Я хмыкнул. Архонт считает, что ради меня выпустят дополнительный закон. Но он не учёл одного: принять любую поправку в законодательстве – дело небыстрое. Помимо императора все законы проходят через совет, а там уж когда дойдёт очередь на рассмотрение – неизвестно.

Однако таким путём я идти не хотел и по большей части блефовал.

– Вам придётся не один месяц ждать, пока поправку примут. До этого времени я буду свободен. Да и после… Закон не придаст мне мотивации спасать похищенных, каждый раз рискуя своей жизнью. В этот раз я еле удрал от полчища тварей.

– Чего вы хотите? – прямо спросил Тимур Алексеевич.

Вот это – уже другой разговор.

– Хочу сам выбирать, куда отправиться. Сперва я спасу свою семью, и думаю, после сегодняшнего нет смысла доказывать – они живы.

– Нам нужно это обсудить.

– Обсуждайте, – ответил я и вышел из кабинета.

***

Заявление барона Демьянова поставило архонта в тупик. Он получил чёткие инструкции: юный магистр должен вступить в орден, чем бы не закончился экзамен, при условии, что его способность выживать в мирах демонов подтвердится.

– Мальчишка слишком многое о себе возомнил, – вспылил Илларион Викторович.

– Он прав. Его Высочеству советнику Левягину не понравится, если мы не сможем договориться, и ему придётся докладывать императору, – задумчиво проговорил Тимур Алексеевич.

Его императорскому величеству точно не понравится, что орден не в состоянии договориться с молодым бароном. Император может и вовсе засомневаться, стоит ли таким людям занимать столь высокие должности в ордене.

– Но вы же понимаете, он диктует нам свои условия! Невиданная наглость, – продолжил Илларион Викторович.

– Он единственный, кто смог выжить в мире демонов. И я по-прежнему считаю, что мы не знаем многого о его способностях.

Что умеет этот парень? Тимуру Алексеевичу не терпелось узнать. Но в то же время это его пугало. Он был уверен, что если копнуть глубже – архонту не понравится то, что он там найдёт. Что за родовая тайна, которую скрывают Демьяновы?

– Это же демоническая кровь. Он так и ответил на экзамене. Тайны больше нет, – хмыкнул глава службы безопасности.

Это явно нечто большее, чем демоническая кровь, что течёт в парне.

– Отчасти, но это должно остаться в тайне. Сами понимаете, мы уже подняли шумиху, а отпрысков демонов в народе не жалуют.

– Отчасти?

– Среди нас немало потомков демонов, но таких способностей нет ни у кого.

Демьянов должен стать козырем ордена в войне против демонов. Интуиция Тимура Алексеевича кричала, что парня нельзя отпускать. Лучше всего стать его напарником… Нет, слишком жирно для новичка, остальные члены ордена не поймут. Архонт приставит к нему доверенного человека – так будет лучше.

– Мы не можем пойти у него на поводу, – продолжил Илларион Викторович.

– Парень всего лишь хочет спасти в первую очередь свою семью, я его понимаю.

– Советник Левягин не будет ждать очереди на спасение его племянника. Как и остальные высшие чины, когда узнают о произошедшем сегодня.

Когда демоны похищают людей, они не выбирают более или менее знатных. Для них все люди – равны. Поэтому пропавших без вести полно среди всех слоёв населения.

– Вы правы, Илларион Викторович. Нужно заключить договор, который устроит все стороны. Тем более, если бы Демьянов знал, где его родственники – он бы давно их вытащил. Придётся искать, а там есть вероятность, что родственники князя найдутся раньше.

– Мы не можем прописать, что жизнь Демьяновых важнее.

– А нам и не придётся. Заключим договор на словах. Никаких бумаг.

Илларион Викторович кивнул, а Тимур Алексеевич поднялся и позвал барона Демьянова обратно.

***

Архонт с главой службы безопасности общались не более пяти минут, после чего пригласили меня обратно в кабинет.

– Александр Олегович, мы предлагаем вам пойти на компромисс, – сказал Тимур Алексеевич и протянул мне лицензию.

Я не спешил её забирать.

– Слушаю, – ответил я.

