Второй этап «разводки» начался в одиннадцатом году и назывался «арабская весна». К этому времени стало очевидно, что Соединенные штаты Америки, единственная сверхдержава находится в крайне тяжелом финансовом положении, она загнана в угол, ее предыдущая политика на Востоке полностью обанкротилась. Все девяностые годы и начало нулевых были потрачены на то, чтобы не дать возродиться СССР или усилиться России и противостоять при этом Китаю как потенциальной сверхдержаве номер два. Однако, в конце нулевых – Соединенные штаты Америки подвели баланс и с удивлением увидели, что все преимущества, полученные в конце восьмидесятых – начале девяностых полностью утрачены, а с точки зрения как экономики так и политики – страна находится в гораздо более худшем положении, чем тогда. Надо было что-то делать.

Американцы – с подачи саудитов – не нашли ничего более умного, чем попробовать применить один из немногих оставшихся у них рычагов – демократизацию. Трудно было придумать что-то более глупое… а может и выхода у них не было, кто девушку ужинает, тот ее и… поняли, в общем, а денег с Ближнего Востока в американской экономике было навалом. Демократия на Востоке – совсем не то же, что демократия на Западе. Шейхи – провели серьезную предварительную работу. За двадцать лет без СССР и США Восток кардинально изменился. Массовое обнищание, отказ от модернизации, крушение успешных модернизационных проектов (как следствие глобального капитализма и глобальной экономики), наличие такого средства как Интернет, позволяющего мгновенно мобилизовать наиболее радикальные слои общества, наличие в любой из стран некоторого количества людей с боевым и террористическим опытом, вернувшихся с джихада и теперь готовых принести джихад в свою страну. В условиях отсутствия идеологической альтернативы – единственной значимой идеологией на Востоке оказался радикальный ислам, но политическая структура не соответствовала изменившимся за двадцать лет реалиям – было много светских диктаторов, кое-где сидевших еще с советских времен, либо оставивших наследников – Каддафи, Асад, Мубарак. Вот и перекроили политическую карту этой части земного шара. Такие изменения, какие произошло здесь за пару лет – обычно происходят раз в столетие – а то и реже. На место светских режимов – пришли радикально-исламистские. И в авангард мирового джихада – стремительно вырвался еще пять лет назад спокойный, туристический Египет. От страны – витрины арабской модернизации и катализатора объединения арабов при Насере эта страна мутировала сначала в дешевый туристический рай при Мубараке – а потом, после одиннадцатого – в депо мировой исламской революции. Девяносто миллионов нищих, озлобленных, фанатичных египтян – Саудовская Аравия без нефти – ждали своего часа. И только Израиль – остался у них на пути.

В начале две тысячи двенадцатого года в структуре армии Израиля было создано Командование глубинных операций, под эгидой которого были собраны все флотские и армейские части спецназначения. Противостояние началось…

Исламская республика Египет. Каир, улица Аль-Муиз. 23 июня 2014 года

И затрубили три отряда в шофары, и разбили кувшины, и держали в левой руке своей светильники, а в правой руке шофары, и трубили, и кричали: меч Господа и Гидеона!

Суд. 7:16

Как же мало времени прошло…

Фотокорреспондент и репортер иорданской газеты Аль-Шихан по имени Мустафа аль-Джихади (фамилию свою он получил за то, что участвовал в джихаде в Афганистане в восемьдесят восьмом) прибыл в Каир рейсом авиакомпании Катар Эрвейс – одной из немногих авиакомпаний, которые еще летали в Каир. Нет, другие, конечно, тоже летали – но с ними могли быть проблемы, с повальным обыском пассажиров или двухчасовым ожиданием таможенного досмотра, при том, что кондиционер ломался часто, а температура в помещениях летом запросто доходила до пятидесяти по Цельсию. Катар Эйрвейс, Иттихад Эйрлайнс и некоторые компании Залива летали точно по графику и без каких либо проблем, получая весь пассажиропоток, все сильнее иссякающий с каждым годом. Такие предпочтения – яснее всего показывали, кто финансирует все это безумие…

