

– Ханни, ты не забыла мои расчески и серьги? – спрашивает Тим, прежде чем подхватить собранный саквояж.

– Я прекрасно помню, как ты печешься о своей красоте, – открыла молнию на боковом кармашке сумки, где лежали любимые вещи Тима.

– Так куда мы держим путь? – проинспектировал дракон свои побрякушки, одобрительно жмурясь. Значит, я ничего не позабыла положить.

– В долину Безмятежности. Там были счастливы мои родители. И очень странно, что я совсем позабыла о том месте. А ведь оно прекрасно, и специально создано для отдыха на любой вкус.

Через несколько часов лету долина Безмятежности открылась мне такой же красивой и умиротворенной, какой я ее помнила. И к большому удивлению, тут все цвело. Никаких туч и снегов. Весна в самой лучшей ее поре.

– Вальтер Элисон поддерживает долину в цветущем виде. Чтоб каждому отдыхающему было у нас комфортно, – на мой вопрос пояснил антрацитовый кот, служащий долины отдыха.

Вальтер Элисон… Имя отозвалось узнаванием. Я точно его слышала раньше. Что-то такое ускользало из памяти. Интересно, как это он поддерживает долину в цветущем виде вопреки погодному ненастью?

– Ханни Кристальная, – вернул кот мне документы. – Какой дом желаете для отдыха? Походная палатка, изба, замок, крепость, вилла? – принялся он демонстрировать мне открытки с видами домов.

– Вот эту виллу, – выбрала двухэтажную постройку с состаренными колоннами, в окружении красных роз, с видом на горы и заводь, большой террасой, где вполне мог разместиться дракон. – И у меня просьба.

– Все что угодно, – по количеству маеров, оплаченных мною за жилье, не мог не догадаться кот – перед ним богатая клиентка.

– Не хочу, чтобы меня беспокоили, – озвучила свое пожелание. – Уборка, смена постельного белья – максимально незаметно.

– Непременно, – заверил сотрудник курортного комплекса. – Как предпочитаете питаться? В общей ресторации? Или приносить вам блюда на виллу?

– Пожалуй, в ресторации, – решила, немного подумав. – Если передумаю, скажу.

К нужной вилле нас с Тимом проводил мраморный дог.

– Какие широкие арки и проемы! – по-детски обрадовался Тимофей. – Я везде пролезу. Мне здесь нравится. Отличное решение, Ханни, сменить обстановку.

– Надеюсь, ничто не омрачит наш отдых, – раскрыла саквояж с намерением разобрать багаж, но отвлеклась на стук во входную дверь.

– Просила ведь не беспокоить, – недовольно втянула носом воздух и… меня словно связали невидимые путы. Путы, сотканные из листьев лиан и опрысканные утренней росой. Лиана и роса… Так вот, как пахнет мой мужчина?

ГЛАВА 3. НЕ ТАКОГО Я ОЖИДАЛА

– Вальтер? Вальтер Элисон?! – узнала гостя, несмотря на то, что последний раз видела стоящего сейчас передо мной мужчину двадцать четыре года назад, несмотря на то, что в ту пору мне было всего семь лет, а ему целых шестнадцать – я узнала его.

Тот же хищный нос, волевой подбородок, сросшиеся на переносице угольные брови, взгляд с легким прищуром. Аккуратной бороды только раньше не было. И черные волосы не спадали теперь до самых скул, а были подстрижены совсем коротко. И, понятное дело, возмужал. Сильно возмужал. Во всех местах вширь раздался. А мускулы как бугрят, стильному и моднючему пиджаку не под силу скрыть мышечной массы.

– Ханни, – расплылся в лучезарной улыбке Вальтер. – Ты стала такой шикарной. Я и не сомневался, что из того прелестного ребенка, которого я знал, вырастет совершенство. Совершенство, достойное самого лучшего. Впустишь?

– Конечно. Заходи, – посторонилась. Двигалась, будто под гипнозом. Меня почти что парализовало от шока. Руки, ноги едва подчинялись мне. Кровь пульсировала в висках, на языке выделялась сладкая слюна. Сердце ухало, посылая любовные импульсы по всему моему телу. Мозг отказывался соображать. Все стало вдруг таким ватным, таким ванильным.

Вальтер явился не один. В арочный дверной проем втиснулся матерый дракон цвета мятного нефрита. Прямо в тон рисунка на пиджаке Элисона.

– Это, что? Твой дракон? Ручной? – не могла не спросить.

– Ага, – черные глаза Вальтера так и сверлят мое лицо, пробегаются одобрительно по всему моему стану. А у меня коленки подгибаются от его пылкого взгляда. – Как и у тебя, – кивнул он в ту сторону, где, вероятно, засел Тим.

– Я думала, только у меня на всей Метеосводке свой личный дракон, – не могла отлепиться от созерцания харизматичного мужчины, потому даже не обернулась на Тимофея. Кажется, мой чешуйчатый друг дышал сейчас так же часто, как и я.

– Теперь ты знаешь, что не только у тебя, – по-хозяйски прошел внутрь виллы Элисон.

– Это хорошо, – последовала я за ним. – Тиму будет здесь компания.

– Точно. Видишь, как отлично получилось, – остановился Вальтер в гостиной, где все было круглым, начищенным и золоченым. Все, как я люблю.

Обогнула внушительную мужскую фигуру и стремительно распахнула окошко. Одно. Второе. Аромат лиан и росы слишком дурманил, его было слишком много, он лишал меня воли, подчинял и мешал думать. Но за окном воздух словно застыл, ни малейшего дуновения ветерка, никакого иного запаха. Или это я потеряла чувствительность на все иные благоухания?

Элисон сунул руки в карманы, оперся о мраморную каминную полку и наблюдал за моими действиями. На губах ироничная улыбка, во взгляде – веселый блеск.

– Я распоряжусь, тебе доставят на виллу трон. Хочешь трон, Ханни? – повелительные интонации чарующего меня голоса подсказывали, что он не шутит.

– Ты помнишь, да? – расчувствовалась я. Надо же, не забыл маленькую девочку и ее царственные желания.

– Как можно забыть? Мы с тобой столько общались в то лето, Ханни, – поймал он меня в плен своим магнетическим взглядом.

– Ты, значит, тоже отдыхать приехал? – не знала, куда девать себя, оттого нервно вцепилась пальцами в горлышко высокой напольной вазы.

– Милая моя, ты, наверное, позабыла, мои родители создали этот курорт, и нынче я тут хозяин.

– Хозяин долины Безмятежности? Ничего себе! – стали понятны теперь отсылки антрацитового кота к Вальтеру и барское поведение самого Вальтера. – Я не знала, кем были твои мама и папа.