Безумно хотелось помыться, я был весь в пыли после мира демонов. А ещё – утолить дикий голод. Но, к сожалению, сперва придётся решать бюрократические вопросы.

– Вы либо не знаете, где находятся ваши родственники, либо не можете отправиться к ним прямо сейчас. Я прав? – начал Тимур Алексеевич.

– Да. Не стану скрывать, по моим предположениям моя семья находится в плену у очень сильного демона. Ранга магистра мало, чтобы победить его. А то, что я нашёл отца – всего лишь случайность.

– Мы можем помочь друг другу. Половину службы вы будете уничтожать демонов и совершенствовать своё мастерство, чтобы стать сильнее. Вторую половину – будете искать родственников, но попутно будете освобождать всех, кто встретится вам в мирах демонов.

– Всех из нашего мира.

– Что, простите?

Архонт выпучил глаза, он и не пытался скрыть удивление.

– Пленников много не только из нашего мира. Вы же знаете теорию – демоны захватывают множества миров, – кратко пояснил я.

– Вы сможете рассказать о других? Это безумно интересно. Благодаря вам мы можем улучшить наши знания о демонах и иных мирах.

– Могу.

Отвечая на этот вопрос, я уже понимал, что буду рассказывать выборочно – мне нельзя выдавать Легиона, сидящего в моей голове.

– Но не сейчас. Отец ждёт меня в больнице, – добавил я.

– Конечно, – кивнул архонт.

– Что ж, если всё будет именно так, как вы говорите, и мне не придётся ходить по мирам демонов в поисках каких-нибудь княжеских семей, то я согласен.

– Именно так. Но список приоритетных личностей вы получите.

Этот разговор был скорее условный. Ведь орден никак не сможет проверить, по каким мирам я шастаю и кого ищу. Другие маги не способны выживать в мирах демонов дольше минуты, значит, там я полностью свободен от власти Святого ордена.

– Если увижу их и смогу освободить, то обязательно это сделаю, – пообещал я.

Архонт протянул мне руку, и я пожал её. Затем взял лицензию.

– Я буду работать из Мурома, – добавил я.

– Место значения не имеет, – слегка улыбнулся Тимур Алексеевич. – Когда вы планируете приступить?

– Сразу, как перевезу отца домой.

Правда, пока наш временный дом – это гостиница… Отец ужаснётся, когда узнает, что осталось от родового поместья.

– Тимур Алексеевич, у меня будет ещё одна небольшая просьба, – продолжил я.

– Какая? – насторожился он.

– Орден может предоставить временное жильё для нашей семьи?

Тимур Алексеевич переглянулся с начальником службы безопасности, тот кивнул, и архонт ответил:

– Думаю, мы решим этот вопрос в ближайшее время. Орден свяжется с вами, а пока – больше вас не задерживаю.

Я кивнул и вышел из кабинета. Зашёл в уборную и умылся, хоть на человека стал похож.

Затем вызвал такси до городской больницы, куда увезли отца. Благо она находилась всего в десяти минутах езды.

– Добрый день. Я к Демьянову Олегу Антоновичу, – сказал я девушке в регистратуре.

– Секундочку, – блондинка что-то посмотрела на своём компьютере и уточнила. – А кем вы ему приходитесь?

– Я его сын.

Девушка замялась. Словно не знала, как сказать… Мне это очень не понравилось.

– Что с ним? – тут же спросил я.

– Вашего отца только что перевели в реанимацию. Сейчас врачи борются за его жизнь.

Глава 2

Эта новость ударила по мне, словно пощёчина. Отец в реанимации… Но что произошло? Ведь когда его забирала скорая, всё было хорошо. И кроме явного истощения не было никаких признаков недуга.

– Вы можете внятно объяснить, что случилось? – обратился я к медсестре в регистратуре.

Она ещё раз взглянула в монитор компьютера и осторожно ответила:

– Не могу, но я вызову к вам лечащего врача вашего отца. Он сможет объяснить. Подождите, пожалуйста.

Девушка позвонила куда-то по стационарному телефону и сообщила обо мне.

– Врач спустится через десять минут, – пообещала она, и я присел на диван возле регистратуры.