Документы у него были – на имя гражданина Германии Рихарда Мюллера – это был его псевдоним прикрытия, легенда для того, чтобы въехать в Каир и тут же пропасть. Легенда иорданского репортера была не слишком выгодной здесь – во-первых, он был агентом длительного залегания и не хотел разрушить свою легенду пребыванием в Египте, осложненным риском столкновения с исламистами. Во-вторых – в Иордании до сих пор правил король и радикальные исламисты эту страну ненавидели, потому что считали, что страной правит тагут и требовали от иорданцев восстать против монарха. В третьих – легенда аль-Джихади.

Египет взорвался в одиннадцатом. Арабская весна, которую теперь один проклинал открыто, а десять – тайно, оглядываясь по сторонам, потому что проклинать открыто сейчас было очень опасно. Демонстранты, собравшиеся на площади Тахрир… о, нет, это были не исламисты, исламистов на Тахрир было днем с огнем не сыскать, а первички Братьев-мусульман использовали только для объединения и оказания взаимопомощи, не более. На площади Тахрир были образованные горожане, молодежь, которой не находилось работы, люди среднего возраста, которым надоело всевластие полиции и несменяемость Мубарака – да и просто люди, которым надоела власть. Если в то время подойти и спросить любого из них – вряд ли он смог бы внятно ответить, что именно он хочет. И вряд ли бы эти ответы были одинаковыми. Но зато – если спросить, чего не хотят эти люди, против чего они вышли на площадь – здесь, они могли говорить долго, и мнение их было единым. Что ж, эти люди были глупы – и за глупость свою наказаны были уже достаточно. Вот только новую власть – свергнуть было не так то просто, как постаревшего и потерявшего хватку Мубарака…

Первое, что видел приезжающий в Каир турист – если он рисковал сюда приехать – это флаг и лозунг. Флаг был не египетским, нет – черное полотнище с белыми буквами, такое можно было увидеть раньше только в афганских пещерах и на видео, где отрезали головы заложникам – но никак не в аэропорту крупнейшего государства арабского мира. На полотнище по-арабски было написано «Нет бога кроме Аллаха и Мухаммед – пророк Его», это было официальное знамя Братьев – мусульман, которое использовалось наряду с государственным, египетским. Под полотнищем на стене было написано: Здесь действуют законы шариата! – и чуть ниже были прикреплены листы ватмана с кратким содержанием запретов шариата на разных языках мира. Тот, кто игнорировал это – потом мог пенять только сам на себя.

Человек по имени Рихард Мюллер, рано поседевший, с короткой, аккуратной бородкой, с видеокамерой «гражданского стандарта» в небольшом кофре через плечо и небольшим чемоданчиком в другой руке – в числе прочих прошел на таможенный досмотр, подставил свои вещи на «бегущую дорожку». Она не работала – и вещи приходилось тащить самому при каждом движении очереди по липкой, распаренной на жаре резине. Народа было немного, не то что раньше, раньше на пирамиды приезжали посмотреть со всего мира – а теперь самые радикальные Братья предлагали взорвать пирамиду Хеопса. Пограничники, роль которых исполняли исламские гвардейцы – неуместная на жаре черная форма, автоматы Калашникова, подозрительные, пронзительные и недобрые взгляды – работали медленно, обыскивали добросовестно…

– Харам! Харам!

Мустафа вздрогнул. Крики раздавались совсем рядом.

Он – таки повернулся, хотя в его положении делать этого не стоило. Красный от ярости, брызжущий слюной пограничник тыкал автоматом в распотрошенный чемодан, рядом – что-то бубнил высокий, мосластый мужик в яркой гавайке. Женщина – намного ниже его ростом, сухая, с навеки отпечатавшейся на лице озлобленностью – тараторила как пулемет по-русски, наступая на вооруженного автоматом пограничника. Тот – теперь в его стране женщину за такое поведение побили бы камнями – от этого краснел еще сильнее и ярился еще больше.