Но во время ожидания места себе не находил… Как так вышло? Ничего не понимаю…

Самое ужасное – это вернуть близкого человека и через пару часов осознать, что можешь потерять его навсегда. Но я упорно отгонял от себя эту мысль и цеплялся за надежду.

Надежда… Это именно то, что зачастую заставляет нас продолжать жить, когда уже совсем плохо. Когда кажется, что выходов не осталось, в конце тёмного тоннеля всегда мерцает она. Стоит только ухватиться – и жизнь обретает смысл.

– Ваше благородие, пройдёмте, – я настолько погрузился в себя, что не заметил подошедшего мужчину в белом халате.

Мы отошли от скопления людей, и врач, на бейджике которого было написано «Никифоров Владимир Фёдорович», начал объяснять:

– Ваш отец поступил с сильным истощением, и сперва мы поставили ему специальную капельницу, чтобы восстановить баланс жидкостей в организме.

– И что могло пойти не так? – недоумевал я.

– То, что врачи скорой не заметили на теле вашего отца магическую метку, вытягивающую силы. Такие же были на остальных возвращённых. Как мне объяснили члены ордена, демоны использовали её, чтобы жертва умерла сразу, как сбежит. Боюсь, единственный способ сохранить вашему отцу жизнь – это избавиться от метки. Но она пролегает глубоко, до самой кости в его руке.

У прошлых спасённых из мира демонов таких меток не было, значит, эти твари не всегда их ставят. Не все демоны перестраховываются – это я запомню.

– Вы хотите отрезать ему руку? – я поднял брови.

Отец станет инвалидом… И это сломает ему жизнь. Он не из тех людей, кто сможет мириться со своим положением, я хорошо его знаю. Если не станет руки, долгая депрессия ему обеспечена. Но… это лучше, чем смерть – с этим ещё можно справиться.

– Вашему отцу ещё повезло. У одной из пострадавших такая метка была на шее, и её уже не удастся спасти… У всех освобождённых по оценке нашего целителя есть не более часа. Поэтому мы уже приготовили вашего отца к операции.

Лишиться руки лучше, чем лишиться жизни. Отец станет инвалидом, но по крайней мере будет жить – так рассуждал Владимир Фёдорович, и если бы у меня не было альтернативы, я бы не раздумывая согласился.

Но она была…

– Ты знаешь, как убрать такие метки? – мысленно спросил я у Легиона.

– Ага. Дело непыльное, – ответил демон. – Если поторопишься, то не только отца спасёшь.

Вновь я удивился, что Легион решил так просто помочь обычным людям.

– Да хватит уже думать обо мне так, словно я какой-то маньяк! – возмутился он.

– Ты демон, это хуже.

Легион что-то буркнул в ответ, но я уже не слушал.

– Вы знаете, кто я? – спросил я у врача.

Никогда бы не подумал, что буду задавать подобные вопросы. Обычно так спрашивают те, кто хочет чего-то добиться своим статусом, я же хотел сделать акцент совершенно на другом. Если не объяснить врачу, что именно я хочу, и что самое главное – что я это могу, он ни за что не подпустит меня к пострадавшим.

– Вы молодой барон, – пожал плечами Владимир Фёдорович.

– Я тот, кто вытащил всех этих людей из мира демонов. Но это конфиденциальная информация, только для вас. Орден не допустит её распространения.

Услышав эту фразу, врач застыл с выпученными глазами.

Если он не в курсе, значит, об этом ещё не трубят в новостях. И Орден поступил логично, не раскрывая мою личность. А иначе им самим будет несладко от количества запросов и очередей. Уж не говоря о том, что многие решат прийти просить помощи ко мне домой.

– Простите, ваше благородие, я не знал, что такое возможно… – растерялся Владимир Фёдорович.

– Возможно. Но я говорю вам об этом не просто так. У меня есть особый дар. И я могу помочь тем, кто сейчас умирает. Вам не придётся отрезать им руки и ноги, если пустите меня прямо сейчас.

Я смутил врача.

– Мне нужно посоветоваться с целителем. Моих полномочий не хватит, чтобы принять такое решение, – задумчиво ответил он.