Все понятно. Русские. Везли в чемодане водку. Несмотря на то, что жители цивилизованных стран уже избегали Египта – русские продолжали сюда ездить, привлеченные дешевизной туров и полупустыми, некогда в сезон заполненными под завязку отелями и пляжами. То, что русские на новом востоке были злейшими врагами, крестоносцами, ненамного меньшими врагами, чем американцы и израильтяне – их не волновало. Водку можно было купить – правительство Египта, понимая, что без туризма не выжить, выделило специальные резервации для туристов, где спиртное продавалось, правда, втридорога. Этим же русским захотелось сэкономить, вот и попались…

– Эй, мистер.

Он не заметил, как очередь дошла до него.

– Was? – недоуменно спросил Мюллер и тут же «понял» – о, аусвайс… Битте.

Пограничник подозрительно на него посмотрел, взял паспорт. Когда его отправляли сюда… верней не так – когда выбирали человека, чтобы отправить сюда – выбирали, в том числе и по легенде, которую может сыграть этот человек. Мустафа хорошо подошел благодаря прекрасному немецкому – среди его родителей были и евреи и поволжские немцы и русские, сам он родился в Израиле, но родители совершили алию из СССР. В Египте – до сих пор побаивались немцев и предпочитали с ними не связываться – помнили генерала Эрвина Роммеля. И в то же время – до русского нашествия Египет был одним из тех мест, куда предпочитали выезжать недельки на две небогатые бюргеры. У итальянцев собственное море, французы тоже отдыхают либо на своем побережье, либо в Марокко. И только немцам, потерпевшим поражение во второй мировой – чтобы урвать кусочек средиземноморского загара приходилось ехать в страну пирамид. Так что немцев в Египте, особенно старшего поколения – помнили отлично…

– Цель вашего приезда?

– Туризм, – коротко ответил Мюллер.

– Где намереваетесь остановиться?

– "Рамзес Хилтон".

Он не бронировал там номер, но был уверен, что номер в этом, на крайний случай в соседнем отеле – найдется.

Пограничник еще раз подозрительно посмотрел на него – все-таки внешность у «Мюллера» была типично восточная. Но все же проштамповал паспорт, сунул его обратно, потянулся за следующим.

Вооруженные автоматами пограничники озлобленно осмотрели на иностранных туристов, приехавших в их страну, чтобы пить харам, загорать голыми на пляжах, совращать их женщин и нарушать все мыслимые и немыслимые законы шариата.

В зоне встречающих аэропорта – Мюллер остановился у одного из киосков. Купил СИМ-карту от "МобиНил", одного из египетских операторов связи. Эту СИМ-карту он передаст, кому нужно, тому, кто будет изображать отдыхающего на пляже немца Мюллера. Мелочи – но именно из таких мелочей и строится выживание. У Аль-Каиды было двадцать лет на то, чтобы научиться выживать во враждебном мире. У евреев – две тысячи лет.

У аэропорта – вереница такси, как нормальных, легальных – так и обычных машин. Водители – темные лицом, усатые – лезут чуть ли не в драку. В стране голодно, работы практически нет – подработка таксистом неплохой заработок для тех, у кого есть хоть какая то машина. На машинах – портреты самых разных религиозных лидеров, если в городе начнутся беспорядки – то наличие того или иного портрета дает какую-то гарантию, что машину не перевернут, не подожгут и не украдут, а тебя самого не изобьют до полусмерти. Поэтому – многие таксисты возят портреты за стеклом и меняют их в зависимости от политической ситуации в стране и от района, по которому им приходится ехать. Сейчас – за стеклами многих из них было лицо одиозного проповедника, лидера радикальных исламистов (еще более радикальных, чем братья-мусульмане) шейха Абу Ишака аль-Хувайни, который в одной из проповедей сравнил женское лицо с влагалищем…

На немецкого туриста накинулись сразу с нескольких сторон. Выбрав машину поприличнее – аж Фольксваген Пассат – немецкий турист приказал себя везти в нильский Хилтон. Когда они отъезжали от аэропорта – о багажник машины ударился камень и водитель разразился бранью…